ОГНЯ ПРЕЕМНИК (Б.Н. Абрамов)

Б.Н. Абрамов

«Владыка, прими весь доспех мой, меч поражающий и щит защиты. Как мне тяжел шлем, который в бою был легче пера! Поножи стесняют шаг мой, и поручи, как кандалы на руках!»

Скажет военачальник: «Каждый бой имеет свое оружие. Непригодное оружие оставь, оно будет дано преемнику состояния духа твоего. Каждое оружие установлено для каждого боя. Меч уже короток для тебя, потому даю тебе копье света и стрелы дальнего полета».
( Агни Йога, 223 )

Судьба этого человека не похожа на судьбы его современников. Он прошёл по земле совершенно особым путём, не укладывающимся в рамки обыденных представлений. Он не был отмечен при жизни ни общественным признанием, ни широкой известностью — его подвиг совершался в одиночестве, и мало кто знал о его самоотверженном пути. Он трудился для будущих поколений.

Этот человек — Борис Николаевич Абрамов, ближайший ученик великого русского художника и мыслителя Николая Константиновича Рериха.

Встреча с Н.К. Рерихом в 1934 году предопределила всю дальнейшую жизнь Абрамова. Рерих к тому времени был уже всемирно известным художником, учёным и деятелем культуры. Впервые в истории человечества он провозгласил идею охранения культурных ценностей, созданных человеческим гением, и для её воплощения предложил теперь уже всемирно известный Пакт Рериха и не менее широко известный символ — Знамя Мира. В 30-х годах XX столетия почти на всех континентах были образованы Общества по продвижению Пакта Рериха, в Соединённых Штатах Америки активно действовал музей, носящий имя художника.

Зинаида Григорьевна Фосдик, ближайшая сотрудница Рерихов в Америке, писала о Николае Константиновиче как о благородном Вестнике, посланном к людям, «чтобы устремить их сердца и души вверх, к поискам истинного знания, и научить их быть бесстрашными и постоянными в этих поисках».

Необыкновенный размах мысли, неутомимость в труде и творчестве, желание внести красоту в жизнь делали личность Рериха притягательной как для простых людей, так и для политических деятелей, именитых учёных. К Рериху стремились все, кто задумывался над своим жизненным предназначением.

Встреча Абрамова с Рерихом была судьбоносной не только для Бориса Николаевича — её следствия предопределили многие важные события в России. Именно благодаря этой встрече стало возможным развитие Рериховского движения в России Азиатской, где возникли многочисленные организации, воплощающие в жизнь идеи Николая Рериха.




Курсант военно-морского
училища Б.Н. Абрамов.
Кронштадт, 1910-е гг.

Борис Николаевич Абрамов родился 2 августа 1897 года в Нижнем Новгороде, где был крещён в Воскресенской церкви. Отец его, Николай Николаевич Абрамов, сын потомственного дворянина из Нижегородской губернии, был военным, участвовал в боевых действиях русской армии, имел много наград. Мать — Екатерина Григорьевна — дочь отставного подполковника. В семье Абрамовых было двое детей: Борис и его старший брат Николай.

В 1915 году Борис с отличием заканчивает Нижегородский дворянский Александровский институт, который приравнивался тогда к классической гимназии, и поступает на юридический факультет Московского университета.

В 1917 году от тяжёлой болезни умирает отец. В связи с ухудшением материального положения семьи Борис Абрамов вынужден оставить второй курс университета. Он поступает в Кронштадтское военно-морское училище и по окончании обучения становится морским офицером.

События, произошедшие в России в начале XX века, — Первая мировая война, революция, гражданская война — отразились на миллионах человеческих судеб и всколыхнули волну русской эмиграции. Абрамов покидает пределы Родины и в начале 1920-х годов обосновывается вместе с матерью в г. Харбине (Китай).

В те годы Харбин был крупным центром русской культуры за рубежом, уникальным городом, в котором, даже спустя почти 30 лет после Октябрьской революции, общественная и культурная жизнь продолжала протекать по укладу дореволюционной России. В школах, высших учебных заведениях, театрах, храмах — везде языком общения был русский; издавались русские книги, газеты и журналы на русском языке.

В Харбине Борис Николаевич работал в разных местах: в химической лаборатории, в организациях Китайско-Восточной железной дороги, заведовал студенческим клубом в Христианском союзе молодых людей, являлся консультантом китайских преподавателей русского языка, преподавал русский язык в Харбинском политехническом институте.

За внешней стороной жизни Б.Н. Абрамова скрывалось горячее стремление познать смысл бытия, законы, движущие бесконечной Вселенной... Он много читает и размышляет, отмечает и выписывает в тетрадь всё, что касается духовных вопросов: выдержки из произведений Ф.М. Достоевского, Л.Н. Толстого, У. Коллинза, К.Д. Бальмонта и других философов и писателей.

В 25 лет Борис Николаевич вступает в переписку с Екатериной Георгиевной Зариной из Владивостокского теософского общества. Судя по его письмам, она была первым человеком, с которым он мог обсуждать возникавшие у него мысли о духовной стороне жизни. Абрамов пишет ей, что толчок его размышлениям дала книга Йога Рамачараки «Путь достижения индийских Йогов», с которой он познакомился в возрасте 24 лет. Он многократно перечитывал её в течение года, переосмысливал многие вопросы, размышлял в одиночестве.

Из Владивостока Борис Николаевич начинает получать нужные ему книги по теософии, читает их сам и делится со знакомыми в Харбине.

В письме от 12 мая 1922 года он пишет Екатерине Георгиевне: «Я глубоко убеждён, что не учреждения, не формы, не правительства и общественный строй надо переделать, а надо переделать самих себя — и остальное придёт само...»

Постепенно, шаг за шагом, нащупывает он свой единственно верный путь.

«Приступил к систематической и постоянной работе и чувствую, что перерывов в ней уже не будет, — пишет он Зариной. — В конце концов все возможности заключены в нас самих и нигде больше, и искать их следует только в себе. Только теперь я понял ваше первое письмо, где вы писали, что прежде всего надо очиститься, очистить свои мысли и установить над ними полный контроль. Без этого нечего и пускаться в новое, дальнее и трудное путешествие».

