Е. И. РЕРИХ. НАЧАЛО ПУТИ

В памятные дни мы выходим из потока жизни, иначе можно захлебнуться. Эти дни — вехи, когда вопреки всему мы поднимаемся из бесконечного колеса причин и следствий. Тот, о ком мы вспоминаем в этот день, как бы берёт нас под своё покровительство. Чрезвычайно важно выйти из потока к немеркнущему Свету. Мы все придём к моменту освобождения, и Рука ведущая поддержит. ( «Искры Света». Из Бесед Б. Н. Абрамова с Н. Д. Спириной: 1952 г., 8 октября )

Каждое воплощение Большого Духа сопряжено с жертвой. Жизнь Елены Ивановны – пример самоотверженного служения Общему Благу – заслуживает самого тщательного изучения и подражания.

О молодых годах Елены Ивановны нам открыто сейчас мало. Известно лишь, что росла она живым и любознательным ребенком. Ее окружение, в какой-то мере, облегчало ей дорогу к Знанию и Красоте, но, с другой стороны, открывало «заманчивую» перспективу обеспеченной и легкой жизни. По законам Кармы, свободное волеизлияние Елены Ивановны решило выбор и воспитало изумительную трудоспособность и дисциплину духа, необходимые для свершения земного Подвига.

Близкие называли девочку ласково «Ляля». Первой самой большой радостью маленькой Ляли были два огромные тома Библии с иллюстрациями Дорэ, девочка с замиранием сердца созерцала любимый облик Иисуса Христа и сопереживала его страданиям. Также малышка любила рассматривать иллюстрации двух старинных книг «Путешествие по Центральной Азии и Дальнему Востоку», благодаря которым она рано познакомилась с природой и жизнью Дальнего Востока.

Ляля очень рано самостоятельно научилась читать, а вскоре одолела французскую и немецкую азбуки и к шести годам уже свободно читала на трех языках. С самых ранних лет книги стали ее лучшими наставниками и друзьями, она запоем их читала, сильно переживая горе и радость книжных героев.

Неразлучным спутником её детства и юности был её двоюродный брат Степан Митусов. Он был близок ей не только по родственным связям, но и по своему Восточному философскому мировоззрению. Сам Степан Митусов запомнил маленькую Лялю весёлой, любознательной и шаловливой девочкой, любящей лазать вместе с ним по деревьям и заборам. Позже, видя её неутолимое стремление к высшему знанию, он стал приносить ей неплохие книги поэтов и мыслителей, вместе, в четыре руки, они играли на рояле.

Елена росла самостоятельной девочкой. Она любила природу и одиночество. Самостоятельность девочки сказывалась также в упорном отказе повторять слова молитвы, которую она и брат ее должны были читать перед сном. Девочка молилась своими словами о том, что ей было ближе всего.

Девочка росла редко чуткой к Красоте во всех её проявлениях, особенно запомнила красоты природы. Уже в раннем детстве у Елены проявились необычные способности, она видела то, чего не могли видеть другие люди. Первое осознание существования Наставника Света открылось в шестилетнем возрасте, когда девочка уявилась на восхищении красотою летнего утра. Ярое восхищение подняло ее вибрации, и она увидела высокую фигуру в белом одеянии, стоявшую на фоне цветущей яблони. Облик этот пробудил в ней воспоминание далекого прошлого; Прекрасный Облик Наставника встал в сознании, и сердце девочки потянулось к нему со всею силою восторженной любви. Озарение это не только пробудило сознание, но и заронило искру устремления к истинному знанию и страстной любви к далекому и близкому Облику.

Ярые воспоминания далекого прошлого подтвердились новыми явлениями двух Индусов, приходивших к ней во время детских заболеваний простудного характера, и, конечно, оявляли ей спасение от опасности, вызванной чрезмерно высокой температурой. Девочка мало опасалась Их. Они осторожно садились в ногах ее кровати, и Наставник, близкий ей, садился дальше от нее и натягивал серебряную нить, выходившую из ее сердца. Спутник Его передавал Ему эту нить, и Он наматывал ее на огромный клубок, который держал в руке. Явление такое повторилось еще раз, но не столь ярко.

