I. ЭТЮДЫ СЕРДЦА

<< 1 2 >>

ТАИНСТВО ОСЕННЕЙ НОЧИ

Вечерняя прогулка несколько затянулась. Было уже почти темно, и осеннее, глубокое небо обрело тёмно-синий бархатный оттенок. Но уходить не хотелось... Гул, уставшего за день большого города, почти затих, и в небольшой, берёзовой аллее было особенно спокойно и уютно. Пёс бежал впереди, извлекая из окружающего только ему одному известную информацию и не требуя моего внимания. Думалось по-особенному легко, и светлое ожидание чего-то необычного немного волновало сердце. Деревья уже почти сбросили листву, и теперь она лёгким и мягким ковром шуршала под ногами. Прозрачная, обволакивающая кисея взвешенной в воздухе влаги гасила звуки, создавая ощущение полной изолированности от окружающего. В темноте лишь грустно белели стволы берёз, своими обнажёнными ветвями взывающие к ночному небу. И вдруг... Впереди, выхваченная из темноты заблудившимся лучом прожектора, прекрасным костром вспыхнула ива. Её невыплаканные слёзы-листья дышали и переливались золотом на фоне уже почти чёрного неба. Эта королева ночного бала покоряла сердце сразу, мгновенно. Всё окружающее было лишь с тонким вкусом подобранной рамой, оттеняющей её зрелую красоту. Она блистала, она тянулась своими золотистыми ветвями к небу, она говорила с ним, говорила трепетно и нежно, возможно первый раз в своей жизни. А небо... Мудрое и прекрасное небо, набросив на её хрупкие ветви прекрасный плат осенней ночи, дарило ей свою любовь и радость единения. И тайна, тайна великого Бытия покрывала всё...

Наверное, такая сокровенная ночь больше не повторится в жизни ивы, но она останется с ней навсегда, останется в каждой её клеточке, останется прекрасным и дающим силу жизни воспоминанием.

Навсегда она останется и в моём сердце, невольного и благодарного свидетеля этого праздника любви и красоты.

РАЗГОВОР С ДОЖДЁМ

Он всегда приходит неожиданно. И всегда он разнохарактерный, хотя одно постоянное свойство всё-таки присуще ему – он создаёт иллюзию изолированности от внешнего мира и удивительного внутреннего уюта, причём это совершенно не зависит от твоего местопребывания – будь над тобой крыша дома, либо посылающее свой привет небо.

Я люблю дождь, дождь любой: робкий и шаловливый, занудливый и мощный, кратковременный и надувающий пузыри луж, говорящих о его не на шутку постоянных и серьёзных намерениях.

Его шуршащий шёпот всегда проникновенен, ибо приглашает к воспоминаниям и размышлению над суетностью земного бытия, извлекая из скрытых глубин сердца чувство ожидания сокровенных перемен и уверенности, что есть Нечто очень значимое для сердца, значимое настолько, что перед этой значимостью меркнет повседневная, суетная обыденность, становясь блеклой и незначительной. Сердце тянется к сокровенному Нечто, объединяющему в себе всё самое светлое, радостное и Высокое, к тому, что сердце мечтает обрести в себе, обрести навсегда. Сердце жаждет этого обретения и томится пониманием того, сколь тяжек этот Путь – Путь, наполненный борьбой со своей собственной, ветхой личиной. И как трудно сбросить её со своего сердца, стряхнуть эти сжимающие сердце оковы, взлететь над миром свободным сердцем! Но ведь только свободное, дерзновенное сердце может вместить Истину! И отчётливое понимание этого даёт сердцу силы и радость борьбы – борьбы за свободу, за доверие Высшее, за обретение Пути.

А дождь – милый друг – проникновенно и доверительно шепчет о том, что всё в Мирах стремится к совершенству, ибо в этом и есть смысл беспредельного устремления, где каждая обретённая ступень достижения – лишь трамплин для покорения следующей. И что всё в Жизни Единой связано незримыми сокровенными нитями, и от усилий и достижений каждого зависит Благо Общее.

Удивительно... Как стремится Всё пробудить в сердце стремление к поиску Истины! Так и мой нынешний собеседник – скромный и неприметный, несущий мудрость небес дождь, очищает и наполняет новыми жизненными силами всё жаждущее – только открой сердце навстречу и прими!