И ещё: «Единственная работа, которой с наслаждением мог бы посвятить всю свою жизнь, — это работа на проведение в жизнь, в мир новых идей и мыслей, которые уже стали частью моей жизни; и желание моё помочь другим в этом крепнет с каждым днём. Но я сам ещё слишком мало знаю и слишком мало работал над собой...»

Пройдёт двенадцать лет внешне ничем не примечательной жизни Абрамова в заполненном русскими эмигрантами Харбине, но это будут годы углублённой внутренней работы и накопления знаний, — прежде чем произойдёт встреча с Николаем Рерихом.

Н.И. Абрамова

Николай Константинович и его старший сын Юрий приехали в Харбин в 1934 году, во время научной экспедиции по Маньчжурии, Западному Китаю, Внутренней Монголии и Японии. Они остановились у брата Рериха — Владимира Константиновича, жившего на Садовой улице, напротив дома, где в это время жили Абрамовы, Борис Николаевич и его жена Нина Ивановна.

Харбин с большим интересом встретил великого художника и путешественника. Желание познакомиться с этим необычным человеком привлекло в дом на Садовой улице множество людей. Его выступления и лекции в различных организациях города освещались в харбинской прессе. Несмотря на занятость и непрекращающийся поток приходивших к нему людей, Рерих принял Абрамова сразу, и вскоре Борис Николаевич становится участником кружка почитателей и последователей Рериха, так называемого харбинского содружества. На встречах этого содружества Николай Константинович говорил о наступающей Новой Эре, о новом человечестве, о необходимости преображения прежде всего самих себя. Для членов этого круга Рерих становится духовным Учителем. Он передаёт им знания об основах философского Учения Живой Этики (Агни Йоги). Так долгие поиски смысла жизни привели Бориса Николаевича к Учителю и Учению Жизни. Ещё в молодости мечтавший посвятить себя делу проведения в жизнь новых идей и мыслей, он соприкасается с неисчерпаемым Источником Мудрости и Знания.

Учение Живой Этики — это мировая этическая система, в которой утверждается ответственность человека «за каждую мысль, за каждое слово и поступок»; Учение формирует новое мировоззрение, помогающее понять цель и смысл нашей жизни на Земле и её перспективы. Согласно Живой Этике, человек является частью Космоса; познавая законы Вселенной и живя с ними в согласии, он встаёт на путь духовного совершенствования, на путь служения лучшему будущему планеты.




Перед своим возвращением в Индию Н.К. Рерих вручил Б.Н. Абрамову привезённое из Гималаев кольцо ученичества — знак особой духовной близости. В жизни Бориса Николаевича начинается новый период. Путь найден. Теперь нужно утвердиться на нём и начать неуклонное восхождение.

Борис Николаевич Абрамов становится одним из корреспондентов Елены Ивановны Рерих. Жена художника, другиня и спутница во всех его благих начинаниях, Елена Ивановна была человеком огромных знаний и эрудиции, блестящей переводчицей книг по философии, общественным деятелем. Главным трудом её жизни явилось Учение Живой Этики, полученное ею от Великих Гималайских Учителей.

Елена Ивановна вела большую переписку как с отдельными людьми, так и с рериховскими группами и обществами. Она отвечала на многочисленные вопросы, освещая сложные для неподготовленных сознаний положения Живой Этики. Её переписка с Борисом Николаевичем носила особый характер: во многих письмах Елена Ивановна обращается к нему со словами «родной мой сын Борис», признавая его своим духовным сыном.

Кольцо Б.Н. Абрамова,
полученное от Н.К. Рериха

«Спасибо за Ваши задушевные письма, — пишет Елена Ивановна в своём первом письме к нему. — Сердце моё уже давно устремлено к Вам. ...Не было дня, чтобы не вспоминала и не думала о Вас. Много задушевного слышала я от Николая Константиновича и Юрия о Вас и о всём содружестве. Несомненно, что нечто большое связывает меня с Вами, ибо иначе не укрепилось бы это памятование» (14.04.1936).

Елена Ивановна высылает Борису Николаевичу два тома книги «Беспредельность» с просьбой принять их на память. К этому времени Абрамов начинает воспринимать и записывать приходящие из Пространства мысли. Послав эти записи Елене Ивановне, он получает от неё ответ, подтверждающий их Высокий Источник: «...с радостью, троекратно подтверждаю то, что Вы передаёте мне, как именно исходящее из Высшего Источника, — пишет Елена Ивановна. — (...) Очень хотела бы иметь ещё строки Изречений, явленных Вам. Храните эти жемчужины и не удивляйтесь, что услышанное и рождающееся в Вашем мозгу близко получаемому Учению, но иначе как же усвоить даваемое?» (28.12.1954)

Укрепляя Бориса Николаевича в мысли о необходимости продолжения этой важной работы, Елена Ивановна писала: «Борис должен продолжать записывать свои ощущения и всё, что слышит. Главное, нужно придерживаться систематичности и последовательности в этих записях. Без последовательной записи опыт теряет много в своём значении, и трудно следить и изучать развитие психической энергии; таким образом, изучение затрудняется значительно» (23.01.1951).

Постепенно около Б.Н. Абрамова образуется группа учеников, с которыми он занимается изучением Живой Этики, передаёт накопленный духовный опыт. Борис Николаевич пишет о своих учениках Елене Ивановне. Она отвечает: «Радуюсь, что Вам удалось привлечь молодые души. Растите Ваш сад прекрасный. Но пусть не изнеживаются сладкими мечтаниями, но готовятся к подвигу жизни. Пусть сумеют вместить радость духа с суровостью подвига. Родная страна потребует много духовных сил, много терпимости и терпения. Но чем труднее подвиг, тем радостнее на сердце истинного служителя Общего Блага. Учите молодых великому терпению всегда и во всём. Самый великий человек тот, кто велик в терпении».

В 1941 году происходит встреча Б.Н. Абрамова с педагогом-музыкантом Н.Д. Спириной.

