ЛАСЯ В СИНЕГОРЬЕ

Е. Райт

26. СЮРПРИЗ

Наутро Лася вспоминала вчерашний вечер, как волшебную сказку. А случилось вот что.

Лася как раз играла с Риолой в одну замечательную игру, когда входная дверь отворилась и в ней появился папа Рад. Папа почему-то не стал заходить в дом. Театрально протянув руку в сторону, он весело выкрикнул: "Сюрприз!" и при этом растворил дверь настежь. Затем он отступил назад и в освободившемся проеме появились… Ласина мама.

При появлении отца Лася вскочила из-за стола, но, увидев маму Сану, так и застыла на месте.

Мама быстро вывела Ласю из столбняка. Она попеременно обнимала ее, целовала, рассматривала, о чем-то спрашивала… Когда первое волнение улеглось и были распакованы гостинцы из дома: фирменный бабушкин пирог с кислым повидлом, связанное мамой новое платье, Ласина мама задорно сказала:

– Ну-ка, дорогие мои, выкладывайте все, как есть. Что тут у вас происходило в последние дни, почему не писали и почему папа хромает.

Оказалось, что папа ничего не рассказал маме о своих подвигах в пещере. На все ее вопросы по дороге в Синегорье, он отвечал так:

– Дома все узнаешь, потому что первой должна рассказывать Лася.

Так Лася начала свой рассказ с записки Марка, со своих волнений, а потом папа продолжил "пугать" маму. Маму Сану, в самом деле, испугало его падение, и она стала допытываться, все ли у него цело. Папа посмеивался и, в конце концов, сказал:

– Это стоило мне легкого сотрясения мозга, ушиба пары конечностей, содранной кожи и…

Мама огорченно покачала головой, а папа продолжил:

– И второго предупреждения от охраны.

На маму последнее сообщение не произвело никакого впечатления, зато Лася…

– Ой, папка! – вскрикнула она и зажала рот рукой.

Но папа, как ни в чем не бывало, бодро произнес:

– Ничего, Ласёнок! Теперь обещаю тебе, что буду каждое свое действие рассчитывать на десять шагов вперед, как в шахматах.

После этих слов мама Сана, которая сидела на диване между папой и Ласей, обняла их обоих. Они любили так сидеть втроем, но обычно посередине сидел папа. Он крепко прижимал к себе "своих девочек" и начинал с ними раскачиваться из стороны в сторону. В конце концов, все они падали на диван и долго потом смеялись.

На этот раз нечаянного падения не произошло, потому что мама вдруг сказала:

– Вы думаете, что только у вас здесь были приключения? Со мной тоже кое-что приключилось.

И мама стала рассказывать:

– Вы же знаете, что у меня тоже было разрешение на краткий визит в Синегорье. Я собиралась приехать в самом конце: когда будет построен папин Дом Детства и так, чтобы нам всем вместе уехать отсюда. Но получилось иначе.

Дней десять назад мне приснилось, что я вижу Радика, сидящим в каком-то очень темном помещении. Я знаю, что ему там плохо и страшно. Начинаю искать дверь, чтобы помочь ему, и не могу ее найти. И потом просыпаюсь.

Помните, я вызывала вас тогда на переговоры?

Лася согласно закивала головой. Мама убрала с ее лба прядь волос и продолжила:

– Самое ужасное, что этот тревожный сон несколько дней назад повторился. Я даже плакала, когда проснулась. И, конечно, решила немедленно лететь сюда.

– Мама! – воскликнула Лася. – Я в переговорном зеркале на почте давно уже видела, как ты летишь в самолете! И на тебе было это самое голубое пальто.

Маме трудно было поверить в это, а папа сказал:

– Девчонки, никто не спорит, что вы обе обладаете даром долгосрочного предвидения. Но и я кое-что могу предсказать. Например, если мы в ближайшие полчаса не попадем в столовую, то останемся без ужина.

– Ой-ой-ой! – понарошку запаниковала мама.

– Ой-ой-ой! – подхватила Лася.

И они вдвоем выбежали, взявшись за руки, из дома.

Решительно все восхищало маму Сану в Синегорье. Несмотря на то, что многое ей было известно из писем, она радовалась на каждом шагу. Ее восхищала красота сада и цветов и уютный дом. Еще ей очень понравилась столовая и как там кормят. Она даже пошла благодарить поваров и кондитеров за вкусную еду. А уж когда она попала в Ласину школу и услышала, как там учат…

На следующий день мама Сана сидела на всех уроках рядом с Ласей. Больше всего ее поразил урок мышления.

В самом начале урока учительница Риола рассказала детям такую историю.

– Один бедный человек весной пришел к своему соседу-богачу и сказал: "Дай мне мешок зерна взаймы, прокормиться до нового урожая".

Богач подумал: "Семья у бедняка небольшая. Одного мешка должно хватить. Дам ему один мешок". Но потом он передумал.

Он рассудил так: "Дам-ка я ему еще один мешок. Чтобы не приходил больше, не надоедал".

И богач дал бедняку два мешка зерна.

Он был очень удивлен, когда через некоторое время бедняк снова обратился к нему с просьбой о помощи.

А случилось вот что.

Получив от богача два мешка с зерном, бедняк рассудил, что уж одного-то мешка ему хватит, чтобы прокормить семью. Зато второй можно продать и на вырученные деньги купить все, что нужно для дома.

Бедняк так и поступил. Поехал он в город и продал мешок зерна. Получив деньги, он решил вначале зайти в увеселительное заведение, чтобы выпить немного хмельного напитка.

Однако, начав пить, он так разошелся, что истратил все вырученные деньги и еще остался должен. Довелось ему, когда он пришел в себя, продать еще полмешка зерна, чтобы вернуть долг.

Завершив свой рассказ, Риола спросила у детей:

– В чем была ошибка богача?

Дети сразу решили, что богач должен быть дать бедному человеку столько, сколько тот просил. Когда подошла очередь Май высказывать свои мысли, она сказала:

– Наш дедушка, всегда говорил нам: "Давайте только то, что просят". А дети, когда маленькие, бывает, просят что-нибудь вредное. Разве можно им давать?

На это рассудительный Али заметил:

– Понятно, что пять пирожных сразу дать ребенку неполезно. А что делать, если не знаешь, полезно человеку то, что ему даешь или нет?

Дети не знали, что ответить, и тогда Риола сказала:

– Али задал нам трудный вопрос. Например, как поступить, если незнакомый ребенок подходит к вам и просит отдать ему вашу любимую вещь?

– Лучше отдать. Раз он просил, значит, она ему нужна, – рассудила Бая.

– А если он просто позавидовал? – задумалась Лася.

Али тут же поддержал ее:

– Вот именно. Попросил, получил, потом немножко поиграл и выбросил?

Ответы на эти вопросы дала сама Риола:

– Мы сейчас разобрались, что наш ум не всегда знает, нужно ли оказывать помощь и каким должен быть ее размер. А если наш ум не может найти правильное решение, к кому мы должны обращаться?

Дети дружно ответили:

– К сердцу!

– Молодцы! – похвалила класс Риола.

