ЛАСЯ В СИНЕГОРЬЕ

Е. Райт

6. ВЫШЕ ОБЛАКОВ

Утром, после того как папа отправился на работу, Лася вышла из дома, еще не зная, чем будет заниматься. Однако вскоре она придумала себе занятие.

Сначала она представила себе, что может увидеть лошадь, стоящая на веранде. Для этого ей даже пришлось взобраться на скамью. Оттуда, и вправду, было видно то, что Ласе при ее росте было не видать. К примеру, соседние дома или облака в небе, которые теперь стали на полметра ближе к ней.

Потом Ласе пришло в голову, что она – большая собака. Согнув ноги в коленях, она подошла к ограде веранды и обнаружила, что подбородком упирается в перила. Дома теперь скрылись из виду, да и верхушки деревьев тоже.

Нараян застал Ласю в тот момент, когда она примеряла на себя роль кошки, лежа на полу и выглядывая сквозь щели между планками ограды. Единственным преимуществом "кошки" было то, что ее нос приходился как раз над прекрасными весенними цветами, которые росли у самой веранды.

Нараян опустился на пол рядом с Ласей и выглянул, как и она, наружу.

– О чем говорят с тобой эти цветы? – спросил он.

– Они не разговаривают, они поют, – вполне серьезно ответила Лася.

Нараян улыбнулся – ему понравился ответ. Но Лася не видела его улыбку, она продолжала разглядывать цветы.

– Они поют хором, – рассказывала она. – Это похоже на детский хор, только голосочки у них тоньше. Зато высокие цветочки вон на той клумбе, поют как тетечки или как большие мальчики.

– Таким образом, сегодня твой первый вопрос – о голосах в природе, – решил Нараян.

– Ой! А я совсем забыла, – встрепенулась Лася.

Только сейчас она вспомнила о вчерашнем договоре с Нараяном о том, что к его приходу она будет придумывать вопросы.

– Пойдем, – позвал Нараян Ласю, и они пошли от дома по дорожке.

Молодая листва, пронизанная солнцем, светилась как маленькие желто-зеленые фонарики. Нежные весенние цветочки источали тонкий неповторимый аромат.

Лася не уставала любоваться этой красотой, а Нараян между тем рассказывал:

– Все, что только существует на Земле, имеет цвет. Даже то, что кажется прозрачным.

– И воздух? – удивилась Лася.

– И воздух тоже, – подтвердил Нараян. – Он состоит из маленьких частичек. Как и все существующее, они – живые. А у всего живого внутри постоянно происходит движение.

– "В движении жизнь" – так говорит мой папа, – вспомнила Лася.

– Точно. А теперь представь себе, что эти движения частичек обязательно рождают цвет. А если его не видно, то это из-за несовершенства наших глаз.

– Да, – вздохнула Лася, – небо такое большое. Может, в нем спрятались радуги, а их не видно.

– И все-таки, глаз – чудесный аппарат, – продолжил Нараян. – А еще у человека есть другой интересный прибор. Это нос.

– Вот так прибор! – рассмеялась Лася и слегка придавила нос ладошкой.

– Этот чудо-прибор слышит запах, который есть… абсолютно у всего.

– Что, и у воздуха?!

– Поверь, там, где цвет, – там и запах. Ну, а третий волшебный аппарат у человека называется… – тут Нараян сделал паузу и терпеливо стал ждать, пока Лася догадается, о чем идет речь.

Вот она пальцами коснулась глаз и сказала: "Раз!", потом схватила себя за нос и гундосо произнесла: "Два!", потом положила палец в рот и прошепелявила: "Тши!"

– Нет, – покачал головой Нараян.

Дальше Лася продолжала поиски по всему телу, пока Нараян не приложил ее ладони к ушам.

Оказалось, то, что имеет цвет и запах, обязательно обладает звучанием. Это сообщение было таким неожиданным, что Ласе трудно верилось в это.

– Ты же сама только что рассказывала мне, как поют цветы, – подсказал ей Нараян.

– Это я нафантазировала, – возразила Лася. – Ушами я ничего такого не слышала.

– Человеческие уши, действительно, прибор грубоватый. Животные, например, слышат гораздо больше. Зато у человека внутри имеются аппараты, которые могут уловить все вместе: и цвет, и звуки, и запах. Только они у многих людей не развиты.

– Пока младенчики, – решила Лася и вдруг обнаружила, что они стоят у незнакомого красивого дома, который…

– Вот здесь я живу, – сообщил Нараян.

А еще он рассказал, что дом разделен на две половины. В одной живет учительница самого младшего класса, а в другой – помощник учительницы, Нараян.

– А почему ты сам не учитель? – допытывалась Лася, рассматривая убранство комнаты Нараяна.

– Я еще учусь на учителя. Утром – занятия, после обеда помогаю учительнице, а вечером снова учеба. Сейчас, пока ребята в лагере, занимаюсь с тобой.

– Так это у вас работа? – разочарованно проговорила Лася. – А я думала, что вы…

– Во-первых, говори мне "ты". Здесь все говорят только так: уважительно и "ты". Во-вторых, моя работа вовсе не мешает мне дружить с тобой. Хочешь, расскажу тебе историю?

Но Лася уже не слышала вопроса, потому что в одном из углов комнаты заметила большой стеклянный шар – объемный рисограф. Как завороженная, пошла она к шару. Ей очень хотелось попробовать создать в нем картинку.

Нараян подождал, пока Лася после нескольких неудачных попыток не отошла от рисографа разочарованная, и снова предложил:

– Давай, я расскажу тебе историю.

При этом он снял шар с подставки, на которой тот стоял, и поставил его на пол в центре комнаты. Приземлившись возле него, он пригласил Ласю сесть рядом и сказал:

– Я буду показывать тебе историю в картинках, а ты будешь озвучивать. То есть сама ее и расскажешь.

Лася была в восторге от такого предложения. Ее восхищение стало еще больше, когда в шаре появилась первая картинка. Это было объемное, очень красочное изображение горного селения. Оно было таким живым, что казалось настоящим, только очень маленьким.

– Жили-были в горах, – начала Лася.

Следующая картинка показывала молодую женщину и рядом с ней мужчину постарше. А следующая за ней – младенца.

– Значит, жили-были в одной горной стране муж и жена. И однажды родился у них ребенок. Правда, пока не понятно: мальчик или девочка.