Наталия Дмитриевна вспоминает об этом так: «В Харбине, когда я начала заниматься Живой Этикой, мне посчастливилось встретить духовного Учителя, уже очень многое знавшего, очень давно приобщённого к этому, — Бориса Николаевича Абрамова. Он принял меня в свою группу, где под его руководством я много лет изучала Живую Этику. Это очень сложное, многогранное Учение, охватывающее всю жизнь, почему оно и называется Живая Этика...»

Елена Ивановна интересуется его ученицами: «...получила Ваше письмо от 25 декабря со вложением портретов сотрудниц... Рада была получить их [и] прочесть Ваши сердечные слова о каждой... Напоминайте им чаще, что каждый сотрудник имеет свой индивидуальный дар и неповторимое задание, никем другим не выполнимое. Духовные преуспеяния в их значении и разнообразии беспредельны. Итак, радуйтесь каждому новому проблеску нового осознания. Эти огни зажгут костёр и принесут радость несказуемую» (23.01.1951).

Идут годы. Крепнет духовный контакт Е.И. Рерих с Борисом Николаевичем и Ниной Ивановной Абрамовыми. В письмах Елены Ивановны ощущаются такой накал любви, желание оберечь и духовно укрепить их, которые невозможно описать, это можно только почувствовать.

С материнской нежностью обращается она к Борису Николаевичу, ободряя его и поддерживая проявление его высокого дара: «Родной мой Борис, мой Бхакти-Йог, письма Ваши — мне радость. Чую прекрасную душу Вашу и радуюсь приобщению к красоте Йоги Сердца» (4.12.1950).

Йога, как мы знаем, в переводе с санскрита значит «связь, единение с Высшим». Йога Сердца, или Бхакти-йога, — это йога Любви. Это путь преданности и полной отдачи себя любви к Божественному. Это не только самый трудный путь к единению с Высшим, который мало кому по силам, но и самый непонятный для многих. Как пишет Елена Ивановна, «путь Бхакти несёт скорее к Цели, и потому продвижения на этом пути следуют скорее, но болезненнее, и на самых высоких ступенях приходится проходить через большие страдания... Но, конечно, достижения настолько прекрасны, что страдания становятся желанными, ибо они приводят близко, близко к цели, к слиянию в Духе в Огненном Мире...» (6.05.1953).

О величайшей преданности Б.Н. Абрамова своим Учителям, его желании непременно выполнить каждое их поручение свидетельствует Н.Д. Спирина: «Я видела, как он был устремлён к выполнению своего назначения, которое, как писала ему Елена Ивановна, заключалось в создании и укреплении прямого провода с Иерархией Света, посредством которого он получал сообщения и указания из Высшего Источника и записывал их. В этом заключалась основная миссия данного его воплощения. Ещё до получения писем от Елены Ивановны он уже получал Записи, но сомневался в источнике их — он был чрезвычайно скромный человек, никто никогда не слышал от него никакого самоутверждения. Елена Ивановна трижды подтвердила подлинность Высокого Источника его Записей, — он читал нам эти её письма. Но мы, его постоянные слушатели в течение многих лет, ещё и не зная того, при каждой встрече с жадностью слушали чтение его Записей и черпали из них всё необходимое для нашего продвижения. Сообщения всегда давались как самое нужное к данному моменту, часто разъясняли общемировую ситуацию или положение каждого из нас. Часто мы получали ценнейшие указания, непосредственно нас касавшиеся. Это было конкретное проявление через его канал непрестанной заботы Иерархии о нас, выраженное в доступной нам форме, в виде советов, указаний, мыслей. И далеко не всегда, получая эти сокровища, мы задумывались над тем, какой ценой они добывались.

Борис Николаевич выполнял свой долг, несмотря ни на какие препятствия, а препятствий, особенно бытовых, было предостаточно. Борис Николаевич в основном получал сообщения утром, на грани сна, перед пробуждением. Сначала это были отдельные слова, потом фразы, потом целый поток мыслей. Он заранее готовил небольшие листочки бумаги, пронумеровывал их, потому что писал, находясь ещё в полусне, на ощупь; писал и бросал на пол. А потом я видела, как в свободное от хозяйственной работы время он сидел с этими листочками, часами, подолгу расшифровывал написанное и мельчайшим почерком переписывал в тетрадь. Я видела эти листки и понимала, какая это была трудоёмкая, кропотливая работа, отнимавшая и время у сна, и много сил. Непросто принимать сообщения Свыше. Для этого приёмник должен быть всегда настроен соответственно, всегда быть в созвучии с Посылающим и посылаемым, всегда быть в полной готовности и равновесии. Равновесие требовалось особое, так как слишком уж велика была разница между высшими вибрациями и окружающей средой».

«А жизнь земная не скупится на способы отвлечения путника духа с его пути. И ухищрения тьмы, не выносящей таких проявлений света, изощрённы и непредсказуемы. Человеку нужно победить в себе всё, что только может нарушить высокий строй его духовного восприятия. То есть любое отрицательное свойство, любая эмоция, любая мысль, чувство — всё должно быть побеждено, иначе восприятий не будет».

Н.Д. Спирина

Рассказывая о занятиях с Борисом Николаевичем, которые проходили много лет регулярно, один раз в неделю, Н.Д. Спирина обращает внимание на учительские способности Б.Н. Абрамова: «...Борис Николаевич каждое занятие начинал с прочитывания какой-нибудь своей Записи. (...) Мы всегда очень ждали, чтобы услышать его очередную Запись, а после этого уже начинались занятия. Каждый из нас приносил то, что за неделю наработал. Мы брали темы, делали выборки; что-то читали, и у нас, естественно, возникали вопросы. Он всегда ждал вопросов. Зачитывали то, что нам особенно звучало, комментировали это. Но самое главное было — это, конечно, прослушивание его Записей».

