ИНСТИТУТ ГИМАЛАЙСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ «УРУСВАТИ» –
ОТ АШРАМА К ГОРОДУ ЗНАНИЯ*

Л.М. Гиндилис

Город науки всегда будет мечтою просвещенных людей. ( А.Й., Братство, 586 )

Институт Гималайских исследований «Урусвати». Долина Кулу

Институт Гималайских исследований «Урусвати». Долина Кулу

Центр новой науки в Гималаях

В мае 1928 года завершилась Великая Центрально-Азиатская экспедиция Рерихов. 24 мая экспедиция прибыла в Дарджилинг, где была официально расформирована. А в июле в Дарджилинге основан Институт Гималайских исследований «Урусвати». Позднее, когда Рерихи поселились в долине Кулу, туда был переведен и Институт «Урусвати». Вся семья Рерихов участвовала в организации и работе Института. Почетным Президентом-Основателем Института, определявшим стратегию его деятельности, была Елена Ивановна Рерих, ее исследования касались изучения философии Востока. Николай Константинович был Президентом-Основателем Института и председателем правления (Board); как и Елена Ивановна, он был идеологом Института, а его собственные научные исследования относились к области археологии, изучения культуры и искусства различных народов. Директором Института стал Юрий Николаевич Рерих; научные исследования его были связаны с историей культуры народов Азии, лингвистикой и филологией. Он же был главным редактором выпускаемого институтом журнала. Святослав Николаевич, будучи знатоком местной флоры, прекрасным ботаником и орнитологом, активно работал в отделе естественных наук Института; наряду с ботаникой и орнитологией, он изучал местную (древнюю и современную) фармакологию.

* Статья печатается в сокращении.

Одной из задач Института было осмысление, систематизация, изучение того богатейшего материла, который был собран во время Центрально-Азиатской экспедиции. Но этим его задачи не ограничивались. Главная задача состояла в проведении исследований в русле новой науки, опирающейся на Живую Этику и космическое мышление. Рерихи стремились воплотить в Институте синтез естественных и гуманитарных наук, а также древних и современных знаний. «В “Урусвати” методы эмпирической науки сочетались с метанаучными».[1] Научные концепции Института опирались на понимание того, что причина земных явлений кроется в мирах иных измерений, мирах более высокого состояния материи. В связи с этим проводилось изучение тонких энергий, человеческого сознания, психической энергии, а также влияние энергии самого человека на научные эксперименты. Последнее обстоятельство формировало новые подходы к лабораторным исследованиям.[2]

Концепция Института нашла отражение в его структуре, не совсем обычной для научного учреждения. В состав Института входили следующие департаменты (отделы):

1. Департамент Археологии и смежных (родственных) наук и искусств.

2. Департамент естественных и медицинских наук и прикладных исследований.

3. Научная библиотека.

4. Музей коллекций Института.

Отделы делились на секции. Так в состав археологического отдела входили секции общей истории, истории культуры народов Азии, истории древнего искусства, лингвистики и филологии. Отдел естественных наук занимался ботаникой, орнитологией, метеорологическими и астрономическими наблюдениями, изучением космических лучей; в медицинской части отдела изучалась древнетибетская медицина и фармакопея. В соответствие с концепцией Института все эти различные направления изучались с единых позиций – Живой Этики и космического мышления.

Работа Института основывалась на достижениях мировой науки. Институт поддерживал связи 285-ю научными учреждениями, университетами, библиотеками и музеями по всему миру. В числе его сотрудников, консультантов и корреспондентов были всемирно известные ученые, такие как Альберт Эйнштейн, Роберт Милликен, Луи де Бройль, Николай Иванович Вавилов и многие другие выдающиеся ученые; в их числе президент Американского археологического института Р.Магофинн, знаменитый путешественник и исследователь Свен Гедин. Наиболее тесные связи установились с учеными и деятелями культуры Индии, такими как Чандрасеккхар Венката Раман, Джагадиш Чандра Бош, Рабиндранат Тагор и др. Часть сотрудников приезжала для работы в Кулу. Для их приема было выстроено специальное здание.

Методы работы Института отличались от общепринятых. Характерной особенностью была постоянная подвижность, регулярные экспедиции, в которых принимали участие и сотрудники института, и корреспонденты. Сам Институт, как писал Николай Константинович Рерих, представлял собой как бы средоточие, или Ашрам. А «умственное питание» его, или, как мы бы сказали сегодня, информация, добывалась в разных местах. При этом, подчеркивал Николай Константинович, постоянная подвижность способствовала расширению кругозора исследователей, преодолению узкой специализации, что так необходимо на пути к синтезу знаний.

Создание Института проходило под покровительством Духовного Учителя. В одной из книг Живой Этики «Сердце» есть такие слова: «Мы весьма советуем устройство биохимической лаборатории, но, конечно, для серьезных и длительных опытов».[3] Весной 1932 г. в «Урусвати» было построено здание Биохимической лаборатории; она должна была включать комплекс вспомогательных лабораторий для биохимических и медицинских исследований: общую биохимическую лабораторию, лабораторию органической химии, фармакологическую лабораторию, физическую лабораторию, лабораторию исследований рака.