Дальше, однако, из ряда картинок, она сообразила, что ребенок был мальчиком. Видно было, что этот мальчишка с раннего детства отличался непоседливостью и изобретательностью.

Вот он привязал к большой сторожевой собаке коляску, в которой его возили в детстве, и, едва уместившись в ней, катается по двору. Вот он же, постарше, смастерил воздушного змея, на котором через все селение пролетела его кошка. Еще одна картинка показывала, как он строит что-то напоминающее планер. На следующей – он стоит над крутым склоном горы, намереваясь спуститься с нее при помощи своего самодельного дельтаплана.

Дальше Лася не сразу угадала в забинтованной по самые глаза мумии юного героя. Но Нараян ей подсказал, что в бинтах – тот же мальчик, а потом признался:

– Эта история обо мне. Так я жил, пока не попал в больницу. Там, оставаясь некоторое время без сознания, я видел очень яркие, необычные картины. Люди без всяких аппаратов поднимаются в воздух или ходят по воде, не касаясь ее. Люди, при появлении которых загорается свет или перемещаются и летают предметы.

Несмотря на то, что Нараян больше не показывал в рисографе картинки, Лася удивительно хорошо представляла себе, о чем он говорит.

– А дальше? – спросила она у него.

– А дальше – смотри.

И снова в шаре появилась яркая картинка: дом, похожий на замок, окруженный красивым садом, женщина с рыжими волосами в комбинезоне и кепке на голове…

– Стоп! – хлопнула себя по коленке Лася. – Это же ты, когда был мадам Алиной!

– Не я, – лукаво улыбнулся Нараян.

Почуяв какой-то подвох, Лася возмутилась:

– Ты ведь мне сам говорил, что мадам Алина – это был ты!

– Не беспокойся, перед тобой настоящая мадам Алина, которой перед тобой я тогда только подражал.

– А Мастер?

– А Мастер нашел меня, десятилетнего, и предложил моим родителям отдать меня к нему, для обучения. После случая с дельтапланом они уже не знали, что со мной делать, поэтому они, после долгих колебаний, согласились.

– А потом ты перестал хулиганить?

– Я никогда и не хулиганил. Я так мечтал. Мечтал летать, чтобы тело было легким и слушалось мысли. Все время хотел чего-то необычного. И вот, когда я попал к Мастеру, я увидел все, о чем мечтал.

– Мастер умеет летать? – перехватило дух у Ласи.

– Мастер много чего умеет и сказал, что научит и меня при одном условии: все мои мысли и поступки должны быть добрыми, абсолютно чистыми. Только в таком чистом человеке начинает проявляться сила основной энергии. Именно она, эта энергия, может творить чудеса. Например, изменять вес человеческого тела и делать его легким, парящим над землей.

– Ты всему научился, а потом Мастер отправил тебя в Синегорье?

– Стать чистым не так просто, поэтому я умею немного, однако… – тут Нараян с улыбкой взглянул на Ласю и продолжил, – прочитать одну твою мысль я все же сумел. Ты все время сидишь и думаешь: "А что это там у Нараяна за ширмой?"

Лася удивленно распахнула глаза: именно об этом она подумала несколько раз, осматривая большую, наполненную многими предметами комнату.

Пока она соображала, как удалось Нараяну проникнуть в ее мысли, он поднялся с пола и отнес теперь уже "молчащий" рисограф на место. Потом он подошел к черной шелковой ширме, но не отдернул ее, а просто сказал:

– Это место у меня для глубоких размышлений. Там я сижу и думаю о чем-то важном.

– О занятиях? – поинтересовалась Лася.

– О более вечных вещах. Например о том, какой большой мир вокруг. Звезды, планеты, миры видимые и невидимые…

Когда Нараян говорил об этом, его лицо стало совсем другим. Из милого улыбающегося юноши он превратился в человека взрослого с горящими, сверкающими, как угли, глазами. К тому же, Лася почувствовала, как от него пошла волна тепла. И тогда она решила, что именно мысли о вечном дают такую силу и помогают человеку вырасти.

Вернувшись домой, Лася сразу же отправилась к себе в комнату. Там она первым делом перевернула прикроватный столик вверх ножками, привязала к ним простыню и уселась внутрь этой малюсенькой комнаты.

Сначала она думала о том, как много на земле всего: люди, животные, растения, горы, моря и океаны. Какие они все разные и удивительные. Потом вдруг подумала, что уже два дня находится в Синегорье, но до сих пор почти ничего не видела.

С этой мыслью Лася тут же отправилась к папе. Что из этого вышло, вы узнаете дальше.

7. ДОРОГА К ХРАМУ

Пока Лася занималась глубоким размышлением, папа Рад решил пересмотреть книги из книжного шкафа в гостиной. Вынимать книги по одной и возвращать их на полку казалось ему неудобным, поэтому он выложил все содержимое шкафа на пол.

Когда Лася спустилась вниз, то увидела папу, сидящего на полу среди груды книг. Просматривая их, папа разговаривал сам с собой:

– Это интересно. Это даже весьма интересно. Так-с, что тут у нас? Ага. Это мы почитаем позже…

– Папа! – прервала его увлекательную беседу с самим собой Лася. – Папа, я хочу больше узнать о Синегорье.

Папа Рад посмотрел на Ласю затуманенным взором. Когда такое случалось с Ласей, он говорил, что она находится далеко отсюда. Вот и папа, только когда вернулся из своего далека, смог ответить на Ласин вопрос.

– Чудненько, – сказал он. – Ты пришла очень даже вовремя, потому что у меня в руках книжка о Синегорье.

– Здорово! – обрадовалась Лася.

Она тут же освободила себе место среди книг и уселась рядом с папой на пол.

– Синегорье – это город, который вырос на горе Синей, – начал свой рассказ папа Рад. – У города очень любопытная конструкция: он состоит из нескольких поясов или ярусов.

Насколько я понял, город начинается под горой, в долине. Вокруг горы располагаются поля, фермы, под землей есть заводы. Жилья там почти нет. Можно сказать, что нижний ярус полностью производственный.

Следующий ярус начинен складами, амбарами, магазинами…

– Значит, я была во втором ярусе, – решила Лася. – А мы живем в каком?

– Мы живем в третьем, где в основном живет все население Синегорья. Здесь же находятся разные школы для детей от 3-х и до 10-ти лет.