«Занятия наши проходили не только в изучении книг; было много вопросов, на которые наш руководитель давал нам ответы. Но главный упор делался на работу над собой, на самосовершенствование. Он давал нам указания, как вырабатывать в себе нужные положительные качества и как бороться с отрицательными свойствами. Мы делали выборки из книг Учения по темам, потому что там затрагивается очень большое количество тем; и когда делаются выборки, то становится яснее, как понимать то, что там сказано. Я выбрала тему о психической энергии и в течение долгого времени делала подборку по всем книгам Агни Йоги».

Мечтой семьи Рерихов было возвращение на Родину, все помыслы их были направлены в Новую Страну, как называли они Россию. К этому же они призывали и своих близких сотрудников, надеясь на совместный труд там, на Родине.

Елена Ивановна пишет Борису Николаевичу: «Когда свидимся, мой сын Борис оявится ценнейшим сотрудником». «Сын мой будет мне очень нужен. Сын, который посвятит всё своё время именно работе... по приведению в порядок и систему всех моих записей и по рекордированию нигде не записанных замечательных происшествий, явлений и всего необычного, накопившегося за нашу долгую жизнь» (6.11.1952).

Но встрече Абрамова с Рерихами не суждено было состояться: в 1947 году уходит из жизни Николай Константинович. Переписка с Еленой Ивановной продолжалась ещё несколько лет, до её ухода из жизни в 1955 году. И хотя это печальное событие стало сильнейшим потрясением для Бориса Николаевича, он всё так же регулярно продолжил вести Записи.

28 октября 1955 года Б.Н. Абрамов записывает слова Учителя, связанные с уходом Елены Ивановны Рерих: «Если кто-то после ухода Великого Сотрудника не чувствует себя, хотя бы до какой-то степени, продолжателем его дела, то он ещё не сотрудник. Дело Владык не может остановиться из-за ухода с земного плана Великого Духа. Те, кто остаётся, принимают ношу его. Он продолжает работу, но уже в других сферах и планах бытия; а то, чему положено быть на земле, должно быть совершено руками оставшихся на ней сотрудников. И здесь происходит отбор. Кто-то опустит руки, кто-то поднимет ношу, вернее, ту часть её, которую он в силах поднять. Силы относительны. В дерзании они растут, в унынии уходят. По мере благого дерзания и силы будут посланы. И Она дерзала в своей великой мере. Не дерзающий — не достигнет. Авангард эволюции — место не для робких людей. Следовать — значит разделять. Разделять всё. Ношу и крест. Радость и скорбь. Путь и судьбу. Идущие придут, и несущие принесут. Никогда не одни те, кто разделяет ношу».

О том, каким было отношение Бориса Николаевича к Елене Ивановне, косвенно свидетельствует Запись, в которой говорится о жертвенности Служителей Света. Их не щадят ни ученики, ни почитатели, которые «ослеплены хорошестью своею и не подозревают, как неистово поглощают они чужую энергию. Ведь они так устремлены и так хотят знать, что подобные соображения им даже не приходят в голову. Бережность в отношении того, от кого они получают, явление редкое необычайно. Обычно требуют: дай, дай, дай, а имеют ли право на получение и понимают ли, чего это стоит дающему, до сознания получателей не доходит... Может быть, поймёте сейчас, чего стоили Матери Агни Йоги обращающиеся к Ней и почему Она так ценила твои письма, не требующие от Неё ничего» (Грани Агни Йоги. 1972, 458. (Авг. 13)).

Можно только догадываться о силе любви и благоговения, которые изливались из сердца Бориса Николаевича на обретённую им духовную Мать. «Родной Мой сын Борис, — пишет Елена Ивановна, — чую Вашу любовь к Матери Мира и к матери Агни Йоги. Яро принимаю дар Вашего сердца и буду оберегать и яро хранить его до нашей встречи, уже приближающейся. Конечно, буду счастлива иметь Вас ближайшими сотрудниками, настоящими сыном и дочерью на последних днях моей воплощённой жизни среди людей» (19.11.1951).

В конце 1950-х годов Борис Николаевич и Наталия Дмитриевна начинают собираться на Родину. В советском консульстве в Харбине они узнают, что им разрешено выехать либо в Новосибирск, либо в Магнитогорск. Они выбирают Новосибирск.

Наталия Дмитриевна часто вспоминала слова Рерихов: «Даже если вы только будете читать Учение на Родине, то уже сделаете большое дело для пространства России».

В Записях Бориса Николаевича, датированных 1959 годом, звучит призывное: «Готовься, готовься, готовься. Готовься внешне и внутренне и подумай, которая готовность важнее. На подвиг Учитель зовёт». «...Надо исполнить Указ. Нужны вы. Внимание, оказанное и оказываемое вам, ручательством служит того, что нужны вы Учителю Света и что жизнь ваша потечёт по руслу необычности. (...) Но торопитесь, время не ждёт».

Выполняя указание, осенью 1959 года Борис Николаевич возвращается в Россию. Он провозит через границу книги Учения, свои Записи, переписку с Рерихами. Вслед за ним едет его ученица — Наталия Дмитриевна Спирина.

О событиях того времени она рассказывала: «Борис Николаевич всё время, пока можно было, вёл переписку и с Еленой Ивановной, и с Николаем Константиновичем. И они писали нам, что ''на Родину надо ехать, ехать и ехать. Вы там нужны''. Это их буквальная фраза, которая мне запомнилась. Тогда мы не могли понять, как это возможно, это было ещё при Сталине. Тогда люди, которые пытались вернуться на Родину, на границе просто исчезали. Мы не могли понять, как провезём книги, как проедем сами. И мы ждали такой возможности. Когда кончился сталинский период и воцарился Хрущёв, который очень понимал значение русских, находящихся за рубежом, — многие из них были специалисты, нужные для России, — нам разрешили свободный переезд на Родину и даже дали подъёмные для этого».

Наталия Дмитриевна говорила о том, какие сложности могли ожидать их на границе: «...Борис Николаевич не был уверен, провезёт ли свои Записи. Он их провёз. Это было чудо. Потому что на границе отбирали все несоветские издания. Всё было очень жёстко. А мы всё провезли — и книги, и Записи. Это была явная Помощь. Это было так называемое обыкновенное чудо, которому я удивляюсь до сих пор, потому что другие не провезли».