Институт проработал 10 лет, до начала Второй Мировой Войны, когда его пришлось законсервировать. За этот короткий срок было сделано очень много. Экспедиции Института прошли по долине Кулу и другим районам Гималаев. Проведена крупная Манчжурская экспедиция 1935 года. Музей Института пополнился новыми коллекциями. Ю.Н.Рерих собрал ценные образцы гималайского фольклора. Значительно пополнилась библиотека Института. Было издано три тома его трудов. Институт представлял собой, по существу, первый высокогорный научный центр, высокогорную станцию, где велись уникальные научные исследования. Однако Рерихи не собирались остановиться на достигнутом. Руководствуясь указаниями Духовного Учителя, они планировали дальнейшее развитие Института, превращение его в перспективе в Город Знания. «Станция, – писала Елена Ивановна в 1930 г., – должна развиться в Город Знания. Мы желаем в этом Городе дать синтез достижений, потому все области науки должны быть представлены в нем. И так как Знание имеет своим источником весь Космос, то и участники станции должны принадлежать всему миру, то есть всем национальностям, и как Космос неделим в своих функциях, так и ученые мира должны быть неделимы в своих достижениях, то есть, объединены в теснейшем сотрудничестве».[4]

Алтай-Гималаи

Как возникла идея создания Института в Гималаях и развитие его в Город Знания? По мнению А.Г.Назарова, «мысль о создании научного учреждения для целей комплексного изучения природы и культуры Гималаев возникла у Рерихов в 1924 г. во время проживания в Дарджилинге в результате проведения семьей Рерихов трех экспедиций в горной области Сиккима, Бутана и Непала».[5] Наверное, опыт этих экспедиций имел значение для создания Института «Урусвати», но история его не столь проста и содержит драматические моменты.

Первоначально Город Знания предполагалось создавать на Алтае, и идея его связывалась со Звенигородом. Однако в виду того, что руководство СССР не приняло предложения Учителей, переданные Н.К.Рерихом во время его визита в Москву в 1926 г., этот план пришлось изменить. В книге «Община» имеется такая запись. «Если найден принцип явления, то размеры его зависят от техники. Так перенесение чувствительности может принять самые различные размеры. Скажем, на таком-то месте должна основаться новая община. Место имеет все нужные признаки, но окружающие условия временно могут составить грозную опасность. Тогда берем новое место и переносим на него возможности первого. В сознании мы не оторвались от возможности первого места и переживаем эффект первого решения, подводя устои будущего строения. Будет ли нечто на пятидесятой параллели или двадцатью параллелями южнее, но существенно сохранить озарение строительства. Сказка о невидимом городе со звоном напоминает человека, который не заметил важного ощущения вследствие переноса чувствительности. Мой пример, может быть, еще вам не ясен, но принцип перенесения чувствительности может быть увеличен до целых народностей. Можно этим принципом избежать многих опасностей».[6] По-видимому, намек Учителя не сразу был понят. Но потом поступили соответствующие разъяснения. В 1950 году в письме к Кэтрин Кэмпбелл Елена Ивановна вспоминала: «Много лет назад, еще в Монголии, было Сказано о нашем будущем доме, и о работе в Индии, и о Городе Знания, который там будет возведен».[7] Таким образом, решение о создании Института «Урусвати» в Гималаях было принято во время Центрально-Азиатской экспедиции, когда она проходила через Монголию (1927 г.). Причем с самого начала имелось в виду создание в перспективе Города Знания.

В.А.Иконников обратил внимание на следующие слова в цитированном выше фрагменте из книги «Община»: «Будет ли нечто на пятидесятой параллели или двадцатью параллелями южнее, но существенно сохранить озарение строительства». Пятидесятая параллель соответствует широте Белухи, а широта Кулу – 31 градус, то есть примерно на 20 градусов южнее. Иконников обращает внимание, что обе широты не случайны. К пятидесятой параллели тяготеют такие сооружения как Стоунхендж, Аркаим, Ак-Баур, а на 30-й параллели расположены Египетские пирамиды. При этом наблюдение Солнца на этих широтах определенным образом связано с золотым сечением, выражая гармонию Космоса.[8]

Николай Константинович и Елена Ивановна неоднократно подчеркивали необычные особенности месторасположения «Урусвати». Долина Кулу связана с именами многих величайших личностей, мудрецов, святых. Многие легендарные и исторические события связаны с этими местами. Здесь проходил Готама Будда, здесь риши Вьяса собирал «Махабхарату». Уникальны и природные особенности этих мест. В цитированном выше письме от 13 октября 1930 г. Елена Ивановна писала: «Место станции избрано совершенно сознательно и обдуманно, ибо Гималаи представляют неисчислимые возможности во всех отношениях и внимание всего научного мира сейчас обращено именно на эти высоты. Изучение новых космических лучей, дающих человечеству новые ценнейшие энергии, возможны только на высотах, ибо все самое тонкое и самое ценное и мощное лежит в более чистых слоях атмосферы. Не являются ли горы величайшими магнитными станциями? Не следует ли исследовать магнетизм и электричество? Исследование магнитных токов не даст ли безопасность воздухоплавания? Ведь в области изучения магнитных токов наука еще в младенческом состоянии, и современные аппараты лишь игрушки, между тем как “наблюдения и исследования привели бы к великому открытию”. Потому нам так хотелось бы начать эти наблюдения и исследования на нашей станции “условия нашей местности особенно хороши для этого”. Также разве не заслуживают внимания все метеорические осадки, осаждающиеся на снежных вершинах и несомые в долины горными потоками. Для астрономических наблюдений условия здесь совершенно исключительны, особенно в Кейланге, где мы легко можем иметь арендованное отделение станции. Геологически Гималаи также интересны, ибо стоят свидетелями многих веков, и пещеры их хранят не одну тайну для археологов, зоологов и антропологов. Количество горячих и других неисследованных источников велико, так же как и горных озер с различными свойствами, согласно указаниям местных жителей. Переходя к ботанике, зоологии и орнитологии, вы уже знаете из рапортов ботаников и зоологов, насколько они довольны результатами своих работ; все редчайшие лечебные травы сосредоточены на этих горах, и сколько новых, неизвестных видов удалось найти за короткое время. В смысле археологии, конечно, эта долина – одна из наиболее богатых, ведь культура Индии была сосредоточена на севере. Имеются следы большой буддийской культуры. Очень примечательно здесь количество языков среди горных племен, часто две рядом живущие деревни не понимают друг друга. Также здесь наблюдаются необычайные огненные проявления, свидетелями которых являются многие местные обитатели, и мы сами не раз видели их, о чем я уже писала».[9]