– В четвертом ярусе для среднеклассников, а в пятом…

Но папа остановил Ласю:

– В четвертом ярусе находятся все остальные школы, которые есть в Синегорье, и даже учительский институт. А вот выше, в пятом… Никогда не догадаешься.

– Библиотека? Стадион? Кино? – пыталась угадать Лася.

Папа улыбался и отрицательно качал головой, а потом сказал:

– Пятый ярус называется Городом Мастеров. Там живут и работают художники, скульпторы и другие мастера – словом, все, кто умеет приносить красоту на землю.

– А почему же Яра Игоревна живет здесь? – вспомнила о художнице Лася.

– Наверное, она как-то связана со школой, – предположил папа. – А вообще, мастера могут жить, где хотят, так же, как и ученые. Ученые и их лаборатории занимают как раз шестой ярус. А вот в седьмом живут только служители Храма. Смотри, вот его фотография.

И папа раскрыл книжку, которую держал в руках, как раз в том месте, где был изображен Храм.

Взглянув на это сооружение, Лася была поражена.

Оно не было похоже ни на одно из тех, что встречались ей в папиных книгах по архитектуре. Здание сверкало, сияло в лучах солнца. Его устремившиеся к небу башни напоминали не то ракеты, не то обледеневшие пики горных вершин. Их венчали замысловатые фигуры из блестящего металла: некоторые из них были похожи на кресты, другие напоминали причудливо изогнутые телевизионные антенны.

– Папа, – заговорила Лася чуть-чуть охрипшим от волнения голосом. – Можно я завтра пойду к Храму?

– Нет, – не задумываясь, ответил папа и принялся складывать книги назад в шкаф.

Помогая ему, Лася стала настойчиво добиваться разрешения подняться на вершину Синей горы.

– Я пойду не одна. Со мной пойдет Оникс. Нараян сказал, что он знает команду "К Храму!"

– А вдруг с тобой в дороге что-то случится?

– Ты сам мне говорил, что здесь живут только добрые люди. А если я подверну ногу, Оникс позовет на помощь. Нужно только скомандовать ему: "На помощь!"

– Ходить одной по незнакомым местам… – ворчал папа.

– Здесь очень культурные места, везде удобные дорожки.

Видно было, что на любое папино возражение, у Ласи тут же находилось свое, очень убедительное.

Когда последняя книга заняла свое место в книжном шкафу, папа закрыл дверцы, повернулся к Ласе и сказал:

– Сдаюсь. Только быстро. Туда и обратно. Никаких заходов в гости и катаний на лошади.

– Ура! – обрадовалась Лася.

– Папочка, ты сам не знаешь, какой ты хороший! – воскликнула она, обнимая отца.

Утром Лася встала очень рано. Она уложила в рюкзачок припасенную с вечера булку и флягу с родниковой водой. Обследовав ее припасы, папа добавил к ним большое красное яблоко.

Ласины сборы были закончены как раз тогда, когда у дома появился ее провожатый.

– Здравствуйте, господин Оникс! – приветствовала она его.

Благородный пес в ответ лишь слегка наклонил голову. Так же невозмутимо он побежал впереди Ласи, когда она скомандовала: "Оникс, к Храму!" И вскоре вывел ее на широкую дорогу, ведущую в гору.

Это была очень красивая дорога, вся обсаженная цветами, разнообразными кустиками, кустами и кустищами. Лася бодро шагала за Ониксом, напевая вполголоса свои любимые песни. Примерно через час своей утренней прогулки она почувствовала, что проголодалась, и стала искать, куда бы присесть. Но везде были кустики, цветочки, потом снова кустики… Лася прошла еще немного и уже собиралась устроиться прямо на дороге, как вдруг заметила среди растений пеньки. Так вот зачем нужны пеньки!

Довольная, она уселась на один из них и достала из рюкзака яблоко. Яблоко было сочным и вкусным. При каждом укусе оно громко хрустело. Тем не менее, это не помешало Ласе услышать хруст у себя над головой.

Когда Лася и Оникс одновременно подняли головы, то увидели на ветке дерева белочку. Лася знала, что лесные зверьки пугливые и потому боялась пошевелиться. Однако белка вела себя очень непринужденно. Пока Лася сидела, замерев в неудобной позе, она спрыгнула с дерева и приземлилась на пенек, соседний с Ласиным. Затем она деловито понюхала яблоко и уставилась бусинками глаз на девочку.

Конечно же, это была прирученная белка, как и все лесные зверьки, обитающие в населенных местах Синегорья. Она с удовольствием ела кусочки яблока, которые Лася откусывала и подносила ей на ладони. От булки белка отказалась и, грациозно спрыгнув с пенька, исчезла среди кустов шиповника.

После первого привала Ласе пришлось сделать еще несколько. И вовсе не потому, что ей хотелось есть. И не потому, что дорога была трудной: она, хоть и поднималась в гору, была ровной, без единого камешка.

Непонятная усталость все больше и больше овладевала Ласей. И если бы не ее великое желание увидеть Храм, она бы, наверное, повернула назад. Оникс тоже был готов в любую минуту пуститься в обратный путь. Он вел себя очень настороженно, часто останавливался и поворачивал голову к Ласе, как будто спрашивал: "Ну что, вернемся?"

Но Лася не отступала. Хоть и медленно, она продвигалась вперед. Она совсем побледнела и запыхалась, когда, наконец, приблизилась к вершине горы. Храм, огромное величественное здание, которое словно вырастало из камня, неожиданно зажегся сине-серебряным светом. Ласе на мгновение показалось, что это сияние ослепило ее, а огромное бескрайнее небо будто опрокинулось и придавило.

Стало темным-темно, и дальше пришлось продвигаться по длинному узкому туннелю. В нем было очень жарко и казалось, что впереди кто-то идет и держит свечу. Слабый огонек немного рассеивал мрак, обещая, что этой дороге наступит конец.

Затем стало немного прохладнее. Стены как будто расступились, а маленький огонек начал расти. Он рос, рос, пока не превратился в ослепительное солнце. Ласю охватил необыкновенный восторг. И тут солнце внезапно вспыхнуло и… Лася очнулась.

Она обнаружила, что лежит в кровати в светлой прохладной комнате, и над ней склонилось добрейшее и прекрасное лицо молодой женщины.