Между прочим Спирина замечает, что некоторые русские эмигранты «поехали в обратном направлении — в Австралию, например. Русские живут там материально очень хорошо по сравнению с нами: у них свои коттеджи, машины, там очень высоко оплачивается труд. Это благополучнейшая страна, не знавшая никаких войн, никаких революций, потрясений, но там совершенно мёртвая зона в смысле духовности. И жизнь там — это напрасно прожитая жизнь, я так считаю. Мы могли тоже туда уехать, и мы знали, какие трудности нас в России ждут. Сколько времени без квартиры маялись, было трудно, и климат уж больно суровый. И всё равно были счастливы».

Одним из счастливых событий вскоре после переезда на Родину, стала встреча Абрамова с Ю.Н. Рерихом, которая состоялась в 1959 году в Москве. Вот что рассказывает об этом Н.Д. Спирина: «...Борис Николаевич незамедлительно направился для встречи с ним. Они встретились, состоялась беседа, чрезвычайно важная и значительная. А когда он приехал на встречу с Юрием Николаевичем во второй раз, ему открыла дверь одна из сестёр Богдановых и без всякой предварительной подготовки объявила ему, что Юрия Николаевича уже нет в живых». В Записях Бориса Николаевича от 25 мая 1960 года есть такие строки: «Померк свет над столицей, и одним служителем Общего Блага стало вдруг меньше».

Во время их встречи Юрий Николаевич интересовался, как устроились Абрамовы в Новосибирске. Узнав о трудностях, он помог им поселиться на даче под Москвой у своего знакомого. Несколько месяцев Абрамовы прожили в Подмосковье. Борис Николаевич был рад тишине и покою, но, поскольку невозможно было оформить постоянную прописку, оттуда пришлось уехать.

Была ещё одна попытка сменить местожительство: Абрамовым пришло приглашение от писателя и общественного деятеля Олеся Бердника переехать к нему в Киев. Но, съездив туда, Б.Н. Абрамов отказался от этого варианта.

Вскоре в Москве произошла встреча Бориса Николаевича с Зинаидой Григорьевной Фосдик. Она вспоминала: «С Б.Н. Абрамовым я познакомилась через письма, в начале 50-х годов. Е.И. Рерих мне о нём писала, указывая на его светлый дух и серьёзную работу по изучению философии и учений Востока. (...) Я его увидела в 1961 году, когда приехала в Москву... Он горел огнём духа, верил в светлое будущее, был полон внутренними исканиями. Красота, в чём бы она ни выражалась, на него глубоко действовала, он весь светился при соприкосновении с нею. Всем он хотел помогать, чем только мог».

Б.Н. Абрамов и Н.И. Абрамова

В Новосибирске Абрамовы прожили всего около года, в доме № 13 по улице Карла Маркса, занимая комнату в квартире близких харбинских знакомых. Некоторое время Борис Николаевич работал в Областной библиотеке. Известно также, что он писал статьи в местные газеты. Но жить шестерым в небольшой квартире, состоящей из двух проходных комнат, было очень тяжело, и начались поиски более приемлемого жилья.

В это время, в сентябре 1960 года, в Новосибирске открывается выставка картин Н.К. Рериха: 60 полотен, как дар от своего отца, передал Сибири Ю.Н. Рерих. В организации выставки участвовал и Борис Николаевич. «...27 сентября картины Любимого увидели свет в нашем городе», — записал он в своём дневнике.

Н.Д. Спирина вспоминает: «Мы вместе ходили на открытие выставки картин Рериха в Картинную галерею. Это было очень торжественное открытие, и мы очень этому радовались.

А через год он переехал, потому что не мог получить квартиру. Я получила квартиру от работы (я поступила работать в музыкальную школу), потому что тут была большая нужда в педагогах. А они переехали в маленький подмосковный городок Венёв. Там сначала жили на частной квартире, потом тоже получили какую-то маленькую однокомнатную квартирку».

Мытарства немолодых, физически ослабленных людей с лихвой восполнялись красотой духовного общения, которое дарили им Учителя. Настоящим подарком для Бориса Николаевича стало возобновление общения с Е.И. Рерих.

Первое Сообщение от Матери Агни Йоги Борис Николаевич принял 3 мая 1956 года — через семь месяцев после ухода Елены Ивановны. И начиная с этого времени, все 16 лет, которые ему осталось прожить в этом мире, Борис Николаевич получает бесценные Сообщения, включающие теперь и Послания от Матери Агни Йоги: «Многое нужно сказать. Связь наша станет ещё прочнее и сильнее, чем тогда, когда я была на Земле, ибо я ныне свободна. Всё основное в Плане остаётся неизменным. Буду творить через созвучные сознания... Тетради заполняла я, тетради будешь заполнять ты своею рукой, но духом моим» (Грани Агни Йоги. 1956 г. 101. (М.А.Й.)).

В стихотворении Б.Н. Абрамова «Мост духа» говорится:

   Чудесной аркой соткан мост.
   Мост между небом и землёю,
   Нить между миром дальних звёзд
   И человеческой душою.

   Стрелу в полёте не согнуть,
   Не заглушить пространства зовы,
   Чудесный мост — кратчайший путь
   Для восхожденья к жизни новой.

Тихо и незаметно текла в Венёве жизнь Абрамовых. У них был совсем небольшой круг знакомых. Борис Николаевич почти никуда не выезжал из-за больной жены, которую не мог оставить одну. Чтобы найти приемлемые условия для жизни, Абрамовым пришлось совершить в Венёве несколько переездов.

Приезжая в Венёв, чтобы разрешить с Борисом Николаевичем накопившиеся вопросы по Учению, Н.Д. Спирина могла воочию наблюдать жизнь Абрамовых. Летом 1962 года она записывает: «Многие духи легко и свободно восходят в благоприятных условиях жизни. Но принятый ученик должен продвигаться во всяких условиях жизни. Восхождение духа идёт неотступно, и его не может остановить ничто. Это возможно тогда, когда понято, что возврата нет. (...) Может быть, для того и даются трудные и подчас невозможные условия жизни, чтобы идти, несмотря ни на что». А условия жизни у Бориса Николаевича были очень непростые: на руках больная жена, уход за которой, как и вся домашняя работа и содержание семьи, полностью лежали на нём. Но, несмотря на все тягости, он продолжал выполнять главное дело жизни — вести Записи.