Затянувшаяся «пралайя»

Вторая Мировая война привела к прекращению деятельности Института «Урусвати». Первые послевоенные годы ознаменовались серьезными социальными катаклизмами, связанными с прекращением колониального владычества Великобритании и разделением страны на две части: Пакистан и Индию. В 1947 году ушел из жизни Николай Константинович Рерих. Елена Ивановна и Юрий Николаевич готовились к отъезду на Родину. Несмотря на тяжелые заботы, которые легли на ее плечи, на хлопоты, связанные с отъездом, на необходимость собрать и привести в порядок все записи по ее Огненному опыту и Учению, борьбу за утверждение Знамени Мира и многое другое, Елена Ивановна не оставляла усилий по возобновлению работы Института «Урусвати» и расширению его деятельности. В письме А.М.Асееву от 12 января 1949 года она писала: «… нужен строго научный подход к проблемам духовным и научно поставленные опыты под руководством необходимых специалистов и опытных наставников духовного делания и воспитания и развития внутреннего человека. <…> Об этом я и мечтаю и надеюсь, что до моего ухода мне удастся заложить основание такому Институту изучения Скрытых Сил и Свойств Человека, и не в узких рамках уже существующих исследований и допущений, а во всей широте Восточного Знания и применения именно восточных методов в их западном пояснении и западной методологии».[10]

Примерно в это время было принято решение поручить работы по восстановлению «Урусвати» Кэтрин Кэмпбелл.[11] В письмах к ней Елена Ивановна обсуждает различные аспекты будущей деятельности Института. В письме от 24 августа 1950 г. она пишет: «Очень взволновала Ваша информация о … нахождении Ур[ана]. Да, Ур[ан] будет найден в нашей долине. Также чудесный источник минеральной воды, целебные свойства которой ничуть не уступают и даже превосходят наш знаменитый русский “Нарзан” на Кавказе, ожидает своего освобождения. Да, долина одна из богатейших земель».[12] К этому источнику Елена Ивановна обращается не один раз. Она сообщает, что Святослав Николаевич приблизительно знает место, а в другом письме ссылается на Указание Учителя описать Святославу Николаевичу его местонахождение. «Этот источник имеет огромную ценность и поможет нам развить наш центр Знания в нашем месте».[13] Уверенность в построении Города Знания не покидает Елену Ивановну. «Я совершенно уверена, – пишет она, – что Город Знания будет построен в нашей долине с его научным центром в нашем «Урусвати» или Нагаре».[14] Так и должно быть, но сроки нам неведомы.

При жизни Елены Ивановны возобновить работу Института не удалось. При отъезде Рерихов из Кулу, после ухода Николая Константиновича, Институт был законсервирован.

...

[Научные круги России и Индии начали переговоры о возобновлении работы исследовательских лабораторий «Урусвати». Международный трест Рерихов, как рассказал советник Российской академии естественных наук и один из попечителей треста Михаил Чирятьев, заключил соответствующий договор о сотрудничестве с Министерством науки и технологии правительства Индии. http://www.itogi.ru/paradox/2008/32/42531.html]

[О мерах по возобновлению деятельности института «Урусвати» см. https://icr.su/rus/news/icr/detail.php?ELEMENT_ID=6580
http://xn----7sbhgebbvdxuvxbg8e.xn--p1ai/316-rossiya-i-indiya-namereny-sokhranyat-i-razvivat-gimalajskoe-imenie-semi-rerikhov]

Что могут дать исследования в возрожденном Институте «Урусвати»? Вместо прогнозов давайте просто помечтаем. Не будем заглядывать слишком далеко вперед. Посмотрим из будущего на его первые шаги.

Город Знания (взгляд из будущего)

Напрасно многие думают, что мечта нереальна. Наоборот, именно мечтою творится будущее человечества. ( Грани Агни Йоги, V, 36 )

Илья пригласил Рейнбао в Город Знания. Он сам был там только один раз и не смог полностью познакомиться с ним. Город Знания располагался на склонах Гималаев в священной долине Кулу. Он был заложен в Переходную Эпоху. Вначале был создан Институт Гималайских исследований, носящий имя Матери Учения, Матери нового человечества – «Урусвати». Его основателями и сотрудниками явились Четыре Стража, составившие Великую Семью Матери. Она же была первым президентом института, а его директором – ее старший сын. Вс? начиналось с малого. Но уже с первых шагов Матерь нацеливала на то, что Институт должен развиться в Город Знания. «Мы желаем, – писала она в ту отдаленную эпоху, – в этом Городе дать синтез достижений, потому все области науки должны быть впоследствии представлены в нем». Эту задачу удалось выполнить не сразу. Успешная созидательная работа Четырех Стражей была прервана трагическими событиями того времени, когда битва Армагеддона развернулась на физическом плане Земли. Спустя почти целое столетие ученые Новой Страны вместе с учеными Индии и других дружественных стран приступили к воссозданию Института «Урусвати» с учетом развития науки того времени.