Конечно, Ласе нравилась больше вторая часть урока, где они отгадывали загадки учительницы или задавали друг другу свои, придуманные дома. Но Ласина мама сказала, что поражена таким развитым мышлением детей и что обязательно внедрит такие уроки у себя в школе.

С Нараяном маме удалось поговорить только во время урока плавания. Пока тренер учил детей плавать и при этом правильно дышать, Нараян наблюдал за их поведением, сидя на скамейке у школьного бассейна.

Мама Сана, переменив в коридоре обувь, появилась у бассейна позже и тоже села на скамейку возле Нараяна. Наблюдая за Ласей и ее друзьями, Сана сказала:

– Мне Лася о вас много писала, а сегодня сказала, что вы – ее учитель жизни.

Нараян улыбнулся, а потом сказал:

– Вам, наверняка, интересно, почему Лася выбрала меня. Вы уже видели умницу Риолу и нашу добрейшую Яру Игоревну…

Нараян запнулся. Казалось, ему трудно было решить, можно ли доверить маме Сане некоторые знания. Но, в конце концов, он сказал:

– Здесь, в Синегорье, каждый человек имеет своего духовного учителя или, как сказала Лася, "учителя жизни". И каждый человек, даже ребенок, выбирает его сам.

Нараян повернулся затем к Сане и спросил ее:

– А верите ли вы, что человек много раз приходит на землю, чтобы становиться все совершеннее и совершеннее?

– Верю, – кивнула мама Сана.

– Тогда вы, наверное, знаете и другой закон Космоса, по которому получается, что люди переносят свои отношения из жизни в жизнь.

Сана кивнула еще раз.

Теперь Нараян вновь обернулся лицом к бассейну и, понизив голос, заговорил:

– Мой учитель, который знает о моих предыдущих жизнях, рассказал, что я и Лася в разных жизнях встречались много раз. Когда-то были лучшими друзьями, потом немного ссорились. Однажды она меня сильно подвела и я ее не простил. А в одной из жизней она была моим поводырем, когда я ослеп. Учитель сказал, что во время последней нашей встречи она спасла мне жизнь. Она была моей старшей сестрой и вынесла меня из горящего дома. В этой жизни я обязан вернуть ей долг.

– Значит, вы занимаетесь с Ласей, потому что должны ей, – немного разочаровано сказала Сана.

– Да нет же! – рассмеялся Нараян. – Я ее очень люблю. И всех этих детишек тоже.

– Смотрите, что вытворяют! – показал он на Ласю и ее друзей.

В этот момент Ло, Али, Лася и Май стояли в воде, которая доходила им до горла. Одной рукой они зажимали себе нос.

Али громко скомандовал:

– Раз, два, три!

По команде "три" вся четверка погрузилась в воду с головой. В прозрачной воде было видно, как детишки по-лягушечьи барахтаются у самого дна.

Через полминуты мама Сана забеспокоилась:

– Они там не задохнутся?

– А вы подождите еще и увидите, – спокойно ответил Нараян.

Скоро, и вправду, одна за другой из воды вынырнули четыре головы.

– Сегодня я последняя! – выкрикнула Лася и поплыла к краю бассейна.

Выбравшись из воды, она подошла к маме и вполне серьезно спросила:

– Мама, посмотри, у меня за ушами жабры еще не появились?

Заметив мамино удивление, Лася прыснула от смеха. Вслед за ней рассмеялись мама Сана и Нараян.

– Ну, как ее можно не любить? – спросил Нараян, привлекая Ласю к себе.

27. В ЛАГЕРЕ

К Ласиной радости мама пробыла с ней и папой целую неделю. Потом она вернулась домой. Конечно, при расставании с мамой Лася немножко погрустила, но… Назавтра ее ожидала новая, еще незнакомая, жизнь. О чем же теперь думала Лася?

Дело в том, что за прошедшую неделю почти все школьники Синегорья переехали на лето в лагерь. И теперь жили среди живописной природы, в непривычной обстановке, без родителей. Впрочем, родители и в лагере имелись, только понарошку. Как это могло быть?

Как раз об этом разговаривали Лася и Нараян во время перелета.

– Какие-такие новые родители? – спрашивала Лася, обнимая сумку с вещами.

Нараян, улыбаясь, отвечал:

– Понимаешь, это игра такая. Для детей и взрослых. Детям больше нравится жить в семье, а взрослые, которые за ними присматривают, тренируются. Твои новые мама и папа – молодые люди, которые собираются вскоре создать настоящую семью. А пока, они учатся общаться друг с другом, с детьми.

– А потом я смогу вернуться к своим родителям? – насторожилась Лася.

– Непременно, – заверил ее Нараян. – И даже в лагере тебя будет навещать твой папа.

Дорогой Лася успевала не только разговаривать, но и сквозь прозрачную оболочку лёта рассматривать все вокруг. Она наблюдала, как лёт покинул Синюю гору, как двигался он над степью, как вспархивали степные птицы, едва его тень касалась их. Постепенно пейзаж становился разнообразнее: появились деревья, откуда-то слышался шум воды, отдельные большие камни говорили о том, что лёт приближается к склонам другой, соседней с Синей, горы.

– Ну вот, мы и дома, – сказал Нараян, когда лёт приземлился неподалеку от нескольких десятков одинаковых деревянных домов.

Правда, это только вначале Ласе показалось, что дома одинаковые. Когда она присмотрелась повнимательнее, то обнаружила, что стены домов ярко разрисованы, а покатые крыши венчает флюгер-вертушка, который показывает, куда ветер дует.

– Запоминай, – показал Нараян на дом с флюгером-солнышком. – Это твой дом.

Несколько разноцветных солнц смотрело на путешественников и со стен дома. Лася даже засмеялась, глядя на их развеселые физиономии. Маленькие солнышки приютились также на резном карнизе, завершающем крышу. А уж какими румяными и улыбчивыми были те, что украшали оконные рамы!

Вот Лася и Нараян, как вежливые гости, постучали в дверь. Но им никто не ответил – наверное, никого не было дома. Тогда Нараян смело толкнул дверь, и они вошли.

Стол, диваны, полки с книгами, посудой и всякими поделками…

– Наверное, это гостиная, – подумала Лася и поспешила вслед за Нараяном на второй этаж.

Наверху оказалось много дверей. И почти на каждой красовались забавно разрисованные таблички с надписями. На крайней двери справа было написано: "Инге и Резо – любящие мама и папа". Соседнюю дверь украшало изображение двух лучников, стоящих рядом. Судя по подписям, они именовались так: Маш и Магал. На следующей двери Лася с удивлением прочла: "Ло и Май – сестрички".

– Это что же, мои Ло и Май?! – воскликнула она.

– Ну да, – лукаво прищурился Нараян.

– Тогда там, – и Лася показала на соседнюю дверь, – должно быть написано: "Лася и Али".

И правда, последняя надпись гласила: "Али и Лася – добрые друзья".

Лася толкнула дверь своей комнаты и удивилась. Комната оказалась полупустой. В одной ее половине стояли двухэтажная кровать, шкаф для одежды, столик, этажерка…

– Эту часть комнаты занимает Али, – сказал Нараян.