– Я так рада, милочка, увидеть твои хорошие глазки, – произнесла женщина.

В ответ Лася счастливо улыбнулась. После невероятно трудной дороги и такого тяжелого сна она теперь чувствовала себя просто чудесно. Ей не хотелось двигаться, вставать, куда-то идти. Она совсем забыла о том, что ей нужно возвращаться домой.

– Дорогая деточка, – снова заговорила женщина. – Тебе нельзя здесь долго оставаться. Сюда из Космоса идут сильные космические лучи.

Чудесная, вся в белом, женщина подняла Ласю с кровати и, пока одевала и причесывала ее, продолжала свой рассказ:

– Мы разрешаем деткам переступать порог Храма только после десяти лет. Маленькие у нас обычно сидят во дворе, в беседках. Ты поспешила родная. Но тебе на помощь пришли друзья. Один из них находится сейчас за дверью.

– Это Оникс, – подумала Лася.

Однако женщина отрицательно покачала головой, как если бы уловила Ласину мысль. Она отворила дверь, и в комнату вошел… Нараян.

Юноша низко поклонился женщине. Она лучезарно взглянула на него и затем подвела к нему Ласю.

Весь обратный путь Лася и Нараян ехали молча. Только в конце, перед тем как свернуть к Ласиному дому, Нараян остановил лошадь. Дальше они шли пешком.

– Лася, тебе невероятно повезло, – начал Нараян. – Сама Владычица Храма была с тобой рядом. Я, например, первый раз в жизни увидел ее так близко. Она появляется на службе в Храме только во время больших праздников, и никто не смеет тревожить ее без разрешения.

– Она меня спасла, – сообщила Нараяну Лася.

– Это точно, – подтвердил юноша. – Ее никогда бы не решились оторвать от важной работы, если бы не твое критическое состояние.

– Критическое – это когда болеют, – сообразила Лася. – А важная работа в Храме – это что?

– Работает Владычица с космическими лучами. Она умеет их принимать и преобразовывать для пользы людей. Это очень сложная работа, и даже опасная.

– Но она такая прекрасная, – мечтательно проговорила Лася.

Она вспомнила лицо добрейшей женщины, и вдруг как будто ей кто-то шепнул на ухо слово "папа".

– Мой бедный папочка, – огорченно вздохнула Лася. – Он, наверно, ужасно волнуется.

Она посмотрела на заходящее солнце и вздохнула еще раз.

Нараян обнял Ласю за плечи и сказал:

– Владычица обо всем позаботилась. Твой папа даже не знает, что с тобой приключилось. И я советую тебе не огорчать его.

Лася так и поступила. Она рассказала папе только о том, какой длинной оказалась дорога, о красоте Храма, а также поведала о встрече с ручной белкой.

Вспомнив о белке, Лася решила заглянуть в рюкзак. Там, наверняка, должны лежать недоеденная булка и остаток воды. Каково же было ее удивление, когда она обнаружила, что булки в рюкзаке нет и фляга совершенно пустая.

Нараян, который наблюдал за Ласиными поисками, сказал:

– Если ты ищешь пищу, то напрасно. Она легко напитывается энергиями того места, в котором находится. Чтобы ты снова не заболела от сильных энергий Храма, пищу у тебя отобрали.

– Вот и ладно, – сказала Лася и бросила рюкзак на скамью.

Она собиралась было войти в дом, но тут Нараян остановил ее:

– Ты все-таки поищи еще. Я видел, как Владычица туда что-то положила.

Лася в недоумении пожала плечами – рюкзак казался совершенно пустым. Тем не менее, она снова занялась поисками.

Вскоре в ее руке оказался небольшой портрет в красивой рамочке, а на нем – молодой мужчина с огненным взором.

Нараян осторожно взял у Ласи портрет и приложил к своему сердцу.

– Какая благодать, – почти шепотом произнес он. – Это портрет великого Учителя.

Лася тоже почувствовала какую-то необычайную радость. Такую же, как там, в Храме, возле Владычицы. И с той поры, где бы она ни жила, портрет Учителя всегда висел у изголовья ее кровати.

8. АЛИ И ЦВЕТОЧНИКИ

Почти каждый день Лася писала маме и бабушке письма. Конечно, они были не очень длинными, зато рассказывали о самых важных событиях в Ласиной синегорской жизни.

Сегодня, например, Лася, сидя за большим столом в общей комнате, писала маме о своих новых друзьях:

"После обеда из лагеря приехали дети. В нашем доме живут Ло и Май. Они сестрички. А еще живет Али. Ему восемь лет и сестричкам тоже. Наш папа сказал, что они очень славные дети. Мне они тоже понравились.

С ними мы ходили в столовую. Без детей в столовой скучно. Взрослые во время еды почти все время молчат. А дети немножко разговаривают.

Ло и Май едят палочками. Я тоже пробовала, но у меня все падало на стол. Никто надо мной не смеялся.

Завтра я иду в школу. Мы все будем в одном классе. Это здорово".

Папа помог Ласе исправить ошибки, а дальше Лася справилась сама. Она вложила письмо в конверт и отнесла его в ящик, который стоял неподалеку от дома. Туда можно было положить письмо или записку с заказом для магазина или заявку мастеру. Папа называл этот ящик "волшебным ларцом", потому что все просьбы выполнялись: письма попадали на почту, из магазина доставлялись нужные вещи, и мастер приходил в удобное время.

К большому разочарованию Ласи писем для нее в "ларце" не оказалось, зато, когда она возвращалась назад, на веранде она заметила Али.

– Привет, Али! – еще издали радостно приветствовала его Лася.

Али ничего не ответил. Глаза его вдруг расширились, лицо приняло огорченное выражение и он со вздохом произнес:

– Ах, Лася, Лася.

Лася растеряно остановилась возле него, не решаясь присесть на скамейку.

Вскоре, однако, Али приветливо улыбнулся ей и немного подвинулся, приглашая ее сесть рядом.

– Что случилось? – осторожно спросила Лася.

– Представь себе, – начал Али, при этом он протянул руку вперед и показал на клумбу с расцветающими первоцветами. – Вон над теми цветами я видел маленьких гостей из Невидимого Мира.

Ласино сердце екнуло, как это бывает, когда человек чувствует присутствие чего-то таинственного, неизведанного. И она еле слышно спросила:

– Это были эльфы?