* * *

Друзья прилетели на старинном вимани и приземлились на площадке у подножия гор, возвышавшихся над долиной. Оттуда в Город Знания можно было добраться по разному. Рейнбао выбрала пешеходную тропу, и они двинулись по ней. Стоял апрель, сады по склонам гор зацвели. Был тепло, но не жарко. Дышалось легко. Друзья, взявшись за руки, медленно поднимались в гору. Наконец, они достигли Мемориального Центра, в котором когда-то жили и работали основатели Института-Ашрама. Здания были давно отреставрированы и сохранялись в том виде, как они были при основателях. Здесь можно было познакомиться с уникальной библиотекой старинных книг и рукописей, с орнитологической коллекцией, сохранившей виды пернатых, обитавших в те времена в предгорьях Гималаев, с коллекциями лекарственных и эфироносных растений. Особое волнение вызывало посещение мемориальных комнат, где жили члены Великой Семьи. Друзья посетили и место кремации Агни Гуру. Он ушел из жизни в самый разгар Армагеддона, чтобы вскоре вернуться и завершить свою миссию на Земле. Он дал мощный небывалый расцвет Новой Стране, и она повела за собой человечество в Новый Мир. Кусок скалы, который на руках притащили жители долины, отмечал место кремации. На скале была высечена надпись, знакомая каждому школьнику: «Тело Махариши Николая Рериха, великого друга Индии, было предано сожжению на сем месте 30 магхар 2004 года Вихрам эры, что соответствует 15 декабря 1947 года. Ом Рам».

Друзья решили начать с Историко-мемориального центра, а уже затем познакомиться с современными исследованиями. Историко-мемориальный музей, раскинувшийся на обширной территории, включал также научные сооружения, построенные в первые десятилетия после восстановления Института. Друзья отправились, прежде всего, на астрономическую обсерваторию. Купола старинных астрономических башен подобные тем, которые можно было видеть на иллюстрациях к учебникам по истории астрономии, просвечивали сквозь кроны деревьев. У входа их встретила молодая женщина.

– Наташа!? – удивленно воскликнул Илья. – Что ты здесь делаешь?

– Я работаю здесь, уже полгода, заведую отделом археоастрономии.

– Ты знаешь, – продолжала она, после того как Илья познакомил ее с Рейнбао, – это очень интересно. Оказывается, в Переходный период, когда воссоздавался Институт «Урусвати», древние добились больших успехов в познании Вселенной. Конечно, они (кроме посвященных) ничего не знали о пространственных телах, наполняющих тонкие миры. Но их знания о физической Вселенной были почти исчерпывающи. Их телескопы проникали до самого горизонта видимой Вселенной. Они знали о ее расширении и довольно близко подошли к пониманию причин расширения. Они знали о различных типах материи: гравитирующей и антигравитирующей. Как раз в то время они установили, что физическая Вселенная, которая после Большого Взрыва расширялась замедленно, как и следовало из их теорий, примерно 7 миллиардов лет назад начала расширяться ускоренно. Конечно, это создавало трудности в понимании цикличности Вселенной, ибо они тогда еще не знали механизма Дыхания Вселенной. Многие были уверены, что Вселенная будет расширяться бесконечно, и все процессы в ней будут замирать. Но я увлеклась.

– В то время науке была свойственна гигантомания. Пытаясь проникнуть в глубины физической материи и не зная ее связь с тонкой материей, ученые строили гигантские сооружения – ускорители элементарных частиц (суперколайдеры), гигантские нейтринные телескопы, занимавшие десятки квадратных километров в толще горных пород, антарктического льда или океанской воды. Оптические телескопы также достигли внушительных размеров. В конце ХХ века по старому летоисчислению были созданы десятиметровые телескопы с адаптивной поверхностью, чтобы компенсировать атмосферные искажения. В ХХI веке уже были сооружены 30-, 40- и, наконец, 100 метровый оптический телескоп. Тогда же был построен радиотелескоп с эквивалентной площадью 1 квадратный километр. Неизвестно, чем бы все это кончилось, если бы экономический кризис и природные катаклизмы не положили конец техногенной цивилизации.

– Люди, занимавшиеся воссозданием Института «Урусвати», прекрасно понимали, что в нем не место для таких гигантских сооружений. Да этого и не требовалось. Самый крупный телескоп в «Урусвати» имел диаметр всего 40 см, остальные были еще меньше. Удивительно, что с такими скромными инструментами сотрудники «Урусвати» смогли получить важные для того времени результаты. Было открыто множество мелких астероидов, малые планеты в поясе Койпера – за Нептуном, были открыты многие интересные кометы. Обнаружены десятки планет у других звезд. Открыто множество переменных звезд в Нашей Галактике и сверхновых в других галактиках. Успешно проводились исследования гамма-всплесков – на то время самых мощных источников во Вселенной. И, конечно, когда новые светила, о которых предупреждала Матерь Учения, появлялись на физическом плане, сотрудники «Урусвати» были одни из первых, кто обнаруживали их.