Вообще детство и раннее отрочество были богаче яркими видениями и озарениями, нежели ранняя юность. В работе П.Ф. Беликова констатируется, что «в начале служения происходит "сосредоточение земное", при котором преобладают чисто земные проблемы и тонкий мир проявляет себя феноменами, подтверждающими или опровергающими те или иные догадки». Обилие феноменов объясняется отчасти тем, что центры у Елены Ивановны не были еще полностью раскрыты. Это ошибочное мнение, что феномены – главное достижение при раскрытии центров. Как раз наоборот. К ним прибегают и их используют Высшие Силы в силу необходимости. Естественный путь Общения значительно надежнее. Только он гарантирует передачу без искажений. Но человеку необходимо потратить годы и годы упорной работы над собой, чтобы раскрыть центры.

Юность Елены Ивановны не была безоблачной. Судьба любой девушки из знатной семьи, в то время как бы заранее была предрешена — выйти замуж и полностью посвятить себя семейным заботам. Для этого было достаточно окончить женскую гимназию. Так было принято. Елена мечтала о серьезном образовании, но не находила понимания ни у матери, ни у отца. Ей разрешили продолжать уроки музыки, но дома, и совершенствоваться в языках с малосведущими француженками и англичанками, тоже дома.

В 19 лет девушка лишилась отца и осталась вдвоем с матерью. В это время она настойчиво занимается самообразованием — много читает, изучает серьезную философскую литературу, занимается музыкой. Успехи в музыке были настолько большими, что профессора консерватории предрекли ей будущее известной пианистки. Но интересы девушки были много шире. Она, например, проявляла безошибочное чувство формы и гармонии красок. Известны ее глубокие и проницательные суждения об искусстве.

В молодости Елена Ивановна обладала редкой и изумительной красотой и обаянием, которые сохранила до конца жизни.

Как всякая девушка из знатного рода, она вынуждена была бывать на балах и приемах. От женихов не было отбоя, но все они получали отказ. Светская жизнь с ее балами и развлечениями не могла удовлетворить глубокую и чуткую юную натуру. По свидетельству людей, близко ее знавших, она с юности мечтала выйти замуж за человека искусства, чтобы всю жизнь помогать ему, вдохновляя на великие цели. И судьба уже готовила ей такую встречу.

Одним из наиболее интересных свидетельств о молодости Елены Ивановны и ее встрече с Николаем Константиновичем являются воспоминания Н.В. Шишкиной, датированные 1956 годом*.

______________________

* Очерк «Отрывки воспоминаний современницы Елены Ивановны Рерих, приблизительно от последних лет XIX столетия и первых лет XX столетия». Эти воспоминания были посланы автором Юрию Николаевичу Рериху.


Вот что Наталия Владимировна рассказывает о событиях 1899 года. Лето мать Елены Ивановны и она сама обычно проводили у тетки, в имении кн. Путятина, станция Бологое, Новгородской губернии, на берегу прекрасного озера, в 22 км в окружности. Сам кн. Путятин был археолог, член, а может быть, и председатель «Общества археологов» в Петербурге. Новгородская губерния богата раскопками очень древних наслоений ископаемых. К нему часто наезжали другие археологи. Однажды вся семья Путятиных отправилась в свою деревенскую баньку, построенную тут же на краю парка, на берегу озера. Елена Ивановна первая вернулась в дом и, проходя через переднюю, увидела в углу сидящего человека; она машинально взглянула на него и прошла мимо, приняв его за охотника или за одного из служащих кн. Путятина. Сам Путятин был в это время в отъезде, тоже по делам раскопок, уехал туда на несколько дней. Она не очень большое внимание уделила сидящему, ожидающему человеку, но этот скромно сидящий человек, с огромным удивлением перед ее красотой, поглядел на нее. Она шла с распущенными после мытья волосами, которые как длинная пелерина, окутывали до низу ее стан. Вернувшись из бани, вся семья села за стол в столовой ужинать, и тут только Елена Ивановна вспомнила, что в передней «сидит какой-то человек, приехавший, должно быть, по делу к дяде». Спохватившись, пошли к нему, пригласили его к столу. Это был невзрачно одетый, в охотничьих высоких сапогах, куртке и фуражке, человек, очень скромно назвавший свою фамилию — Рерих.