– Я их называю цветочниками. Они маленькие, белые. Чуть побольше мизинца. Вокруг них голубоватое свечение, как будто они находятся внутри фонарика. Из-за этого света нельзя рассмотреть, есть у них личики или нет. То же самое и крылышки. Они как бы летают, но крыльев я не видел.

– Кажется, я их испугала, – начала догадываться Лася.

– Они появляются обычно на рассвете. Я видел это два раза. А вот, чтобы они прилетали на закате…

– Это я их испугала, – огорчилась Лася.

– Ничего, – утешил ее Али. – Только на будущее запомни. Если хочешь дружить с добрыми жителями Невидимого Мира, никогда не шуми. Когда ты крикнула, они… ну, как будто бомбу взорвали, и их унесло в разные стороны.

– Ужас! – поразилась Лася, представив, как бедных малышей уносят воздушные потоки.

– А если бы я молча подошла к тебе, они бы не испугались? – спросила она.

– Не знаю. Они, кажется, не видят нас, но точно знаю, что они чувствуют наши энергии. Ты же почувствуешь, даже с закрытыми глазами, когда к тебе подойдет какой-нибудь человек?

– Да. Выходит, что цветочники почуют мои энергии, когда я буду от них близко, – решила Лася и начала прикидывать, улетели бы маленькие пришельцы, если бы она прошла мимо них молча или нет.

– Извини меня, пожалуйста, – сказала она Али. – Я теперь знаю, что была далеко от них и они не испугались бы.

По дружелюбной улыбке мальчика Лася поняла, что он совсем не сердится на нее. Она с облегчением вздохнула, и вдруг ей пришло в голову:

– Если они не видят меня и тебя, они, что же, и цветов не видят?

– Одно знаю точно, – сказал Али. – Они появляются на цветочный запах. Учительница Риола говорит, что существа Невидимого Мира питаются запахами.

Лася вдохнула поглубже воздух, напоенный вечерними ароматами и стала размышлять: "Цветы, деревья, травка, воздух… А если в доме? Мебель, разные вещи, еда, туалет… Не может быть, чтобы цветочникам понравились запахи в доме".

– Послушай, Али, – заговорила она. – А кто питается запахами в доме?

– В доме, уж точно, не цветочники. В русских сказках их называют домовыми. В хорошем чистом доме такие существа охраняют его от других пришельцев из Невидимого Мира.

– Там, откуда я приехала, одна тетенька рассказывала, что, когда она спит, что-то теплое, мохнатое ложится ей на живот и пугает ее. Почему оно было у нее, а к нам в дом никто никогда не приходил?

– Теплое и мохнатое? Брр-р, – поморщился Али, и его лунообразное лицо расплылось в улыбке.

Затем он повернулся к Ласе и сказал:

– Разных чудиков из Невидимого Мира призывает сам человек. Они чувствуют его энергии, поняла? И хорошие, и плохие – всякие. Если думаешь о хорошем или делаешь хорошо, тогда прилетают такие, как цветочники – нежные и красивые. А, когда поступки, и особенно мысли, плохие, могут появляться мохнули.

– Тетенька, вроде, хорошая, – соображала Лася.

– Тогда дом может быть плохой. Если до нее там жили нехорошие люди...

– Но плохие люди уехали, а хорошие теперь живут. Что же в доме может быть плохого? – недоумевала Лася.

Али на некоторое время задумался, даже почесал свою коротко остриженную голову.

– А! – вдруг произнес он. – Знаю.

– Вот, к примеру, ты когда-нибудь жгла костер? – спросил он Ласю.

Лася утвердительно кивнула головой.

– Ты потом нюхала, как пахнет твоя одежда?

– Нюхала. Костром. Дымом.

– Так и дом. Он весь пропитывается энергиями, которые носит человек. Все вещи пропитываются, стены и все остальное.

– Выходит, если меня нет дома в моем городе, все равно что-то от меня осталось. Нужно написать об этом маме, – решила Лася.

Она встала со скамьи и повернулась лицом к стене дома. Похлопав по ней ладошкой, она затем сказала:

– А этот домик очень хороший, добрый.

– И на хорошем месте стоит, – прибавил Али.

Заметив, что Лася удивленно подняла брови, он пояснил:

– Очень важно, чтобы дом стоял на том месте, где из-под земли идут хорошие энергии. Мой папа как раз этим занимается – изучает энергии, которые идут из-под земли.

Есть места, где глубоко под землей трещины или какие-нибудь другие дырки. Из них выходят вредные для человека энергии. Папа находит такое место, а потом занимается коррекцией.

– Чем-чем? – не поняла Лася.

– Он строит над вредными местами такие конструкции, которые плохие энергии превращают в хорошие.

– Я видела, – обрадовалась Лася. – Видела такой пустой домик из металлических трубочек. Если бы знала, что там место особое, я зашла бы в него и постояла.

– У тебя бы начала болеть голова, – возразил Али. – Энергии, хоть и превращаются из плохих в хорошие, все равно очень сильные.

– Такие сильные, как в Храме? – поинтересовалась Лася.

– Ты что же, в Храме успела побывать?

Лася утвердительно кивнула головой.

Теперь наступила очередь Али удивляться. Конечно, он с раннего детства бывал возле Храма, но очень недолго. А тут маленькая девочка, которая только что приехала… Али не знал, что и сказать.

– Ты, наверное, очень любознательная, – в конце концов, решил он. – Но в Синегорье лучше слушаться. Здесь много необычного, оно для незнайки может оказаться опасным.

– А для знайки? – задорно спросила Лася.

– А знайки проводят опыты, которые им задают учителя. Например, я наблюдаю над растениями.

Али перегнулся через перила веранды и показал Ласе два ящика с белыми цветами. Оказалось, что в обоих ящиках растут одинаковые растения. Однако даже при беглом осмотре можно было заметить, что в одном из них растения высокие с яркими крупными цветами. А в другом – они гораздо ниже и цветки у них невзрачные. В чем же дело?

Али пояснил:

– Эти растения сначала росли у меня дома. Я выращивал их из семян, и сначала все они были одинаковыми. Те, которые теперь красавцы, я обрызгивал содовым раствором и по-доброму с ними разговаривал. А те, замученные, только поливал водой и говорил им, что не люблю их.