– А я на чем буду спать? – поинтересовалась Лася.

– На чем ты будешь спать, где играть и куда сложишь вещи – все это мы сейчас раздобудем.

С этими словами Нараян и Лася покинули дом и отправились на склад. Там Лася выбрала себе точно такую же мебель, какую видела у Али. Единственным отличием Ласиного набора было кресло.

– Оно мне нужно для размышлений, – решила она.

Не секрет, что размышлять лучше в одиночестве, и потому, как только Ласина мебель была расставлена по местам, Нараян показал ей, как с помощью раздвижной ширмы сделать отдельную уютную комнатку.

Вскоре Нараян ушел, пообещав, что отсутствовать будет недолго. Лася же спустилась в гостиную и удобно устроилась на одном из диванов. По-видимому, она задремала, потому что вдруг около себя услышала звучание двух голосов:

– Что за ангел спустился с небес? – говорил один.

– Еще не спустился, еще путешествует в Невидимом Мире, – отвечал ему другой.

– Тогда, чья это оболочка валяется на диване? – снова интересовался первый.

В продолжение беседы Лася потихоньку одним глазом рассматривала говоривших. Она сразу узнала в них близнецов – братьев Энио и вспомнила, как называла их сестра.

– Вы – потомки Чингисхана, – неожиданно заговорила Лася.

– Откуда ты знаешь, как нас называют? – удивились мальчики.

И тогда Лася рассказала, что видела их, когда навещала их дом вместе с Эни и еще… Нет, она больше не успела вымолвить ни слова, потому что дверь распахнулась и в комнату вбежали ее друзья – Ло, Май и Али.

– Лася! Ласенька! Наконец-то! – приветствовали они ее.

Вслед за ними в доме появился Нараян и двое незнакомых молодых людей: темноволосый черноглазый мужчина и высокая сероглазая девушка с почти белыми волосами.

– А я тебя знаю, – обратилась Лася к девушке. – Ты выступала у нас в Доме собраний.

– Верно, – подтвердила девушка.

Она подошла к Ласе, взяла ее за руки и сказала:

– Давай знакомиться. Меня зовут Инге. По профессии я – музыкант и могу научить тебя играть на музыкальных инструментах.

– А меня зовут Резо, – подошел к ним черноглазый мужчина. – И я буду учить тебя всему, чему захочешь, потому что я – без пяти минут учитель и еще потому, что я – твой отец, а ты – моя дочка.

Только вечером, после ужина, Ласе удалось остаться одной. Она раздвинула ширму и забралась с ногами в кресло. Вспоминая о том, что видела и слышала, она решила, что самое интересное – история Резо, рассказанная ей Нараяном.

Оказалось, что Резо, до того как попасть в Синегорье, немало побродил по свету. Работал в разных странах, просто путешествовал – хотел узнать мир.

– Так вот почему он такой старый! – сказала тогда Нараяну Лася.

– Вовсе нет, – засмеялся Нараян. – Он мой однокурсник и всего на несколько лет старше меня.

И все равно, загорелая кожа и несколько глубоких складок на лице, по Ласиному мнению, уравнивали Резо по виду с папой Радом. Конечно, соленый морской ветер и знойный воздух пустынь не могли не оставить своих отпечатков на лице путешественника. Но путешествия, как известно, изменяют не только лицо человека, но и его душу.

Настал день, когда Резо захотел вернуться на родину, навестить мать и сестру. Когда он приехал к себе домой, то обнаружил, что дом пуст. Мать недавно умерла, а сестру отдали в детский дом.

Резо никогда не видел свою сестру. Из писем матери он знал только, что девочка родилась слепой. Теперь все свои мысли Резо направил на то, чтобы отыскать сестренку. После долгих поисков, он узнал, что она находится в далеком городе под названием Синегорье.

Страны и расстояния легко покорялись Резо. И так же легко он отправился в Синегорье, но… в город его не пустили. Ему сказали, что, прежде чем он получит разрешение, он должен изменить свои мысли, научиться думать о людях, об Учителях, которые направляют развитие человека по правильному пути.

Долгих три года размышлял Резо, то уезжая, то возвращаясь вновь в окрестности Синегорья. В конце концов, он уединился в горах, недалеко от горы Синей, и стал работать пастухом. В один прекрасный день пролетающий лёт сбросил ему посылку. В ней были новые чистые вещи, фотография сестры и… разрешение на проживание в Синегорье.

Так Резо попал в Синегорье и так, наконец, познакомился со своей младшей сестрой Илией.

Узнав, что Резо – брат Илии, Лася очень обрадовалась. И тем более ей было приятно, когда Резо сказал:

– Ты спасла мою сестру и теперь ты не только моя дочка на лето, но моя настоящая родственница, на всю жизнь.

Об Инге Лася могла судить только по внешнему виду. Но "внешность обманчива" – так любила говорить ее бабушка. Поэтому Лася последовала другому бабушкиному совету: "поживем-увидим".

Единственной загадкой для Ласи был вопрос: "Почему Инге и Резо уже третий год тренируются в лагере быть родителями, а еще до сих пор не женаты?" Именно об этом и спросила Лася Нараяна, как только снова увидела его. То, что начал рассказывать ей учитель, не только утолило Ласино любопытство, но открыло ей многие удивительные вещи.

– Представь себе одну прекрасную планету, – так начал свой рассказ Нараян. – И представь, что на ней живут прекрасные люди. И хотя они все любят друг друга, они знают, что призвать дух ребенка на планету, могут только определенные мужчина и женщина.

– Как это "призвать дух ребенка"? – не поняла Лася.

– Ты ведь уже знаешь, – продолжил Нараян, – что до своего рождения на земле высшие тела человека находятся в Невидимом Мире. Когда он готов снова появиться на планете, чтобы развиваться дальше, он дает знать об этом своим будущим родителям.

– Что, посылает телеграмму? – пошутила Лася.

– Гораздо проще. Тихонько стучит в сердце: "Тук-тук, дорогие родители. Примите меня". И родители, когда чувствуют этот призыв, решают, что хотят ребенка.

– Точно. Мне когда-то мама о таком рассказывала, – вспомнила Лася.

Возвращаясь к своему рассказу, Нараян сказал:

– Так вот. Мужчина и женщина на Прекрасной планете не просто чувствуют, когда появится их ребенок, они это знают. Закон Космоса гласит, что все совершается в точные сроки. А сроки эти зависят от движения светил: звезд и планет. Зная поведение светил, можно предусмотреть все, что произойдет в жизни.

– И даже у нас на Земле? – поинтересовалась Лася.

– Даже на Земле, – подтвердил Нараян. – А уж на Прекрасной планете, на которой люди намного опередили землян в своем развитии, тем более.

Теперь представь себе, что прекрасные мужчина и женщина готовы принять своего ребенка и тогда… они вызывают энергию пространства. Вихрь светящейся материи появляется перед ними. Одновременно они пристально смотрят на него, представляя своего будущего ребенка. Объединенные единой мыслью, своим взглядом родители создают из вихря материи тело своему ребенку, куда и приходит его дух.