Работы обсерватории «Урусвати» оценивались высоко. 40-сантиметровый телескоп был автоматизирован, им можно было управлять через Интернет из астрономических центров, расположенных в больших городах. Но многие предпочитали проводить наблюдения на месте под чудесным гималайским небом, на котором сверкали необычно яркие звезды. «Для астрономических наблюдений, – писала Основательница института, – условия здесь совершенно исключительны». И сейчас местные жители и туристы приходят сюда, чтобы полюбоваться ночным небом и посмотреть в наши телескопы на дальние миры.

Закончив речь, Наташа перевела дух и предложила друзьям осмотреть инструменты обсерватории. Когда осмотр был закончен, Рейнбао указала на стоящее в отдалении небольшое красивое здание причудливой формы, великолепно вписанное в пейзаж.

– А это что такое?

– Это Институт Астрологии. Он был создан еще в переходное время по завету Основательницы и сыграл заметную роль в признании этой замечательной науки, которую в то время всячески третировали. Если вы не очень устали, вы еще успеете зайти к ним. Остальное придется отложить на завтра.

В фойе Института Астрологии друзей встретила … Саньятис.

– Рад видеть тебя. Ты здесь работаешь?

– Да, уже около года.

– Но ведь, ты, кажется, собиралась заниматься медицинской астрологией.

– Это я здесь и делаю. Основательница Ашрама не раз указывала на необходимость создания Институтов Астрологии. И когда в средине XXI века они стали возникать в различных местах планеты, один из первых был создан здесь, в «Урусвати». Тогда уже было известно, что качества лекарственных растений сильно зависят от времени их сбора. Речь шла не только о времени суток или влиянии фаз Луны, но и о положении светил в Зодиаке. Также было установлено, что применение иглоукалывания и других тонких методов тоже зависит от положения светил. Таким образом, медицинская астрология первая завоевала авторитет в науке. Потом уже пришлось признать значение астрологии для подбора гармонических коллективов, в том числе супружеских пар. И лишь после этого люди признали предсказательную способность астрологии. Впрочем, здесь и сейчас не все так просто. Вы знаете, что существует гороскоп личности и гороскоп Индивидуальности. Знание последнего доступно только Высоким Духам. Кроме того, многое зависит от свободной воли. Поэтому гороскоп, давая правильное направление и правильно расставляя вехи, не может точно учесть все детали. А медицинская астрология работает очень точно. Со времени основания Института Астрологии здесь накопился огромный фактический материал, и я хочу изучить его. В Институте есть и другие направления, но я о них плохо знаю, вам лучше поговорить с кем-нибудь другим.

– Наверное, мы ограничимся твоим рассказом, – сказал Илья, – нам еще надо очень многое осмотреть. Скажи, где тут можно устроиться на ночлег? <…>

На следующий день Илья и Рейнбао продолжили осмотр Историко-мемориального музея. Недалеко от гостиницы располагался Географический Центр. Название, как и многие древние термины, было условно. Как выяснилось, здесь занимались не только изучением ландшафтов, но проводились также геофизические, геохимические и биогеохимические исследования. Вход в главное здание открывал небольшой мраморный зал. На стене, расположенной напротив входа, золотыми буквами были высечены слова Основательницы:

«Место станции избрано совершенно сознательно и обдуманно, ибо Гималаи представляют неисчислимые возможности во всех отношениях и внимание всего научного мира сейчас обращено именно на эти высоты».

На стене слева тоже золотыми буквами высечены слова:

«Геологически Гималаи также интересны, ибо стоят свидетелями многих веков, и пещеры их хранят не одну тайну для археологов, зоологов и антропологов. Количество горячих и других неисследованных источников велико, так же как и горных озер с различными свойствами».

А на стене напротив красовалась короткая запись:

«Все редчайшие лечебные травы сосредоточены на этих горах, и сколько новых, неизвестных видов удалось найти за короткое время».

Друзья остановились, раздумывая, с чего бы начать осмотр. К ним подошел молодой человек чуть выше среднего роста с густой копной невьющихся темных волос и живым взглядом.

– У вас проблемы? – спросил он приветливо.

– Да, думаем, с чего начать осмотр, – ответил Илья.

– Не могли бы Вы, – вмешалась Рейнбао, которой молодой человек показался почему-то знакомым, – не могли бы Вы рассказать о тех направлениях, которыми занимались в этом Центре после того, как Институт был открыт заново.

– Охотно. Давайте пройдем в смотровой зал.

Друзья удобно расположились в креслах. Молодой человек включил экран и начал рассказ, иллюстрируя его изображениями людей, документов, приборов и пейзажей.

– Ученые того времени исходили из тех задач, которые им диктовала их наука. В то же время они старались учесть указания, оставленные Основательницей Ашрама. Вначале были проведены поисковые исследования, чтобы как-то адаптироваться к новым условиям. Потом началась систематическая работа. Прежде всего, была составлена подробная топографическая карта довольно большой территории вокруг Института. На ней отметили, по возможности, все пещеры, озера, горячие источники и другие интересные объекты. После этого началось их комплексное геофизическое, геохимическое и биогеохимическое изучение. Уже в первые годы был найден замечательный минеральный источник целебной воды, о котором упоминала в своих письмах Основательница Ашрама. Любопытно, что именно здесь, в одной из пещер, были обнаружены прекрасно сохранившиеся скелеты великанов, живших за многие тысячелетия до переходного периода. В то время ученые не верили в возможность существования великанов, хотя многие легенды говорили об этом. Это была драматическая история. Вы можете более подробно узнать о ней в отделе археологии. Вы собираетесь побывать там?