Опыт Али так поразил Ласю, что она решила, что немедленно займется похожим. Она, быть может, сразу и взялась за дело, если бы ее не позвал папа.

Папа собирался отправить Ласю спать, но когда услышал от нее все, о чем ей рассказывал Али, страшно увлекся. Особенно его заинтересовали подземные энергии. Ведь его пригласили в Синегорье строить, и потому ему как архитектору обязательно нужно знать о подземных энергиях в месте строительства.

Разумеется, в папе победил здравый смысл, и он отложил это важное дело до завтра. Зато другое важное дело – укладывание Ласи в постель – ему, в конце концов, удалось.

9. ПРОНИКНОВЕНИЕ

В этот вечер Лася никак не могла угомониться. Она лежала в постели и думала о том, что ждет ее завтра в школе. В ее воображении возникал большой светлый класс, украшенный картинками и цветами, в котором веселая молодая учительница рассказывает об интересных вещах. Ее с удовольствием слушали все дети. Детей было много, как в том классе, где она училась раньше…

Когда ничего больше уже не придумывалось, Лася вспомнила о маленьких гостях из Невидимого Мира. Она представила, как цветочники летают по саду, и тонкие струйки прекрасных ароматов обвивают их крохотные тельца. Затем ей вдруг привиделось, что они поднимаются ввысь, стремительно вращаясь. Их тонкие фигурки словно ввинчивались в небо и там неожиданно исчезали. Через некоторое время цветочники возвращались, чтобы вновь собирать чудесные запахи. И так повторялось много раз.

Ласе захотелось приблизиться к этим удивительным созданиям. Она сделала несколько шагов навстречу и очутилась совсем близко от них. Ее очень удивило, что на сей раз цветочники не испугались и не разлетелись в разные стороны. Это было здорово! Подражая им, Лася принялась кружиться. Она вращалась все быстрее и быстрее, пока в головокружительном хороводе перед ее взором не замелькали деревья, дома, цветы, небо.

Когда Лася остановилась, то обнаружила, что находится в незнакомом месте. Здесь тоже росли цветы, журчал среди больших гладких камней говорливый ручей… Но краски! Лася не могла надивиться – все вокруг казалось окрашенным одновременно, по крайней мере, в два цвета. Лепестки цветов сияли, как фиолетово-розовое пламя, вода казалась зелено-голубым огнем, а островки снега сверкали подобно горному хрусталю.

Вот мимо Ласи пронеслась стайка цветочников. Наверное, они только что побывали на земле. Куда они летели теперь? Лася проследила за ними взглядом и увидела настоящее чудо.

Там, куда направлялись цветочники, расстилалось небольшое озерцо. Вода в нем играла маленькими фонтанчиками, а в самом центре над зеркальной поверхностью парил лист гигантской кувшинки. На этом чудо-листе сидела прекрасная женщина, в руке у которой был прозрачный сосуд. Каждый цветочник, подлетая к сосуду, стряхивал туда собранный аромат. Наполненный цветочными запахами, сосуд светился как яркая звезда.

Лася, казалось, растворилась в этой красоте и даже тихонечко запела от удовольствия. Вдруг до ее слуха долетели слова:

– Тс-с! Тише! Тише! Прекрасная Розания сейчас будет говорить.

Вслед за этим полился мелодичный, как будто поющий, голос, и Лася догадалась, что он принадлежит Прекрасной Розании:

– Любимый наш Батюшка на землю послал человека – великого духом. Наступает час рождения младенца. Когда он появится на свет, он сразу же должен вдохнуть аромат снежноцветника. Тогда он будет помнить о великом задании, что получил здесь, в Невидимом Мире.

Уже готов сосуд, и вы, мои славные труженики, должны наполнить его до краев волшебным ароматом.

"Ух, ты! Я в Невидимом Мире!" – подумала Лася и вслед за цветочниками устремилась вниз на землю.

Обнаружив, что может летать, Лася с удовольствием мчалась за большим отрядом цветочников, которые искали нужное растение. Они летели очень долго – наверное, облетели полземли. Ласе даже начало казаться, что полет будет продолжаться вечно. Внезапно цветочники остановили свое продвижение вперед и устремились вниз. Там, среди весенней зелени виднелся нежный, едва раскрывшийся белый бутон.

Теперь Ласе осталось наблюдать, как исполненные усердия цветочники собирают запах снежноцветника, унося его в небо и снова возвращаясь на землю. Малютки так торопились, что даже не обратили внимания на человека, который приближался к ним. А когда тот поднял с земли вазон с цветком и понес его к дому, они бесстрашно последовали за ним.

Когда цветок и усердные собиратели аромата исчезли за дверью, Ласе тоже захотелось проникнуть в дом. Она подлетела к двери и сделала движение, чтобы толкнуть ее. Однако ее рука тотчас же прошла сквозь деревянные доски, как будто они состояли из воды или воздуха.

– Здорово! – обрадовалась Лася и проникла через дверь.

Позабыв, зачем попала в дом, Лася тут же затеяла увлекательную игру: она пролетала сквозь стены, проникала в шкафы, залетела даже в дымоход. И только горький запах сажи заставил ее вернуться в комнату и отправиться на поиски цветочников.

А между тем, цветочники кружили над горшком со снежноцветником и причитали:

– Ах, испортился аромат. Ах, ушло благоухание. Надо цветочек на улицу. Ах, не успеем, не успеем!

Увидев отчаяние малюток, Лася подлетела к вазону с цветком и схватила его обеими руками. Но не тут-то было. Ее руки прошли сквозь глину и встретились ладошками. Лася попробовала двигать вазон головой, потом ногами, но все было напрасно. Любая часть ее тела легко проникала сквозь стенки горшка.

Впору было отчаяться… Внезапно Лася вспомнила рассказы о силе мысли… и воздушный шарик, который она не могла сдвинуть с места… и светящиеся скульптуры… и кухонную плиту в доме Мастера… И тогда Лася приказала вазону самому покинуть дом.

И у нее получилось!

Вот глиняный горшок с белоснежным цветком бесшумно поехал по подоконнику. Вот он выплыл в открытое окно. А вот уже поплыл по воздуху и, в конце концов, опустился на землю, на то место, где стоял раньше.

Все это время обрадованные цветочники радостно восклицали:

– Ах, прелесть! Ах, успеем аромат собрать! Ах, Прекрасную Розанию порадуем!