– И не надо ждать девять месяцев? – удивилась Лася.

То, что ответил ей Нараян, поразило ее еще больше.

– Более того, – сказал он, – их новорожденный по своему развитию равен нашему семилетнему землянину.

– Ух ты, – восхитилась Лася, представив себя только что родившейся.

Теперь она вряд ли вспомнила бы, о чем хотела узнать с самого начала, если бы не Нараян.

– Ты хотела знать об Инге и Резо, – напомнил он. – Так вот, наши астрологи еще несколько лет назад посоветовали им начать создание семьи осенью этого года. Совет, который дает в Синегорье разрешение на браки, поставил им тогда свое условие: они смогут пожениться, если в лагере поладят со своими "детьми понарошку". В предыдущие два лета у них получалось это не очень хорошо.

– Выходит, что и от меня зависит, поженятся теперь Резо и Инге? – задумалась Лася.

– Еще бы! – подтвердил Нараян, помня о Ласиной любви к приключениям.

– К тому же, только ты можешь помочь близнецам Машу и Магалу научиться договариваться с окружающими, – добавил он и повел озадаченную Ласю прощаться на ночь с Инге и Резо.

28. НЕДОМЫСЛИЕ

Поначалу на новом месте и без папиной помощи Ласе было трудно быстро собираться. Она долго выбирала, что ей надеть и что взять с собой. Конечно, Инге всегда подсказывала, например: "Дети сегодня прохладно, наденьте курточки". Но остальное Ласе приходилось решать самой.

В этот день, как и в два предыдущих, Али торопил Ласю:

– Лась, собирайся быстрее!

Из-за ширмы доносилось:

– Сейчас! Только тетрадки возьму!

– Лася, не нужны никакие тетрадки, – твердил ей Али. – Мы в летней школе ничего не пишем.

Шли минуты, и Али начинал тихонько стучать по ширме, как стучат в дверь. В ответ раздавалось:

– Уже иду! Только ленту найду.

И снова Али приходилось напоминать:

– Никаких телефонов не нужно. Они только будут мешать. Выходи!

Из-за Ласиных сборов, в класс Лася и Али попали последними. Сразу вслед за ними в деревянную беседку, которая в летней школе служила классной комнатой, вошла учительница Риола.

Заниматься в летней школе Ласе показалось интереснее, чем в синегорской. Здесь не нужно было выполнять упражнений по письму, учиться рисовать шарики и кубики, решать арифметические задачки. Зато можно было вволю придумывать, тренировать свою сообразительность и другие самые необычные способности.

Сегодня, к примеру, Риола объявила детям о том, что они потренируются посылать и принимать мысли без помощи лент-телефонов.

– Сейчас я и Али выйдем отсюда, – сказала она, - а все остальные задумают один простой предмет. Нужно, чтобы вы точно договорились о его размере и цвете. Когда мы вернемся, вы одновременно начнете представлять себе этот предмет. А мы попробуем отгадать, что вы задумали.

Когда Али и учительница вернулись в беседку, ребята уже закончили горячее обсуждение и сидели смирно на скамье за длинным столом. У некоторых из них были закрыты глаза – наверное, так им легче было представить задуманный предмет.

Хотя Риола пообещала Али, что будет думать вместе с ним и это должно ему помочь, Али никак не мог угадать, что вообразили одноклассники.

Примерно через минуту Риола прервала эксперимент и сказала, обращаясь к детям:

– Вы задумали шарик. Приблизительно синего цвета. У одних шарик был маленький, у других большой. Кто-то из вас перепутал синий цвет с темно-голубым. Поэтому ваша общая мысль, вместо того чтобы усилиться, получилась нечеткой.

Дальше учительница Риола сказала, что теперь сама задумает предмет, а дети должны будут узнать, что это такое. Пока Риола спокойно стояла у доски, класс напряженно старался уловить мысль, которую она посылала.

Чего только не называли дети, рассказывая потом о своем представлении!

Здесь были и кружочек, и лампочка, и даже зонтик. Только Бая сумела правильно уловить задуманный Риолой цветок. Хотя назвать, сколько у него лепестков и какой цвет имеет его серединка, тоже не смогла.

– Вот видите, вы еще не умеете сосредоточиться, – сделала вывод Риола.

– А что такое "сосредоточиться"? – спросил кто-то из ребят.

Похоже, учительница хотела что-то сказать, у нее даже рот слегка приоткрылся. Но потом она решительно повернулась к большому рисографу, который так же, как в синегорской школе, служил классной доской, и начала изображать свои мысли.

Вот на рисографе проявилась фигурка девочки, а на некотором расстоянии от нее разместился мальчик.

– Посмотрите, если эта девочка сумеет думать только об одном предмете и никаких посторонних мыслей у нее не будет, ее мысль, как стрела, полетит к мальчику.

И дети увидели, как сияющая стрела, отделившись от девочки, полетела к ее другу. Не долетев до него, она вдруг застыла.

– А сейчас представьте, – сказала Риола, – что мальчик в это время ни о чем не думает и перед его внутренним взором находится как будто чистый экран

Теперь рисограф перед глазами мальчика изображал небольшой экран. Застывшая стрела внезапно ожила и, попав в экран, превратилась в цветок.

Дети даже захлопали в ладоши от удовольствия.

– А если девочка будет думать одновременно о многих вещах, как полетит ее мысль? – озадачила детей Риола.

– Это у рассеянных людей бывает, – заметила Лася. – Так говорит мой папа.

– Верно, – согласилась Риола. – Такая мысль, даже если и будет послана, результата не даст. Смотрите. И дети увидели, как от нарисованной девочки в разных направлениях разлетаются маленькие светящиеся стрелочки и, не долетев до мальчика, гаснут.

Последний вопрос, который задала учительница, был таким:

– Что будет, если мальчик не сосредоточился и его экранчик занят разными другими мыслями?

Изобразить результат на рисографе взялась Май.

Вот на экранчике возле нарисованного мальчика стали появляться разные картинки: мяч, яблоко, книжка. Предметы кружили по экранчику и наскакивали друг на друга. Когда отделившаяся от девочки стрела попала в экранчик, то изображение, которое она с собой принесла, окончательно перепутало все предметы. Так бывает, когда несколько пластилиновых фигурок слепляются вместе.

Когда Лася и ее друзья вернулись из школы, Инге и Резо уже были дома. Они немного раньше пришли из своей "Школы для родителей" и теперь встречали детей.

– Наши маленькие зайчики уже дома, – обрадовалась Инге. – А где же наши большие зайчики?

Все догадались, что Инге имеет в виду братьев Маша и Магала.

– Если большие зайчики скоро не придут, – заметил Резо, – маленькие зайчики от голода начнут кушать траву.

Это замечание так развеселило детей, что они принялись передвигаться по траве на четвереньках, изображая, как с аппетитом едят сочную зелень.

Не дождавшись старших детей, Инге и Резо повели ребят в столовую. После обеда Лася, Ло, Май и Али отправились заниматься рукоделием под руководством Яры Игоревны. А их молодые родители пошли искать мальчиков.