– Конечно.

– Так вот. Ученые нашего центра вели успешные исследования в Гималаях. Результатами они обменивались с подобными учреждениями, в Антарктиде, Австралии, Африке, Америке и в различных местах Евразии, в частности на Алтае. Многие использовали разработанные здесь методики, многие ученые из других центров приезжали сюда поработать на несколько месяцев, а иногда и на годы. В результате всех этих исследований удалось получить данные, которые проливали свет на начальные этапы эволюции жизни на Земле (вы понимаете, что я говорю о физическом глобусе нашей планеты).

– Другое направление было связано с исследованием атмосферы, знаменитых гималайских сияний, а также с исследованием электрических и магнитных явлений. В то время люди полагали, что они хорошо изучили магнетизм и электричество, поскольку успешно использовали их в технике. На самом деле наука того времени в области изучения электричества и магнетизма находилась еще в «младенческом состоянии», как писала Основательница Института. Магнитные токи, в частности те, что используются теперь при полетах на вимани, были совершенно неизвестны. Не ясна была и их связь с подземными токами, от которых зависят землетрясения. В то время это был серьезный бич человечества. Постепенно в области изучения электричества и магнетизма были сделаны крупные открытия, о чем Основательница писала в своих письмах. Проводились также исследования космических лучей. В то время для их изучения строились гигантские установки с мощными магнитами. Но оказалось, что при взаимодействии с атмосферой они дают яркие оптические вспышки, которые регистрировались небольшими телескопами, осуществлявшими мониторинг неба с целью поиска спорадических быстропеременных объектов. Вначале эти вспышки рассматривались как досадные помехи, но потом их стали изучать и получили довольно интересные по тем временам результаты.

– Надо сказать, что в то время здесь велись и подробные метеорологические наблюдения. Метеостанция сохранилась до сих пор и до сих пор там проводятся наблюдения. Вы можете посетить ее, если захотите. В период возрождения Института многим казалось бессмысленным заниматься метеонаблюдениями. Многочисленные станции были разбросаны по всему миру. Метеоспутники давали полную картину состояния атмосферы, были видны зарождения циклонов и ураганов. Все данные поступали в центры, где имелась мощная вычислительная техника для их обработки. Но вот парадокс! Прогнозы погоды для данной местности все еще оставались ненадежными. Конечно, в то время люди еще не знали, что они сами влияют на погоду. Исследования, проводившиеся в Институте Гималайских Исследований, позволили продвинуться и в этом направлении.

– Наконец проводилось изучение «метеорических осадков». Основательница считала вершины Гималаев «величайшими магнитными станциями». Здесь, как и по всей поверхности планеты выпадала космическая пыль. Но более интенсивно, чем в других местах. Кроме того, и качество ее было иное. Космическая пыль осаждалась на горных вершинах, и при таянии снегов она неслась горными потоками в долины. Плодородие почв в долинах во многом зависело от орошения их метеорной пылью. Подобно тому, как плодородие почв в Египте зависело от осадков несомых Нилом. Конечно, в то время этому мало кто верил…

– О, это очень интересно. Я хотела бы познакомиться с исследованиями метеорной пыли более подробно, – воскликнула Рейнбао.

– Это нетрудно сделать. У нас сохранилась лаборатория по исследованию метеорной пыли. Там даже сейчас ведутся кое-какие работы. Я могу проводить вас туда.

Друзей встретила женщина средних лет, моложавая, невысокого роста, крепко сложенная.

– Вас интересуют исследования космической пыли, проводившиеся в «Урусвати» после возрождения института? В то время этой проблемой занимались многие ученые в разных странах. Их интересовало количество пыли, выпадающей на Землю, ее распределение по поверхности, временные вариации, в частности, связь с метеорными потоками. Предпринимались попытки изучения структуры частиц, их минералогического, элементного и изотопного состава. Однако более тонкие свойства, связанные с воздействием на растения, на здоровье и психическое состояние человека и др., не исследовались. Более того, считалось, что этого не может быть, и подобные исследования являются антинаучными. Первыми, кто обратил внимание на необходимость изучения тонких свойств метеорной пыли, были ученые из Международного Центра Рерихов в Москве (вы, несомненно, знаете о нем из курсов Общей истории). Они руководствовались указаниями, которые имелись в книгах Живой Этики, письмах Елены Ивановны Рерих и других метанаучных источниках. К моменту, когда здесь начались научные исследования, им удалось уже накопить небольшой опыт. Задача состояла в том, чтобы сплотить коллектив людей, заинтересованных в исследовании тонких свойств метеорной пыли, не боящихся пойти против течения господствующей научной мысли и обладающих необходимыми навыками научно-исследовательской работы.