Едва снежноцветник занял свое привычное место, маленькие труженики засновали вокруг него и вскоре уже собирали чудесный запах.

Сообразив, что скоро они завершат свою кропотливую работу, Лася поспешила перебраться в Невидимый Мир. Там у ног Прекрасной Розании она увидела хрустальную чашу. В ней всеми цветами радуги искрился аромат снежноцветника.

И вот, в одно удивительное мгновение, Розания подняла чашу, наполненную до краев, и опрокинула ее в озеро. Вода в озере тотчас же стала спокойной и прозрачной, как стекло. Лася заглянула в нее и увидела…

В светлой просторной комнате на кровати лежала женщина. Вид у нее был усталый, но ее улыбка говорила о том, что она счастлива. Ее взгляд был направлен на мужчину, который держал на руках младенца.

Видно было, как запах снежноцветника из опрокинутой чаши наполняет комнату, как воздух начинает искриться, как младенец, который только что громко плакал, успокаивается.

– Пора, уже пора, – слышится Ласе.

Она открывает глаза и видит перед собой папу, который будит ее, чтобы она не опоздала в школу. С большой неохотой отрывается Лася от чудесного сна. Ей совсем не хочется идти в школу, даже такую прекрасную, как синегорская.

Оказалось, однако, что первый урок учительница Риола решила провести в школьной оранжерее.

Здесь росли разнообразные растения, каждое из которых обладало удивительными свойствами. Одно из них помогало при болезнях сердца, другое прибавляло храбрости, третье…

Вместе с другими детьми Лася слушала увлекательный рассказ учительницы, как вдруг прямо перед ней возник небольшой кустик… снежноцветника. Как могло растение из сна очутиться здесь?

Лася была настолько поражена, что отстала от остальных и очнулась только тогда, когда учительница Риола позвала ее. Конечно же, от глаз учительницы не укрылось Ласино волнение. Она подвела детей к Ласе и сказала:

– Растение, которое так понравилось нашей Ласе, называется снежноцветник. Оно очень редкое и обладает поразительным свойством. Его запах помогает сохранять память при переходе из Невидимого Мира в земной.

– Вот это да, – задумчиво произнесла Лася.

Сейчас у нее в голове была совершенная путаница. Теперь она стала подозревать, что ее сон был совсем не сном. Тем более, что учительница Риола казалась ужасно похожей на Прекрасную Розанию.

Май, Ло, Али и другие дети – все теперь отвлеклись от наблюдения за растениями. Они смотрели, как учительница выводит Ласю на свежий воздух, усаживает ее на скамейку и растирает ей ладошки. Ребятам захотелось тоже чем-то помочь Ласе, а потому они окружили ее со всех сторон.

– Послушайте, что я вам расскажу, – обратилась к ним Лася. – Только обещайте, что не будете смеяться.

И она пересказала им весь свой удивительный сон, со всеми подробностями.

Когда Лася закончила говорить, из ее груди вырвался вздох облегчения: теперь она поделилась тем, что беспокоило ее. И еще было здорово, что детям понравился ее рассказ. А учительница Риола сказала:

– Твой сон похож на прозрение в будущее. У нас в Синегорье это случается часто. С нашими ребятами такое тоже бывало. Недавно Али нам поведал похожую историю. А как у остальных?

На вопрос учительницы почти все дети подняли руки. Это означало, что каждый из них видел необыкновенный сон, после которого в жизни происходило что-то похожее.

Теперь Лася совершенно успокоилась и с удовольствием окунулась в школьную жизнь. Домой из школы она вернулась только к вечеру и тут же, к большому удивлению папы, отправилась выполнять домашнее задание. А было оно таким.

Нужно было взять горшок с цветком и отнести в одну из тех металлических конструкций, которые сооружал отец ее друга Али. Эти конструкции здесь назывались хеопсами. Места, где они были установлены, имели особенное влияние на все живое. Поэтому, оставив в хеопсе цветы, дети должны были приходить туда и наблюдать за тем, что с ними происходит.

Захватив по одному растению, Ло, Май, Лася и Али отправились к ближайшему хеопсу. Миновав сад, они углубились в лес и шли до тех пор, пока среди деревьев не показалось светящееся пятно.

Май, которая шла впереди, махнула друзьям рукой, чтобы они остановились. Потом она опустилась на колени и на четвереньках медленно и осторожно поползла вперед. Ребята последовали ее примеру, и вскоре перед ними предстала удивительная картина.

В просвете между деревьями на большой поляне виднелся высокий хеопс. Внутри него стояли мужчина и женщина. Они держали друг друга за руки. А над их руками, прямо в воздухе, горело необыкновенное бело-голубое пламя. Оно горело недолго, а когда погасло, мужчина и женщина опустили руки, еще немного постояли молча и затем вышли из хеопса.

Ребята, которые все это время просидели, затаив дыхание, теперь расслабились.

– Это была молитва, – сказала Ло, обращаясь к Ласе. – Во время молитвы с неба всегда спускается огонь. Он невидимый. Но бывает такое, что невидимый огонь вызывает видимый.

– Но огонь же горячий! – поразилась Лася.

– Этот огонь холодный. Я трогал его однажды, – заметил Али.

У Ласи даже мурашки побежали по телу от всего, что она услышала. Теперь ей вовсе не хотелось вставать и куда-то идти. Перед ее внутренним взором все еще горело чудесное пламя.

Пока она мечтала, Али и девочки отнесли цветы в хеопс. Там уже стояло несколько подписанных горшков с цветами, которые раньше принесли другие дети. В этот момент Лася даже не подозревала, что произойдет с ее цветком. Впрочем, об этом мы расскажем позже.

10. НА ОГОНЕК

Уже смеркалось, когда Лася вбежала в дом со двора, где она только что играла с ребятами. Ее глаза радостно блестели, и было видно, что она горит от нетерпения. И правда, едва она увидела отца, как сразу же выпалила:

– Папа! Ты себе не представляешь, как интересно! Ребята рассказали, что они видели в хеопсе ночью. Оказывается, все, что там стоит, светится. И мой цветок тоже!

Папа Рад, которого Лася оторвала от чтения интересного журнала, взглянул на дочь настороженно. Он знал: когда у Ласи такое настроение, значит у нее завелась какая-то новая идея.