НЕЖДАННЫЙ ДАР

Утро выдалось на редкость серым. Серым было всё: небо, дома, сеющийся, как из сита, мелкий дождь, серыми и хмурыми были лица людей, спешащих по своим делам. Я шла в этом сером облаке, пёс, как всегда бежал впереди, и казалось, что даже он был в пасмурном настроении.

Поздняя осень сняла привлекательный и кокетливый наряд с деревьев и кустов, мгновенно сделав пейзаж звонким и прозрачным. Всё, что так старательно скрывалось в пышных кронах, выступило выпукло и зримо, предлагая понимание истинной сути пытливому сердцу. Нерастраченная грусть и одновременно терпеливая мудрость наполняли пространство. Удивительна эта всепонимающая мудрость Природы... Она не порождает ощущения безнадёжности и покорности, она – сама внутренняя собранность и понимание преходящего характера текущих событий. Эту мудрость каждая клеточка живой Природы, казалось, впитала в себя с дождями, снегами, солнечным лучом и светом звёзд. И именно она даёт ей жизненные силы для преодоления всё новых и новых испытаний, даёт ей радость жизни даже в такое серое, перечёркнутое ленивым дождём утро.

А дождь и не думал прекращаться, он прочно и надолго обосновался в низких, тягучих тучах. И серая, влажная кисея покрывала всё. Казалось, она держала в плену саму надежду на появления солнечного луча.

И вдруг... Сердце ощутило нечто очень притягательное. Оглянувшись, я увидела это нечто. Волна радости и восхищения нежданной красотой освободила сердце из серого плена. Это был, широким, по истине, царским жестом раскинувшийся, могучий куст. Его гибкие, омытые дождём ветви обрели почти коралловый оттенок, и он выглядел очень выразительно и эффектно на этом празднике серых тонов. Но особое очарование ему придавали гроздья цветов-плодов, по-иному их и не назовёшь, которыми были увенчаны почти все верхушки обнажённых ветвей. Эти светло-зелёные, почти белые гроздья воздушных шариков, казалось, излучали изнутри матовый, жемчужный свет, а капельки дождя, чудом удержавшиеся на ветвях, удивительно тонко дополняли картину, придавая ей почти нереальную хрупкость и ажурность. Казалось, Природа украсила этот куст резными, ювелирными изделиями, выполненными самым искусным мастером, – так они переливались и играли на сером фоне, поднимая его тона до серебристого. Это было так прекрасно! И благодарное сердце вобрало в себя этот дар истинной красоты и радости, дабы сохранить и подарить сердцу другому.

С каким тонким вкусом творит Природа! Как в ней всё гармонично! И как трогательно и открыто приносится красота и сокровенная мудрость в дар сердцу человеческому, заставляя его чувствовать, жить и творить в ритме Жизни Единой, заставляя создавать себя заново, дабы обрести гармонию в себе и со всем сущим. Воистину, красотой и радостью пройдём всё!

ПОЮЩАЯ ЛУНА

Что-то не заладилось у зимы с настроением... Уже начало января, а она – то подаст надежду лёгким морозцем, то вдруг проливает слёзы, как сегодня, облекая буквально всё в сверкающий, ледяной футляр. Вечерние фонари освещают всё это великолепие, которое играет и переливается в их матовом свете, самыми неожиданными оттенками, оставляя в сердце наряду с восхищением лёгкое чувство тревоги. Выходить под этот моросящий, ледяной дождь, рискуя упасть, совершенно не хотелось. Но пёс, стоя у двери и глядя на меня своими преданными глазами, не оставлял мне ни единого шанса на иное, более благоприятное решение вопроса.

Кое-как, буквально скатившись с обледеневших ступеней крыльца, балансируя и скользя, мы добрались до маленького, дворового сквера. Здесь стояла удивительная, мягкая тишина, лишь тоненькое позвякивание друг о друга обледеневших веточек нарушало её. Всё замерло... Казалось, что всё под покровом льда прислушивается только к своей, внутренней, жизни, чутко и крайне напряжённо реагируя на любое вмешательство извне.