Образцы пыли отбирались здесь, на снежных вершинах Гималаев, на Алтае, Кавказе и в других высокогорных районах планеты. Исследовался снежный покров и ледники Арктики и Антарктики, озера Антарктиды, глубоководный ил со дна морей и океанов, соляные шахты, лесные мхи, поглощающие выпадающую на них пыль, древние геологические породы и просто обычный снег и дождевая вода. Главная проблема состояла в том, чтобы выделить космическую составляющую из полученных образцов, отделить ее от земных фракций. Постепенно это научились делать довольно уверенно. Тогда и началось самое интересное. Здесь, у нас, есть лаборатория, где проводились опыты по фотографированию ауры людей. Сейчас в этом нет никакой проблемы – многие видят ауру непосредственно, да и регистрация ее объективными методами для различных целей не представляет никакого труда. Возможно, вам трудно в это поверить, но в то время регистрация ауры представляла почти невыполнимую задачу. Оказалось, что метеорная пыль, благодаря своим свойствам, способствует регистрации ауры. Об этом были указания в метанаучных (как их тогда называли) источниках, но никто из серьезных ученых не принимал их в расчет. Впрочем, «серьезные» ученые, вообще, не верили в существование ауры. Так вот, когда сотрудникам «Урусвати» удалось собрать достаточное количество космической пыли, ее стали использовать в экспериментах по регистрации ауры и получили весьма ощутимый положительный эффект. С этого момента исследования по регистрации ауры стали развиваться успешно.

Другое направление связано с плодородием почв. За несколько десятков лет до возобновления научной деятельности в «Урусвати» один российский ученый (недавно мне удалось установить, что его звали Голенецкий), так вот он синтезировал искусственный материал по составу весьма близкий (насколько позволяли данные того времени) химическому составу метеорной пыли. Из этого материала он сделал удобрение и проверил его действие в собственном саду и на огороде своих соседей. Результат оказался удивительным – удобрение действовало очень эффективно, повышая урожай овощей. Вскоре ученый ушел из жизни, и об этих его работах забыли, тем более что его основная научная деятельность относилась совсем к другой сфере. Но когда здесь начались исследования метеорной пыли, о работах Голенецкого вспомнили. Тем более что какие-то намеки о роли метеорной материи, несомой горными потоками в долины, имелись в письмах Основательницы института. Идея была очень проста. Если искусственный материал, не содержащий никаких тонких ингредиентов, давал ощутимый положительный эффект, то можно было ожидать, что «живая», естественная метеорная пыль даст гораздо больший эффект. Это было проверено на небольших экспериментальных участках, засеянных разными растениями. Результат превзошел все ожидания!

Влияние метеорной пыли на регистрацию ауры и на урожайность растений давало основания ожидать, что она может влиять и на состояние человека. Вначале были проведены исследования с помощью эффекта Кирлиан, они дали положительный результат (в смысле наличия такого влияния), но не очень уверенно. Потом перешли к непосредственному исследованию влияния комической пыли на здоровье и состояние людей. Уже давно было замечено, что растирание снегом позволяет вылечить отмороженные части тела. Также лечение снегом применялось при ревматизме. Это были методы народной медицины. Никто толком не знал, чем обусловлен лечебный эффект снега. Конечно, и сам факт лечения подвергался сомнению. Как всегда в таких случаях, говорили о случайном совпадении. Елена Ивановна Рерих в своих письмах указала на то, что целебный эффект снега связан с тем, что в нем «много метеорного магнетизма». Это послужило ключом к исследованиям. Из выделенных образцов космической были созданы соответствующие препараты, они успешно прошли клинические испытания и вскоре стали применяться повсеместно для лечения самых разнообразных заболеваний. Вы знаете, что и сейчас подобные препараты успешно применяются.

Исследования элементного состава пыли позволили установить в ней наличие весьма редко встречающихся химических элементов. В том числе были найдены осмий и иридий, а также минерал осмиридий. В конце концов, это привело к открытию Мория. Первоначально он был обнаружен в горных породах, а потом найден и в частицах космической пыли. Это был настоящий триумф!

Весьма тонкими экспериментами было установлено не только наличие следов бактериальной жизни (псевдоморфозы), но и самих бактерий! Споры по этому поводу были очень острыми, но, в конце концов, истина восторжествовала. Так впервые было доказано, что Земля отнюдь не является колыбелью жизни в Солнечной системе – факт, который ныне известен каждому школьнику. <…>

Выпив по чашке сока, приготовленного из местных фруктов и погуляв по саду, друзья присели на скамейку недалеко от Гуга Чохана, Хранителя долины. Вид снежных пиков вызывал торжественное настроение.

– Куда пойдем? – спросил Илья.

– Мы хотели посетить биохимическую лабораторию.

Мемориальное здание лаборатории друзья осмотрели в первый день. Теперь они направились к корпусу, который был возведен при восстановлении Института.

Их встретил приветливый человек средних лет, в старинном френче с живым взглядом темных глаз, длинные волосы ниспадали ему на плечи.

– Химическими исследованиями в «Урусвати», – начал он свой рассказ, – интересовался один из Четырех Стражей. Его считали гениальным художником, и он, действительно, был таковым. Но он также был и великим ученым – естествоиспытателем. Здесь, в Кулу, он занимался фармакопеей, создал несколько плантаций лекарственных и эфироносных растений, собирал образцы семян, изучал местный растительный и животный мир. В своем собственном имении, на юге Индии, он создал самую богатую в мире плантацию эфироносных растений. Он глубоко изучал химию, уделял большое внимание соединениям лития, интересовался трудами алхимиков. В то время открыто говорить, и тем более публиковать что-то, об алхимии было невозможно. Но если вы были в нашем мемориальном центре, то могли видеть собранные им рукописи и печатные труды по алхимии. Первое время после возобновления деятельности Института эти исследования широко не афишировались, но постепенно все стало на место.