Оказалось, что Маша и Магала после школы не видел никто.

– Исчезли, как сквозь землю провалились, – недовольно сказал Резо.

– Ничего, найдутся, – успокаивала его Инге.

И правда, перед самым ужином родителям сообщили, что братья нашлись, и попросили прийти за ними в пункт охраны.

Забирать мальчиков отправился Резо, в то время как Инге повела остальных детей ужинать.

– Вот ваши красавцы, – сказал Резо дежурный охранник, показывая на две одинаковые улыбчивые физиономии.

– Очень рад, – сухо отозвался Резо.

Он расстегнул куртку и сел, собираясь выслушать рассказ дежурного.

А дежурный начал так:

– Эти молодые люди утверждают, что ходили смотреть, как пасутся наши лагерные козы, коровы и кони. Они говорят, что очень любят коней.

В этот момент Резо утвердительно кивнул головой: он старательно изучил все, что было написано о детях школьными учителями и родителями.

– И тут, откуда ни возьмись… – в этом месте дежурный сделал паузу, а Резо подхватил:

– …на стадо напал волк.

– Откуда вы это знаете? – удивился дежурный.

– А я об этом где-то читал, – сказал Резо и внимательно посмотрел на мальчиков.

Под его взглядом Маш покраснел и опустил голову, а Магал сказал:

– Но в этот раз волк был по-настоящему. Он только подбежал, а наши собаки такой лай подняли, и давай его гнать. А мы за ними!

Взрослые теперь молчали в ожидании, что еще скажут им мальчики в свое оправдание. И тут Маш решил прийти брату на помощь:

– Нам жалко было волка, и мы побежали за собаками, чтобы они не поймали и не разорвали его. А потом, когда собаки отстали, мы дальше бежали за волком, чтобы узнать, где он живет.

– А если бы он повернулся и захотел поближе познакомиться с вами? – нахмурился Резо, и складка на его лбу стала еще глубже.

Мальчики ничего ему не ответили, а дежурный сказал:

– Короче, нашли мы их в ущелье, где они пили воду и отдыхали. И все это приключение стоило им предупреждения. После очередного выхода за границы лагеря без взрослых, они должны будут покинуть лагерь.

Выслушав дежурного, Резо встал и подошел к братьям:

– Ну что, пошли домой, защитники природы?

Мальчики устало поднялись со стульев и направились за молодым человеком. Поравнявшись с дежурным, Резо вдруг остановился и сказал:

– Сделайте нам, пожалуйста, три большие карты лагеря.

Дежурный с недоумением взглянул на Резо, а потом, сообразив, что тот что-то задумал, согласился. С помощью информатора, в котором хранилось множество нужных сведений, он вывел на печать карту летнего лагеря и вручил полученные листы Резо.

Инге и дети очень обрадовались, когда увидели пропавших братьев.

– Сейчас я вас покормлю, мальчики, – сказала Инге.

Однако Резо решил по-своему.

– Видишь ли, Инге, – сказал он. – Выяснилось, что наши дети Магал и Маш очень плохо ознакомлены с правилами лагеря. Поэтому, прежде чем ужинать, мы пойдем с ними учить правила.

– Я тоже плохо знаю правила, – заявила Лася. – И тоже хочу идти их учить.

– Ты устанешь, девочка, – предупредил ее Резо.

Но Лася все равно настояла, чтобы ее взяли учить правила. В чем же состояла эта учеба?

Для начала Резо повел детей до первого пограничного столбика и сказал:

– Вот столб на границе лагеря. Кто за него заходит – нарушает правила.

Братья пожали плечами. В этом для них не было ничего нового.

– А сейчас, – продолжил Резо. – Каждый из вас возьмет карту, и, пока мы будем идти вдоль границы лагеря, отметим на ней все столбики.

– Но это же глупо! – возмутился Магал.

– Не глупее, чем догонять волка, – сказал Резо и роздал мальчикам по карте и по карандашу.

Третью карту он оставил себе и заметил:

– Я тоже на своей карте буду отмечать столбики, и, если у нас с вами их окажется неодинаково, пойдем по второму кругу.

Магал даже застонал, представив, сколько нужно будет проделать работы, а Маш сказал:

– Давайте быстрее, а то скоро темнеть начнет.

– Давайте, – поддержал его Резо и, указав на ближайший столбик, скомандовал: "Отмечаем!"

Пока мужчины шли с картами вдоль границы, Лася перебегала от столбика к столбику и говорила: "А вот еще один!" На полдороге она заметно устала, и Резо дал ей отпить из какой-то маленькой бутылочки. Напиток тут же вернул ей бодрость. Она даже вызвалась нести фонарь, чтобы никто не споткнулся в потемках.

Дети уже спали, а Инге заметно волновалась, пока не увидела четыре фигуры, устало бредущие к дому. Самым бодрым из всех оказался Резо, хотя он ничего не ел и не пил с самого утра.

– Принимай, матушка, тружеников, – сказал он Инге. – И накорми, коли есть чем. Они заслужили. Правила теперь знают назубок.

29. В ПОИСКАХ АБАЛЫ

Первый раз в своей жизни Лася сидела у костра. До этого она не однажды видела, как горит огонь в камине. Но находиться у костра в кругу друзей – совсем другое дело.

Кто-то, кажется Магал, после ужина предложил прихватить из столовой соевые колбаски. И теперь все держали над огнем ароматные кусочки, насаженные на прутик.

– Вку-у-сно, – радовался Маш.

– Только го- горячо, – дула на свою порцию Лася.

– Дымом теперь пахнет, – замечала Май, откусив кусочек.

Лася жевала и смотрела на огонь, не отрываясь. Она любила смотреть на огонь. Ей всегда мерещилось, что языки пламени танцуют какой-то необыкновенный танец.

– Тебе тоже кажется, будто огонь пляшет? – спросила ее Инге.

– Пляшет и еще поет, – подтвердила Лася.

– А как поет огонь, вы знаете? – спросила Инге у детей.

В ответ на вопрос каждый попытался изобразить потрескивание и шипение, с которым пламя рвалось вверх, – получился изрядный шум.

– Тише, тише, – успокаивала детей Инге. – Помните, как мы слушали голос воды у ручья?

– Да, – отозвался Али. – Ты еще тогда сказала, что его журчание – не настоящий его голос.

– Верно, – согласилась Инге. – Голос воды больше похож на звуки нежных маленьких колокольчиков. Голос огня тоньше, но я его никогда не слышала. Может, вы услышите?

Теперь все сидели молча, не шевелясь, и прислушивались к звукам, которые шли от костра. Лася тоже старалась изо всех сил, даже глаза зажмурила.

Первым очнулся Магал.

– Нет, – сказал он. – Это бесполезное занятие. Мне говорили, что для этого нужен развитый внутренний слух.

– Но когда-то же надо начинать его развивать? – заметил рассудительный Али.

– Мальчики, вы оба правы, – сказала Инге. – Давайте теперь вспомним какие-нибудь предания об огне. Например, на моей родине есть такое поверье: когда горит огонь, он уносит в небо лучшие желания человека, и, если очень сильно чего-то захотеть, глядя на огонь, то желание непременно сбудется.