Круглый глаз матового фонаря невольно вызывал сочувствие своими попытками пролить свет на всё это сверкающее великолепие. Поравнявшись с ним, я остановилась, не в силах тронуться дальше. Передо мной открылось завораживающее зрелище... Невысокое, днём такое золотушное деревце, растущее перед фонарём, сегодня играло особую роль – роль главного распорядителя, зовущего и допускающего к участию в разворачивающейся, сияющей мистерии. Его тоненькие, такие хрупкие под тяжестью покрывающего их льда, ветви изогнулись, образуя вокруг фонаря неумолимо притягивающие взгляд, концентрические окружности, прочерченные пунктирами сияющего льда. Эти нежные и звонкие одновременно окружности переливались, двигались, порождая в матовом свете фонаря фантастические сочетания, они манили в неизведанное настойчиво и многообещающе...

А внутреннее напряжение этой необычной ночи всё нарастало, заставляя сердце трепетать от восхищения и ожидания чего-то, чему оно не могло дать определения.

Вдруг мягкий вздох, скорее стон, пронёсся мимо неуловимой волной, и, зацепившись за верхушки деревьев, затерялся среди молчаливых ветвей, так болезненно было его вмешательство в это самосозерцание всех глубин своего естества. Одновременно ровный, голубовато-серебристый свет наполнил всё пространство, ещё более усилив чувство нереальности происходящего. В плотной, прижатой к земле собственной тяжестью армаде облаков, на протяжении более двух месяцев господствующих в зимнем небе, открылось небесное окно, и извечная спутница Земли – Луна – бросила с небес свой всепонимающий, чарующий взгляд на происходящее. Однако её участие в разворачивающейся мистерии вовсе не было пассивным. Она доминировала над всем, проникая в самые потаённые мысли и чувства, ибо для неё, за тысячелетия, не осталось тайн в сердце человеческом. Её серебристый свет совершенно поглотил свет близлежащих звёзд, окрасив небо в удивительно ровный тёмно-бирюзовый цвет. И на этом прекрасном бархатном фоне прочерченные современной цивилизацией чёткие серебристые линии создавали иллюзию струн гигантской небесной арфы. Как только некоторые из них начинали рассеиваться, незримая рука натягивала всё новые и новые струны. Луна трепетно и нежно перебирала эти струны, и удивительные, невыразимо тонкие и чарующие звуки лились с небес, наполняя пространство, поглощая всё и обнажая сердце для принятия этого бесценного дара. Всё, абсолютно всё, впитывало и одновременно излучало эти прекрасные звуки, добавляя в них только ему одному присущее таинство, тот тон, который раскрывает всё самое скрытое и сокровенное, лежащее в основе каждого естества. Стёрлась иллюзорная граница между небесным и земным – всё переплелось в едином, мощном дыхании этой невыразимо прекрасной искрящейся феерии.

Время перестало существовать… Сердце билось в едином, неразрывном с происходящим, ритме. Опьянённое чарующими звуками, оно рвалось ввысь, стремясь дотянуться до небесных струн, дабы ещё полнее ощутить всю мощь, и одновременно удивительную мягкость льющейся с небес великой Любви. Оно было до краёв наполнено этой Любовью, ибо ощущало всю полноту своего нераздельного слияния с Единой Жизнью, где всё переплетено воедино, и узор этого плетения ложится на каждое сердце, на каждое сознание. Главное, почувствовать, понять и принять в сердце своё это великое единение с Вечным! Именно в такие моменты, когда сердце полнится единением со всем сущим, когда оно впитывает в себя красоту и любовь посылаемую, открываются сердечные шлюзы для очищения, для могучего устремления к Высшему! И с какой великой любовью, пониманием и состраданием поддерживает Высшее наши, даже самые малые светлые устремления, дабы окрепло наше сердце в суете жизни земной и возрос дух, дабы обрели мы Путь, Путь красоты и любви, обрели Путь в Бессмертие!

И это ещё раз подтвердила такая неожиданная и одновременно такая фантастическая ночь – ночь Единения и Любви!


RSS




<< 1 2 >>






Agni-Yoga Top Sites яндекс.ћетрика