Когда здесь возобновились работы, начали с самого простого – исследования секреций. Давно были известны целебные свойства собачей слюны, например, когда собака зализывает раны. В то же время, если собака в ярости кусает кого-то, слюна ее ядовита. Можно было предполагать, что и у человека свойства слюны зависят от его психического состояния. Были проведены биохимические исследования, и они подтвердили: состав слюны зависит от настроения человека. То же самое оказалось в отношении слез: слезы горя и слезы радости различны по биохимическому составу. Постепенно эти исследования привели к обнаружению импирила. В то время трудно было допустить, что при таком «нематериальном» процессе, как раздражение, на стенках нервных каналов может откладываться совершенно конкретное вещество. Но ученые, работавшие здесь, были свободны от предубеждений, они руководствовались знаниями, которые содержались в книгах Учения, и они добились успеха. Импирил был выделен и исследован, его формула установлена. Это помогло и обнаружению аэропирила. Был найден способ лечения нервной системы от воздействия импирила и способ защиты от аэропирила. А главное, люди осознали, что надо контролировать свои эмоции. Конечно, это произошло не сразу.

Еще одно направление было связано с исследованием живой клетки. К тому времени уже появились нанотехнологии, и они активно использовались в нашей лаборатории. Было надежно установлено наличие «электромагнитного тела» клетки и его определяющая роль во многих процессах, протекающих в вещественной части клетки. Это открыло путь к обнаружению эфирного двойника человека, а затем и к идентификации астральной и ментальной оболочек. Конечно, эти исследования проводились в тесном контакте с лабораторией по исследованию излучений человека. Значение этих открытий трудно переоценить. Пришлось полностью пересмотреть взгляд и на окружающую природу, и на человека. Впрочем, наука уже была готова к такому пересмотру по многим направлениям. Но нужна была завершающая точка. С этого момента люди осознали, что их жизнь не прекращается с разрушением физического тела. Сейчас нам трудно представить, как могли возникнуть (и длительное время сохраняться) такие нелепые представления, но вы знаете, что так было. Когда люди осознали беспрерывность существования, многое радикально изменилось в их жизни. Не только утвердилась новая картина Мира, изменилось отношение к психологии, этике, морали. Люди стали счастливее и ответственнее, ответственнее за свои мысли, слова, поступки. Впрочем, и это произошло не сразу. Переходный период, как вы знаете, длился не одно столетие. И наука явилась одним из факторов победы нового сознания. Наш Институт сыграл в этом не последнюю роль.

У нас сохранились установки и приборы того времени. Если хотите, можете посмотреть в древний электронный микроскоп или познакомиться, как работал спектрофотометр того времени…

Илья посмотрел на Рейнбао, она отрицательно покачала головой. Друзья искренне поблагодарили гида и покинули лабораторию.

Надо было отдохнуть от обилия информации. Друзья решили совершить конный маршрут на перевал. <…> Поездка на перевал завершилась успешно и оставила много впечатлений. Вернув коней, к которым друзья уже успели привыкнуть за время короткого похода, они остановились на склоне. У горизонта громоздились величественные снежные пики Гималаев. Внизу были видны здания мемориального комплекса. В лучах солнца блестели купола старинной обсерватории, причудливыми формами выделялось здание Института астрологии, легко узнавались другие здания, которые друзья успели посетить. <…>

– Куда пойдем? – спросил Илья. – Мы, кажется, собирались посетить Археологический институт…

На этом записи из будущего обрываются. Но работа в настоящем продолжается.

Примечания

  1. Шапошникова Л.В. «Свет Утренней Звезды» // Объединенный Научный Центр проблем космического мышления. М.: МЦР, 2005. С. 79-115. Цит. с. 101
  2. Там же, с. 106.
  3. Учение Живой Этики. «Сердце», 142.
  4. Рерих Е.И. Письма. В 9-и томах. Т. 1, М.: МЦР, 1999. С. 119.
  5. Назаров А.Г. Предложения по расконсервации Института Гималайских Исследований «Урусвати» // Объединенный Научный Центр проблем космического мышления. М.: МЦР, 2005. С. 116-122. Цит. с. 116.
  6. Учение Живой Этики. «Община» (Урга). М.: МЦР, 2004. С. 130. (См. также «Община». Рига, § 174)
  7. Рерих Е.И. Письма. В 9-и томах. Т. 8, М.: МЦР, 2008. С. 359.
  8. Иконников В.А. «Город Знания» Рерихов и широты «Золотого сечения» // Тезисы доклада на Международной научно-общественной конференции «130 лет Е.И.Рерих», М., 2009.
  9. Рерих Е.И. Письма. В 9-и томах. Т. 1, М.: МЦР, 1999. С. 119-120.
  10. Рерих Е.И. Письма. В 9-и томах. Т. 8, М.: МЦР, 2008. С. 172.
  11. Рерих Е.И. Письма. В 9-и томах. Т. 8, М.: МЦР, 2008. С. 409.
  12. Рерих Е.И. Письма. В 9-и томах. Т. 8, М.: МЦР, 2008. С. 396-397.
  13. Рерих Е.И. Письма. В 9-и томах. Т. 8, М.: МЦР, 2008. С. 365.
  14. Рерих Е.И. Письма. В 9-и томах. Т. 8, М.: МЦР, 2008. С. 360.

Источник: http://cosmos-mentality.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=440&Itemid=201










Agni-Yoga Top Sites Яндекс.Метрика