Лася посмотрела на огонь и загадала:

– Пускай завтра приедет мой папа.

Она повторила свою просьбу еще раз и собралась снова проговорить те же слова, как вдруг над головой услышала голос Резо:

– Дети, смотрите, кого я вам привел!

Лася подняла голову и на фоне темнеющего неба увидела худощавого пожилого мужчину. Пока он устраивался у костра, Резо говорил:

– Дедушка согласился сегодня посидеть у нашего костра и рассказать нам интересную историю.

Непоседам Машу и Магалу уже надоело сидеть на одном месте, и они отпросились, чтобы пойти в игровой зал Дома собраний. Когда затихли их торопливые шаги, дедушка поправил полу своего полосатого ватного халата, слегка откашлялся и заговорил:

– Когда я и мой друг были еще совсем молодыми, мы вот так же, как сейчас, сидели у костра холодной ночью в степи. Наши голоса, ржание коней, которые находились неподалеку, и веселое потрескивание огня делали нас глухими ко всем другим звукам. Поэтому мы очень удивились, когда прямо перед нами в ночи выросла фигура незнакомца.

– Не помешаю? – спросил незнакомец, опуская на землю дорожный мешок.

– Да нет, – ответил мой друг и подвинулся, освобождая место у костра.

Незнакомец отказался от чая и от еды, которую мы предлагали ему. Напившись простой воды, он по нашей просьбе запел.

Его песня была очень длинной и красивой.

Он пел о том, что на земле, где-то высоко в горах, есть дивное место Абала, от которого в небо уходит огненный столп. В том месте живут особые люди – воины Света. Они могут подниматься в небо по огненному столпу, который приводит их в обитель небесного воинства – небесную Абалу. Земная и небесная Абала – необыкновенно прекрасны. Их обитатели обладают чудесными способностями и силы свои направляют на помощь людям Земли.

Много людей отправлялось на поиски земной Абалы, но почти никто не находил ее. От непрошеных гостей стерегут Абалу верные стражи и ядовитый туман. Чтобы дойти туда нужно сделать три вещи: победить огненного дракона, пройти огненной дорогой и овладеть огненным мечом.

Так закончил свою песнь незнакомец. Затем он пожелал нам спокойной ночи, прилег у костра и уснул.

Мой друг непременно хотел узнать о том, где искать огненного дракона, огненную дорогу и где достать огненный меч, и решил, что спросит об этом у незнакомца утром. Однако утром выяснилось, что наш ночной гость бесследно исчез.

С тех пор мой друг, очень настойчивый человек, без устали расспрашивал всех, кто встречался нам по пути, о трех огненных вещах и о том, где находится загадочная Абала. В ответ люди только отрицательно качали головами. Некоторые, впрочем, называли одну горную страну, где, по их мнению, скрывалась Абала. И друг уговорил меня отправиться туда.

Нелегко бродить по горам, тем более, что наши средства подходили к концу. Приходилось экономить, отказывать себе в пище и часто ночевать под открытым небом.

Однажды непогода привела меня и моего друга к стенам монастыря. Монахи приютили нас на ночь, накормили, напоили и уложили спать в теплой комнате. Ну а утром мы получили приглашение от настоятеля монастыря.

Настоятель, прежде всего, стал интересоваться, что привело нас в его страну. Мой друг в который раз рассказал ему историю встречи с незнакомцем в степи и в который раз задал ему вопрос об Абале и трех огненных вещах.

Ни один мускул не дрогнул на лице настоятеля во время разговора, и мы подумали, что он ничем не сможет нам помочь. Он, и впрямь, не стал отвечать на наши вопросы, а сказал только:

– Вчера во время бури камнепад перегородил дорогу, которая ведет к монастырю. Если вы освободите ее от камней, я отвечу вам на один из вопросов.

Когда мы увидели, какую большую работу нужно проделать, чтобы освободить дорогу, то решили, что настоятель очень хитрый и несправедливый человек. Мы считали, что цена, которую мы должны заплатить всего за один ответ, невероятно высока. И все же, мы слишком долго ожидали ответов на свои вопросы и теперь намеревались добыть их во что бы то ни стало.

Когда вечером, полумертвые от усталости, я и мой друг вошли в комнату настоятеля, он сказал:

– Теперь вы знаете, как трудно убирать с дороги камни. Камнепады не раз преграждали ее, и каждый раз монахам приходилось проделывать ту тяжелую работу, которую проделали вы.

Часто человек своими нехорошими поступками и мыслями преграждает путь света, проложенный в его душе. Если этот человек все же стремится к свету, ему приходится тяжело трудиться, чтобы освобождаться от созданной им тьмы. Огненный дракон и есть эта тьма внутри человека. Черный огонь зла вырывается из его пасти. Тот, кто борется со злом, отрубает одну голову за другой, но головы вырастают снова, если человек продолжает творить зло.

Победить огненного дракона – значит, окончательно избавиться от тьмы в своей душе.

Конечно, мы захотели получить ответы и на другие вопросы. Тогда настоятель спросил, сможем ли мы ради этого вытерпеть боль. Друг и я сказали, что согласны на все.

Настоятель велел нам снять рубашки и повернуться к нему спиной. Мы так и сделали. Затем он приказал нам стоять неподвижно и стал касаться нашего позвоночника чем-то раскаленным. По крайней мере, нам так казалось. Мы вскрикивали от боли, стискивали зубы, но не двигались с места.

Когда эта пытка закончилась, я обнаружил легкие следы от ожогов на спине моего друга, а он – на моей. Оба мы тогда подумали: какой настоятель жестокий и какую большую цену приходится платить за каждый ответ. На этот раз ответ настоятеля был таким:

– Когда огненный дракон теряет свою злую силу, в душе человека начинает расти свет. В ней зажигаются огни, которые сжигают тьму не только в самом человеке, но и вокруг него. Эти огни души отражаются и на его теле – примерно так, как я вам показал, и даже сильнее.

Один за другим зажигаются огни в душе огненного человека – это и называется огненным путем.

В эту ночь я и мой друг – оба спали на животе. Наши спины горели, и в теле словно вращались какие-то огненные колеса. К утру, однако, все прошло и мы решили, что раз мы пережили эти испытания, то переживем и другие, которые позволят нам получить ответы на остальные вопросы.

Чтобы узнать, что такое огненный меч, нам пришлось прожить в монастыре до следующего лета. Мы должны были много работать и наблюдать за монахами: за тем, что они говорят и как поступают.

Однажды я споткнулся о камень и упал, ударившись головой. Струя крови потекла из моего лба так, что я думал, что скоро потеряю всю кровь и умру.

Меня отвели к одному из монахов, и уже через минуту рана на моей голове как бы сама по себе перестала кровоточить.

Что сделал монах?

Именно об этом я спросил его после своего чудесного выздоровления.

– Сила мысли, – ответил он и велел мне идти отдыхать.

Понятно, я был поражен тем, что произошло. Получалось, что мыслью можно было действовать как каким-то инструментом.