Процесс принятия Записей требовал полного сосредоточения — для достижения высокой степени восприимчивости. Это было невероятно сложно среди бытовых шумов. Внешние воздействия — постоянно гремящий репродуктор, частые праздники у соседей за стеной, сопровождавшиеся громкой музыкой, — вторгались диссонансом в его жизнь. Борису Николаевичу требовалось прикладывать огромные усилия для удержания ритма работы. Так, утверждая Небесное в жизни земной, шёл он по тернистому пути восхождения духа. Бытовые трудности, перемена условий жизни, невозможность открыто говорить о своём мировоззрении, духовное одиночество в течение многих лет — среди всего этого было необходимо, не сбавляя шага, пронести и сохранить Огонь Знания для многих путников, которые когда-то пройдут по такому же пути...

Н.Д. Спирина и Б.Н. Абрамов вели интенсивную переписку. С каждым годом всё более крепла их духовная связь. В своих письмах е ней он отмечал: «Дорогая Ната! Мне часто думалось, что если бы Елена Ивановна не умерла и мы бы пожили с ней вместе, то и Вы... ощутили бы на деле, насколько справедливы мои слова о том, что нас любят, может быть, больше, чем это кому-то может показаться возможным...» «...Скажу откровенно, меня радует наша полная согласованность в понимании многих вопросов жизни. Может быть, потому нам и трудно с теми, с кем этого нет».

Борис Николаевич также присылал Наталии Дмитриевне некоторые Записи — после возвращения на Родину она была первой, кто имел возможность читать их за 30 с лишним лет до публикации.

Некоторое время Борис Николаевич преподавал иностранные языки в вечерней школе. Как-то к нему обратилась Нина Васильевна Бургасова, медсестра местной больницы, с просьбой «подтянуть знания по английскому у дочери-школьницы». Так Борис Николаевич начал заниматься с Татьяной Бургасовой для подготовки её к поступлению в институт на факультет иностранных языков.

Очень скоро Б.Н. Абрамов подружился со всей семьёй Бургасовых — сердечными и доброжелательными людьми, жившими по соседству, стал часто бывать у них, подолгу беседовал, выезжал вместе с ними на рыбалку, в окрестные живописные места.

Дом Бориса Абрамова в Венёве

В Венёве Бориса Николаевича посещали ученики, друзья и знакомые, приезжавшие из разных городов России. Это были прежде всего харбинцы, вернувшиеся на Родину: Георгий Александрович Иванов, Геннадий Петрович Кучма, Зинаида Николаевна Чунихина — близкий друг семьи Абрамовых, Борис Андреевич Данилов — ученик Екатерины Петровны Инге, одной из активных членов харбинского содружества.

Навещали Бориса Николаевича известный писатель Альфред Петрович Хейдок, а также москвичи: художники Борис Алексеевич Смирнов-Русецкий, Виктор Тихонович Черноволенко и другие, изучавшие теософию, Живую Этику и приезжавшие к Абрамову в Венёв для бесед.

Прасковья Никифоровна Титова, бывший военный врач, будучи зав. отделением венёвской больницы, не раз консультировала семью Абрамовых. С образом Бориса Николаевича у неё связаны самые светлые воспоминания: «Он мог общаться с любым человеком — и с образованным, и с простым. Помню, пришёл позвать меня к жене, а у нас во дворе всегда ребятишек полно, два гамака висело, детей было много. Он начал с ними разговаривать, сразу нашёл общий язык, они слушали его, раскрыв рот. Один даже сказал: ''Да, если бы у меня был такой учитель, то я бы сдал английский лучше''. Он английский преподавал, сына моего подучивал».

Прасковья Никифоровна вспоминает о Борисе Николаевиче как о прекрасном человеке, который уважительно относился к людям, никогда никого не осуждал: «Доброжелательный, внимательный, он понимал всех. Никогда не подчёркивал своё ''я'', как некоторые, особенно приезжие. Он был очень скромный и добрый человек. У него был ореол доброты. Глаза необыкновенные, как будто насквозь видят; чувствуется, что он тебя понимает. Душевный был человек, незабываемый. Высокой культуры, вежливый; чувствуется, другого воспитания, не простого. Он человек особенный, необыкновенный».

Лето 1972 года было очень засушливое и жаркое. Борису Николаевичу приходилось поливать огород, носить воду из колонки и одновременно с этим заготавливать дрова, которые он сам пилил и колол. Для его сердца эта нагрузка оказалась чрезмерной.

5 сентября 1972 года Борис Николаевич Абрамов ушёл из жизни.

Вот что рассказывает о его последних днях Ю.П. Бургасов: «Борис Николаевич болел очень недолго, мужественно переносил сердечные приступы, слёг в больницу и оттуда уже не вернулся. Похоронили мы его с почестями, которые в то время были нам доступны. Была гражданская панихида, и я произнёс небольшую речь на могиле, за что потом в райкоме меня очень жёстко обсуждали и даже объявили строгий выговор».

На похороны Бориса Николаевича собрались соседи и люди, с которыми он поддерживал тёплые отношения в Венёве, приехали друзья и знакомые из Москвы и других городов. Бывший среди них Борис Алексеевич Смирнов-Русецкий в письме к Наталии Дмитриевне Спириной, которая не смогла приехать на похороны из-за больной матери, писал: «Последний путь был краток — Вы, наверное, знаете белую церковь и кладбище около рынка. Это всего около десяти минут ходьбы от их дома. Под могилу отвели прекрасное место, близко от алтаря церкви и около ограды. Было сказано много добрых слов о Борисе Николаевиче, и я почувствовал, что добро, им творимое, всё же тронуло сердца многих людей...»