– Папа, – снова начала Лася. – Учительница Риола сказала, чтобы мы как можно чаще наблюдали за своими цветами в хеопсе. Пойдем сейчас, посмотрим, как они светятся.

Папины брови удивленно поползли вверх:

– Что, прямо сейчас пойдем? На ночь глядя?

– Мы быстренько – туда и назад. Тут рядышком, – не унималась Лася.

Папа отложил журнал в сторону и пальцем поманил дочь к себе. Потом он взял ее за руку и сказал:

– Ласёныш, я приветствую твою жажду знаний, но уже поздно и тебе пора спать.

– Нет, нет, нет, – замотала головой Лася, и глаза ее приобрели отчаянное выражение.

Взглянув на нее, папа решительно встал.

– Что не сделаешь ради друга, – сказал он и к огромной Ласиной радости отправился одеваться.

Когда Лася и папа вышли из дома, уже стемнело. Они шагали по дорожке, по обеим сторонам которой светились стеклянные шары. Ласю уже не удивляло, что при их приближении в шарах появлялся свет, а потом, когда они проходили, постепенно гас. Сейчас ей казалось, что она многое знает. Поэтому дальше она повела папу не по дорожке, а прямиком через лес.

Примерно через полчаса папа остановил ее.

– Ласёна, признайся: или твой хеопс не рядышком, или мы заблудились.

Лася взяла из папиных рук большой переносной фонарь и сделала с ним круг по поляне, на которой они очутились. Потом она подошла к папе и виновато сказала:

– Кажется, второе.

– Значит, заблудились, – решил папа.

Он снял куртку и закутал в нее фонарь. Этот фонарь, так же как и те – вдоль дорожки, светился всегда, когда рядом находились люди. А вот теперь его свет был не виден.

Папины действия очень удивили Ласю. Ей было непонятно, зачем нужно стоять без света и изо всех сил вглядываться в пугающую, полную шорохов темноту. Однако вскоре она получила ответ на свой вопрос, когда папа показал ей слабенький огонек, который еле-еле просвечивал среди деревьев.

Идти на огонек пришлось вначале без света, так как едва загорался фонарь, огонек бесследно исчезал. Хуже всего приходилось папе. То и дело он задевал головой ветки, которые так и норовили больно хлестнуть его по лицу.

Голубой огонек рос и рос, и вскоре вывел их на песчаную дорожку, пройдя по которой папа и Лася очутились возле незнакомого дома. Сквозь хорошо освещенные окна виднелась конструкция, напоминающая пчелиные соты. Человек, который ходил вдоль этого сооружения, вкладывал в соты конверты.

– Это почта, – сообразил папа.

Он двинулся было к крыльцу, намереваясь войти в здание, но почувствовал, что рядом с ним нет Ласи. Оглянувшись, папа Рад остолбенел.

Лася сидела на корточках и гладила огромного черного зверя. Когда папа подошел к ним поближе, ему и вовсе стало не по себе. Огромный зверь, который урчал от удовольствия, когда его почесывали за ухом, оказался… медведем.

Пока папа соображал, как спасать Ласю от опасного зверя, поблизости раздался голос:

– Мудра! Плохо же ты встречаешь гостей. Веди их в дом!

К папиному огромному удивлению, который, конечно же, забыл, что все звери в Синегорье – друзья человека, медведица ловко поднялась на все четыре лапы и двинулась к дому, как бы приглашая посетителей следовать за ней.

Так Лася познакомилась с медведицей Мудрой и ее хозяином Ойле Петерсоном. Ойле пригласил гостей в дом, и, пока он смазывал болезненные царапины на папином лице, Лася совершила небольшую экскурсию по почтовому залу.

Сначала она прошлась мимо сот с письмами, мимо пахнущих типографской краской стопок газет и журналов, мимо приоткрытой двери… Стоп!

Лася вернулась и вошла в небольшое помещение, в котором стояло всего два предмета: высокое удобное кресло и перед ним на подставке – металлическое зеркало. Ласе было очень любопытно, и она подумала, что ничего не случится, если она немного посмотрит в это зеркало. Она забралась в кресло и уставилась в полированную поверхность металла, надеясь увидеть там что-нибудь необычное. Но сколько она ни старалась, кроме своего уставшего личика, она не видела ничего. Лася уже собиралась покинуть это странное место, когда сзади услышала голос почтальона Ойле:

– Ну, и как тебе понравился наш переговорный пункт?

– Переговорный пункт? – удивилась Лася.

Живое лицо Ойле стало еще оживленнее, когда он принялся рассказывать о секретах переговоров с помощью металлической пластины с кем угодно на планете. Это было, и вправду, здорово! Нужно было только представить себе лицо того, кому посылаешь мысленное сообщение. После этого, по словам Ойле, усилитель мысли работал как телефон-повязка. С его помощью можно было послать сообщение и услышать ответ.

Лася решила немедленно поговорить с мамой и очень огорчилась, когда узнала, что, для того чтобы разговаривать с Ласей, у мамы должна быть такая же пластина-усилитель.

– Ничего, дочка, не огорчайся, – похлопал ее по плечу Ойле. – Если ты хочешь что-нибудь узнать о маме, посмотри в это зеркало повнимательнее.

Ласе не очень верилось, что она сможет там что-то увидеть. Ведь до этого она просидела целых десять минут и так ничего не увидела. Но Ойле Петерсон заверил ее:

– Если вспомнишь мамино лицо и будешь думать только о ней, то непременно получишь картинку.

– Ну как? – почти одновременно спросили папа и Ойле, когда Лася встала с кресла.

Лася озадаченно взглянула на почтальона, скользнула взглядом по обитым темной тканью стенам комнаты, а потом посмотрела на отца.

– Мама была, – сказала она. – Я ее видела. Сначала лицо. А потом… потом она сидела, кажется, в самолете.

Теперь наступила папина очередь недоумевать. Он не мог поверить, чтобы мама сейчас могла куда-нибудь лететь.

– Картина может рассказывать не только о том, что с человеком происходит в данную минуту, а и о будущем, – пояснил Ойле. – К примеру, мама думала о поездке, а дочка увидела ее мысль.

– Увидела ее мысль, – задумчиво повторил папа и вдруг словно очнулся:

– Товарищи, вам не кажется, что пора по домам?


RSS










Agni-Yoga Top Sites яндекс.ћетрика