Я поделился этим с другом, и он признался мне, что однажды наблюдал странную картину.

Шестеро монахов сидели вокруг камня и что-то монотонно произносили. Через некоторое время мой друг заметил, как камень поднимается в воздух. Тогда он подумал, что видит какой-то фокус, но после моего рассказа мы оба решили, что монахи умели совершать действия с помощью мысли.

Один раз, работая во дворе, мы увидели, как четыре человека проносят мимо закрытые носилки. Монах, который очутился рядом с нами, низко поклонился и не поднял головы, пока носилки не исчезли в здании монастыря. Мы, конечно же, стали расспрашивать о том, кого несли на носилках, и монах сказал:

– Это настоящее сокровище. Это человек, который своей мыслью укрощает подземный огонь. Благодаря ему в нашей местности никогда нет землетрясений.

Человек-сокровище недолго гостил у настоятеля, а когда он покинул монастырь, настоятель вызвал нас к себе. Мы, скрепя сердце, приготовились к очередному испытанию, однако настоятель сказал:

– У вас было время, чтобы убедиться, каким мощным инструментом является мысль человека. Она может не только заменять действия руками, но и делать то, что человеческим рукам не под силу, например, укрощать подземный огонь. Когда мысль человека достигает такой силы воздействия, что ничто не способно стать преградой на ее пути, говорят, что человек владеет огненным мечом.

Итак, я и мой друг теперь знали, что означает победить огненного дракона, что такое огненный путь и огненный меч. Оставалось узнать, где находится удивительная Абала.

И вновь безо всяких испытаний настоятель дал ответ на этот вопрос. Но на сей раз ответ разочаровал нас. Оказалось, что чудесная страна находится совсем рядом, но как бы мы ни старались, мы не попадем туда. Настоятель сказал, что ни один из нас еще не овладел тремя огненными вещами, а без них дорога в Абалу закрыта.

На следующий день мой друг и я собрались в путь. Только на этот раз наши дороги разошлись. Друг не поверил настоятелю и решил продолжить поиски Абалы. Я же захотел вернуться на родину и найти мудрого учителя, который научил бы меня владеть огненными явлениями.

Когда дедушка замолчал, Али спросил:

– А вы нашли учителя?

Дедушка отвечал, что нашел.

– А три огненных вещи?

– Уже знаю, как ими овладеть, – коротко ответил старик.

– И только?! – поразился Али.

Старик погладил свою белую бороду, которая оттеняла его смуглое узкое лицо, и сказал:

– Никто не сказал, что подчинить себе темный огонь, вырастить светлый и научиться владеть им можно быстро. В течение одной жизни. Только некоторые, особенные люди, справляются с этим быстрее остальных. Именно они живут в священной Абале.

– А ваш друг дошел туда? – поинтересовалась у старика Лася.

– С тех пор как наши пути разошлись, я ничего не знаю о моем друге, – ответил дедушка. – Но каждый день помню о нем и посылаю ему мысленную помощь.

– Чтобы у друга все получилось, – подумала Лася и вдруг вспомнила, что стоит еще разок посмотреть на пламя костра и загадать желание.

– Пусть завтра приедет папа, – послала она в огонь свою мысль и решила, что теперь это ее желание непременно сбудется.

30. НЕСЛУЧАЙНЫЕ ВСТРЕЧИ

Утренняя гимнастика была недлинной, но очень интересной. Ласе нравилось вдыхать чистый прохладный воздух, нравилось повторять за Инге и Резо медленные плавные движения, воображая себя то птицей, то рыбой, то крадущейся кошкой.

Обычно после короткой зарядки бывала еще пробежка вокруг дома и дальше, по тропинке к лесу. Но сегодня, в этот пасмурный день, когда моросил мелкий частый дождик, пришлось заканчивать зарядку на веранде.

– Двадцать три, двадцать четыре, двадцать пять… – считала вслух Лася, прыгая на двух ногах.

Чтобы не сбиться в счете, она даже закрыла глаза.

– Тридцать шесть, тридцать семь…

– Тридцать восемь…

Последние слова произнесла не Лася, голос принадлежал…

– Папка! – воскликнула она и уже через секунду обнимала отца.

– Ласёнок, я весь в дожде. Ты будешь мокрая! – смеялся папа Рад.

– Я и так уже мокрая внутри, как чайник! – веселилась Лася.

В этот воскресный день их многолюдный дом стал еще многолюднее. Вместе с Ласиным папой прилетели родители Ло и Май. К Машу и Магалу тоже приехал отец. Понятно, братья воображали себя взрослыми, не обнимали и не целовали его так, как это делали при встрече с родителями младшие. Но по их громким веселым голосам Лася поняла: мальчишки ужасно рады.

Только один человек в Ласином доме сегодня не радовался. Это был Али.

– Ты не знаешь, почему не приехал мой папа? – спросил он у Рада.

В ответ Ласин папа улыбнулся и погладил Али по голове. Затем он достал из дорожной сумки пакет и протянул его Али со словами:

– Это тебе передали родители.

После завтрака папа и Лася отправились на прогулку по лагерю. Удобные накидки с капюшонами защищали их от дождя.

– Мы с тобой, как два пилигрима, – сказал папа, пояснив Ласе, что похоже одевались в старину странствующие монахи.

Рядом с папой Ласе их прогулка, и впрямь, казалась путешествием.

– Смотри, какие у нас домики, – показывала она. – Мы называем их по названию флюгера. Наш домик – "Дом солнца", вон тот, рядышком, где живет Бая, – "Дом голубя", есть "Дом розы", "Дом кентавра" и еще куча разных. Сам увидишь.

– А как называется этот дом? – спросил папа, показывая на большой двухэтажный дом, окруженный кустами роз и самыми разнообразными клумбами.

– Это "Дом учителя", – сказала Лася. – Там живет наша Риола, Яра Игоревна…

– А Нараян тоже там? – поинтересовался папа.

– Хотел бы я его видеть, – добавил он, чему-то улыбаясь.

– Я тоже, – вздохнула Лася. – Но там его нету, он сразу уехал к своему учителю. К Мастеру.

Чтобы отвлечь Ласю от грустных мыслей, папа спросил:

– Выходит, что это самый большой дом в вашем лагере?

В ответ Лася отрицательно покачала головой.

– Давай, я покажу тебе самый большой дом, – сказала она и повела папу дальше, к Дому собраний.

В Доме собраний, который был точь-в-точь таким же, как синегорский в их Янтарном районе, было тепло и уютно. В зале "Встречи друзей" ребята играли в разные настольные игры, что-то мастерили. В библиотеке, которую не раз уже посещала Лася, собрались юные любители чтения на заседание "Книжного клуба".

Самым большим помещением в Доме собраний, конечно же, был зал для собраний, концертов и спектаклей. Здесь Лася и папа решили задержаться подольше, потому что очень скоро должен был начаться концерт для детей и их родителей.

Слышно было, как музыканты настраивают инструменты, как шепчутся зрители, занимающие свои места…

– Ласька! – раздался вдруг позади Ласи громкий шепот.