В памятном слове «Светлый дух» Зинаида Григорьевна Фосдик скажет: «Ушёл чистый, прекрасный человек, пробудивший во многих сердцах любовь к красоте, и эти семена, посеянные им, будут произрастать, чем и докажут, что смерти нет, а есть лишь беспрерывный поток, вечно несущийся вперёд, в светлое для всех будущее».

Незадолго до ухода Борис Николаевич получил долгожданную и радостную весть: в серии «Жизнь замечательных людей» вышла книга «Рерих». Один из её авторов, Павел Фёдорович Беликов — близкий и преданный сотрудник Рериха и один из самых крупных исследователей творчества семьи Рерихов, — подарил Абрамову свою книгу с дарственной надписью: «Дорогому Борису Николаевичу с сердечным приветом и самыми светлыми пожеланиями. Автор. 22 августа 1972 года».




Первое издание 'Граней Агни Йоги'

Пройдёт немногим более 20 лет со дня ухода Бориса Николаевича Абрамова, прежде чем широкий круг людей узнает о выполненном им Высоком Поручении — о принесении в мир Знаний из Высокого Источника.

В 1993 году в издательстве «Алгим» вышел в свет первый том Записей Б.Н. Абрамова, подготовленный Б.А. Даниловым. Младший сын Рерихов, Святослав Николаевич, при встрече с Б.А. Даниловым одобрил издание Записей Б.Н. Абрамова после опубликования книг Учения Живой Этики. Это условие было выполнено. Названные «Гранями Агни Йоги», Записи Бориса Николаевича Абрамова вызвали глубокий интерес у многих людей и получили широкое распространение.

Упоминая о «Гранях Агни Йоги», Н.Д. Спирина поясняет их чрезвычайное значение: «Грани — это стороны одного и того же предмета. Мы можем взять любой огранённый предмет, скажем, вазу с многими гранями или плоскостями — она едина, но имеет много сторон — она многосторонняя. Грани — это части целого, и они помогают это целое понять, они его дополняют. Чтобы охватить предмет, или какую-то мысль, или книгу со всех возможных сторон, нужно рассматривать грани все вместе, потому что если их не принимать все, а только какую-то одну сторону, то это получится односторонне и плоско. Агни Йога имеет так много аспектов, так много граней, что нужно отметить это и подходить к этому как можно шире. Книги эти [«Грани Агни Йоги»] чрезвычайно полезны, потому что они не суживают великое понятие Агни Йоги до какого-то одного пункта или мысли, но, наоборот, очень расширяют подход к ней».

В «Гранях Агни Йоги» содержатся разъяснения вопросов Живой Этики о внутренней жизни человека, о взаимоотношениях между людьми, будущем человечества, которое уходит в бесконечность. Основное значение придаётся самоусовершенствованию.

«Улучшение, утончение и усовершенствование во всём — это и есть путь эволюции жизни и постоянная, непрерываемая замена старого новым...» (Грани Агни Йоги. 1959. 121)

«Путь ученичества — это путь постоянной, напряжённой трансмутации, или преображения всей своей сущности. Конечно, он нелёгок... конца ему нет» (Грани Агни Йоги. Т. 4. 49).

«Столько надо достичь и столь многое в себе усовершенствовать, что буквально каждое мгновение жизни можно использовать целесообразно и плодоносно» (Грани Агни Йоги. Т. 4. 169).

Мысль — это сильнейшая энергия, овладение ею — неотложная необходимость для современного человека.

«Собрать воедино разбросанные по разным направлениям мысли — означает умение мыслью владеть и управлять ею. При всех обстоятельствах жизни умением этим надо владеть в совершенстве. Степень его указывает на степень власти сознания над окружающим» (Грани Агни Йоги. Т. 1. 13 янв.).

«В школах будущего будут учиться мыслить чётко и ясно, проверяя отчётливость и точность мысленных форм на особых экранах, тут же в классах, на глазах у всех. Много чудес готовит наука для человека» (Грани Агни Йоги. Т. 1. 2 янв.).

В Записях Бориса Николаевича, как и в Учении Живой Этики, говорится о большом значении психической энергии, которая называется «даром эволюции». «Сила психической энергии неисчерпаема, когда призвана. Неисчерпаема огненная сила духа. Следует лишь призвать её к действию» (Грани Агни Йоги. Т. 1. 2 марта). Важнейшая задача людей — научиться подчинять её собственной воле и направлять на благие дела. Такая объединённая и согласованная энергия коллектива может положительно и действенно влиять на жизнь всей планеты.

Развивая данные в Живой Этике представления о Тонком Мире, куда попадает каждый, завершивший свою земную жизнь, «Грани Агни Йоги» дают подробные сведения об этом Мире. Для того чтобы прийти в Тонкий Мир подготовленным, необходимо познакомиться с законами, по которым живут его обитатели.

Один из основных законов состоит в том, что в Тонком Мире творит мысль, так же как в земном мире — действие. Это побуждает каждого задуматься об ответственности за свои мысли, слова и поступки: «Что посеял в мире физическом, то пожнёшь в Мире Тонком».

«Грани Агни Йоги» открывают перспективы общения землян с представителями других планет и звёзд. Извечная мечта человечества — увидеть жизнь Дальних Миров, жизнь более прекрасную и совершенную, — осуществится тогда, когда люди встанут на путь развития своих духовных качеств.

«Наивысшее устремление, доступное духу на вашей Земле, — к Мирам Дальним. Всё самое высокое, о чём может помыслить ваш ум, осуществлено там» (Грани Агни Йоги. Т. 3. 200).

Этому высказыванию созвучно стихотворение Н.Д. Спириной из сборника «Капли»:

   Всё нам назначено. Всё наше.
   И наши — дальние миры,
   Вселенской Красоты дары
   И Знаний огненная чаша.
   Кто дерзновенью своему
   Границ не ставит — всё тому;
   И светом путь его украшен!

Большое значение в «Гранях Агни Йоги» придаётся науке будущего, которая проникнет в ещё не изученные области знания.