Лася обернулась и с удивлением обнаружила, что ее зовет Маш. Он был каким-то взъерошенным и запыхавшимся, как будто только что бежал.

– Там твой Али совсем скис, – скороговоркой проговорил Маш. – На завтрак не пошел. И говорить никому ничего не хочет. Может, вам он что-нибудь объяснит?

Всю дорогу к "Дому солнца", которую Лася прошла-пробежала вслед за быстро шагающим папой, она то и дело ругала себя:

– Ну как же я могла оставить его одного?! Он же совсем-совсем сегодня сам…

Папа, вроде бы, никак не реагировал на Ласины слова, он только сказал:

– Сегодня Али какое-то время непременно нужно побыть одному.

А когда они подошли к самому дому, Лася услышала от него следующее:

– Что бы ни случилось с Али, не огорчай его еще больше, старайся подбодрить его.

И Лася, следуя папиному совету, старалась. И уже в конце их беседы с Али он выглядел не только успокоенным, но даже веселым. Однако вначале было иначе.

Когда Лася вошла в свою комнату, Али сидел на кровати, окруженный фотоснимками, красочными картинками и другими вещами, которые прислали ему родители. Он сидел, подперев голову руками, и, казалось, о чем-то думал.

Лася подняла с полу несколько фотографий и протянула их Али. Но он не взял их, а сказал:

– Посмотри, там мой брат. Он только что родился. А это, – и Али показал на разноцветные картинки, – поздравления от родителей.

– Так почему же ты киснешь? – удивилась Лася.

То, что рассказал ей затем Али, удивило ее еще больше:

– Один раз мне приснился сон, что я еще совсем маленький и разговариваю с кем-то невидимым. И мне кажется, что я очень скучаю по нему.

Когда я рассказал о своем сне маме, она сказала, что, когда мне было три года, я иногда разговаривал с невидимкой. Называл его любимым другом и говорил, что очень по нему скучаю.

Три дня назад мне опять приснился этот же сон. Я даже запомнил слова: "Жди меня. Я уже иду!" А сегодня, когда я только узнал, что у меня родился брат, я сразу все понял. Это пришел на землю тот самый любимый друг.

– Здорово! – обрадовалась Лася.

– Давай расскажем всем, – потянула она Али за руку.

Но Али не захотел следовать за ней. Он по-прежнему сидел на кровати, опустив голову.

– Я его ждал всю свою жизнь. Он, наконец, пришел, а я его даже не встретил, – прошептал он.

– Но ты же еще успеешь, – уговаривала его Лася. – Он же теперь не такой, каким был, когда вы дружили. Он сейчас совсем неинтересный. Мой брат Томик, когда только-только родился, спал, ел и кричал.

– Все равно… – хмурился Али.

Лася никогда не могла сидеть сложа руки, когда видела, что ее друзья грустят. Она готова была к самым решительным действиям, чтобы помочь. Ей удалось уговорить папу, а вместе они убедили диспетчера в том, что им срочно нужен лёт для полета в Синегорье.

Вприпрыжку бежали Лася и Али к площадке для лётов, не замечая дождя и порывов ветра, который то и дело старался сорвать с них капюшоны. Папа Рад шагал впереди, пытаясь хоть немного спасти их от ветра, задувшего еще сильнее на летной площадке.

– Вот так встреча! – послышался чей-то радостный возглас.

Когда Лася и Али вынырнули из-за папиной спины, они тут же увидели того, кто приветствовал их. Это был знакомый им летчик Ник – тот самый, который сопровождал их в страну камней и которого тогда отстранили от полетов.

Ласе еще в прошлый раз понравился Ник, его необыкновенное отношение к камням, как к живым существам. Он разговаривал с ними, обращался к ним так, словно они были его домашними любимцами.

Во время полета Лася еще раз смогла убедиться, что Ник владеет многими тайнами. Али тоже отнесся к нему с доверием, а потому без колебаний выложил все о причине срочного вылета: о рождении брата, о том, что в какой-то из прежних жизней новорожденный был его любимым другом.

Летчик Ник слушал Али очень внимательно, а когда тот закончил свой рассказ, сказал:

– Встреча друзей в новой жизни – это удача. А вот встреча врагов…

– Неужели у Ника – такого доброго и такого славного могут быть враги? – удивилась Лася.

Она переглянулась с Али и поняла, что и ему не верилось, что кто-то может не любить Ника.

– Когда в первый раз в жизни встречаешь человека, с которым был знаком в предыдущих жизнях, всегда ощущаешь, кто перед тобой: друг или враг, – так начал свой рассказ Ник.

– В этой жизни раньше я встречал только друзей. В летном отряде не было ни одного человека, с кем бы у меня были плохие отношения. Когда же я впервые увидел своего теперешнего напарника, то сразу почувствовал, что он меня раздражает. Я даже попросил командира, чтобы его заменили, но командир сказал, что не может, так как напарника рекомендовал Совет.

Мне не хотелось ни с кем враждовать, но с напарником у нас часто случались споры. Даже лёт, на котором мы летали попеременно, и тот стал слушаться хуже. Это заметили и другие летчики и посоветовали нам обратиться в Совет.

Один из членов Совета согласился встретиться с нами и объяснить, почему нам, таким несимпатичным друг другу людям, приходится работать вместе.

– В нескольких предыдущих жизнях между вами была страшная вражда, – сказал он. – Сейчас вам необходимо примириться. Это условие вашего дальнейшего пребывания в Синегорье.

– Сами понимаете, – продолжал Ник, – я с таким трудом несколько лет назад попал в Синегорье и так полюбил его, что теперь сразу же забыл о своих претензиях к напарнику.

– А он? – поинтересовался папа Рад.

– Ему труднее. Он в Синегорье недавно, и для него многое необычно. Но я вижу, что он очень старается.

– Какой необыкновенный день! – думала Лася, выходя из лёта.

Необыкновенным виделось ей то, что в Синегорье светило солнце, благоухали растения и множество насекомых наполняли воздух своим жужжанием.

Лася оббежала весь сад, побывала в лесу у своего хеопса. Белочек, которые встречались ей по дороге, она кормила кедровыми орехами, а ежу подарила яблоко, которое захватила для себя.

Переполненная впечатлениями дня, вечером Лася устроилась на веранде. Среди щебетания птиц, писка их птенцов она различала также крик младенца – братика Али.

– Лась, ты, получается, права, – вдруг послышалось неподалеку.

Лася повернулась на голос и увидела Али, выходящего из своей квартиры. Теперь он выглядел спокойным и бодрым.

– Ты была права, – повторил он, опускаясь на скамейку рядом с Ласей. – Я, конечно, его люблю. Но он какой-то другой. И меня совсем не узнает.

– Он просто еще очень маленький, – умудренно заметила Лася.

Она взглянула на Али, и искорка радости затаилась в ее глазах.

– Ты полетишь со мной завтра в лагерь? – спросила она.

– Обязательно, – ответил ей Али. – Полетим вместе. Мы ведь друзья.


RSS










Agni-Yoga Top Sites яндекс.ћетрика