«Человечество идёт к новым великим научным открытиям, долженствующим затмить собою всё, что достигнуто до сих пор. Людям предстоит пережить великую революцию в науке, которая поставит на твёрдый фундамент научного обоснования чудеснейшие свойства вновь открываемых видов материи и энергии» (Грани Агни Йоги. Т. 1. 2 янв.).

«...Они есть, их надо только найти и освоить. Ни нефтью, ни газом, ни дымом, ни бензином не будут уже отравлять здоровье людей, но надо искать, надо думать, надо творящие мысли в пространство послать...» (Грани Агни Йоги. Т. 2. 367)

«Научно будет доказано и продемонстрировано на аппаратах явление мысли и тех образов и форм, которые может она принимать. Увидят сияние, распространяемое вокруг головы человека, напряжённо работающего мозгом. (...) Граница между видимым и невидимым миром... будет стёрта совсем. Произойдёт объединение двух миров. Явления духовного порядка, которые столь же материальны, как и явления физические... вольются в орбиту материального мира... Всё станет по эту сторону жизни, и воистину будет попрана смерть» (Грани Агни Йоги. Т. 1. 2 янв.).

Космическим домом человечества, несущимся в беспредельности, названа в Записях Бориса Николаевича планета Земля. Как призыв Старших Братьев человечества к жителям Земли звучат слова: «Дайте людям, дайте Миру, отделите нечто другим от себя, всё равно что, но дайте. Только даяние в какой бы то ни было форме может служить оправданием жизни и давать жизни смысл. Люди задыхаются от бессмысленного существования, если не могут давать, хотя часто и не понимают причины. Но дух чует пространственную нелепость и бессмыслицу эгоистического прозябания и задыхается в ней. Цель жизни в даянии...» (Грани Агни Йоги. Т. 1. 12 дек.)

   Если от Солнца ты —
   Свети не жалея,
   Не считая лучей,
   Сквозь шествие дней и ночей.
   Ведь Солнце даёт,
   Не крушась об отплате,
   И над жертвой своею не плачет!
               Н.Д. Спирина «Капли»




В «Листах дневника» Николай Рерих пишет: «...Культура есть то прибежище, где дух человеческий находит пути... ко всему просветительному и прекрасному». Он призывает «следовать именно путями Культуры, путями духовного совершенствования». Устремление Б.Н. Абрамова к Красоте и Культуре нашло своё воплощение в его творчестве. Сам способ восприятия мыслей и сообщений из Высокого Источника посредством утончённого духовного слуха является высочайшим достижением на данном этапе эволюции человечества.

Сотворчество с Высшими Сферами — наивысший вид творчества. Огненным сотворчеством можно назвать работу над восприятием мыслей из Высоких Сфер, которой посвятил себя Б.Н. Абрамов. Не были чужды ему и привычные формы земного творчества.

Б.Н. Абрамов. Венёв, 1960-е гг.

Борис Николаевич был человеком высочайшей культуры и не только любил и хорошо знал литературу, музыку, живопись, но и сам писал стихи и рассказы, рисовал, сочинял музыку. Его творчество наполнено стремлением передать красоту и одухотворённость окружающего нас мира.

О его творческих возможностях Н.Д. Спирина говорила: «Великолепный художник; к сожалению, он этому не уделял внимания, это было между прочим. У меня остались его рисунки. Так же между прочим он писал стихи, он на этом не сосредотачивался, но все его стихи прекрасны с точки зрения формы, а про содержание и говорить нечего. Также написал несколько рассказов, которые у нас были напечатаны в журнале. Но всё это делалось как бы между делом. Главное дело его жизни — это получение Записей, которыми мы сейчас питаемся, — "Грани Агни Йоги"».

Художественные работы Бориса Николаевича — 17 акварелей — сохранились в архиве Н.Д. Спириной (сейчас они находятся в Музее Н.К. Рериха в Новосибирске). «Смысл их очень глубок и эзотеричен», — говорит о них Наталия Дмитриевна. В пейзажах и символических картинах, выполненных очень тонко, в особой, неповторимой манере, отражены темы Учения Живой Этики.

Его рассказы необычны и увлекательны, в них говорится о справедливых и прекрасных законах мироздания, которые раскрываются человеку, готовому их принять.

Поэзия Бориса Николаевича, как и всё его творчество, поднимает сознание над земной обыденностью и устремляет в бесконечные Обители Красоты.

   В душе горит неизреченный Свет,
   Она поёт, как солнечная песня,
   Она звучит, как солнечный привет,
   И говорит, что здесь ей стало тесно,
   Что на земле она в гостях пока
   И здесь не может долго оставаться,
   Что далеко вверху, в прозрачных облаках,
   Там дом её и с ним нельзя расстаться.
   И вспоминая свой далёкий дом,
   Здесь, на земле, душа в тоске томится
   И, устремлённая, в горенье неземном,
   С Отцом своим спешит соединиться.
               Б.Н. Абрамов «Родина Духа»

Борис Николаевич хорошо знал классическую музыку. Одним из его любимых произведений, которое он сам часто исполнял, была первая часть Лунной сонаты Бетховена. Абрамов-музыкант был не только исполнителем, но также и автором музыки, написанной на свои стихи: в архиве Б.А. Данилова сохранились ноты 15 музыкальных произведений Абрамова.

2 августа 2007 года мемориальная доска, посвящённая Б.Н. Абрамову — деятелю культуры и ближайшему ученику Н.К. Рериха, — была торжественно открыта в Венёве.

«Главное — это оставить после себя след на Земле и чтобы оставленное людям могло послужить им во благо», — сказано в Записях Б.Н. Абрамова.

   Одинокое пламя
   под всеми ветрами горит;
   Под грозой,
   под ударами волн озверевшего мира
   победно стоит.
   Ночь темна,
   но Лампада пустыни
   во мраке бесстрашно горит.
               Н.Д. Спирина «Капли»

 

Источник: http://www.sibro.ru/teacher/books/841/

 

АКВАРЕЛИ Б.Н. АБРАМОВА

 


RSS










Agni-Yoga Top Sites яндекс.ћетрика