Из разговора выяснилось, что он и есть знаменитый уже в то время художник Рерих, чьи картины уже были в Третьяковской галерее в Москве и на выставках картин Петербурга, и что приехал он к старому князю-археологу по делам археологических раскопок, производимых в этой местности. Старик – князь задержался в пути, потому Рерих, ожидая его приезда, несколько дней прогостил в усадьбе. И вот, за эти несколько дней решилась вся судьба Елены Ивановны. Вот тот человек, которого так долго ожидала ее душа! Вот оно, то вдохновенье, которого она так давно искала!

Первые встречи, дальнейшее знакомство, пробуждение взаимного чувства — все это у молодых протекало в плане «сосредоточения земного», однако скорее «всеохватывающего», чем «всепоглощающего». Не только о личном счастье, но и о большой творческой жизни думал Николай Константинович, готовясь к женитьбе. Это видно из его дневников, где рядом с упоминаниями о Елене Ивановне разбираются самые разнообразные вопросы художественной деятельности и взаимоотношений с окружающими людьми. Очень показательно и такое письмо к Елене Ивановне от 28 июня 1900 г.: «Ты пишешь, что мы самые обыденные люди; будем скромны и скажем, что и все люди обыкновенные едят, пьют, болтают все на один манер. Но, для наших успехов, мы сами не должны считать себя заурядными людьми, — тогда пропадет смелость и уверенность, а без этих качеств никакого города не возьмешь…. Но, по счастью, мой обыденный человек, дух еще царит над практикой, и до той поры и думать не смей о своей обыденности, а думай, сколько разнообразных счастливых чувствований можешь ты дать человечеству и, среди общей радости, создать и свою. Особенно порадовало меня появление в Твоих письмах дум и размышлений, будем ими делиться, моя хорошая, добрая Лада».

Свадьба, впрочем, была отложена до тех пор, пока Николай Константинович не вернется из Парижа, где он должен был завершить свое художественное образование, и состоялась 28 октября 1901 года. С тех пор они шли по жизни вместе, помогая, поддерживая и взаимно дополняя друг друга. В августе 1902 года в семье родился первенец, названный Юрием – будущий всемирно известный востоковед; а в октябре 1904 года – второй сын, Святослав, который пошел за отцом стезею живописи. Труд воспитания детей мать сумела превратить в увлекательный и радостный процесс созидания детского характера.

Так родилась эта удивительная семья, давшая нам пример редчайшего гармоничного содружества, полноправными членами которого впоследствии стали и их дети. Замечательная одаренность каждого члена этой семьи сочеталась с глубоким взаимопониманием, уважением и любовью друг к другу.

Встреча, безусловно, была кармически предуготовленной. Карма подвела Н. К. к встрече с Е. И. не раньше, чем он стал уже признанным художником, обрел твердость жизненных основ и известную независимость. То же можно сказать и о Елене Ивановне. Любовь к живописи, философии, серьезные занятия музыкой — все это было уже налицо и жаждало дальнейшего развития. Так что при первой же встрече Н. К. с Е. И. у них со всей ясностью определилась общность жизненных интересов и идеалов.

После пройденного в одиночку этапа «сосредоточения земного» Н. К. и Е. И. предстояло еще повторить этот этап рука об руку, чтобы с удвоенной силой приступить к возведению земного оплота для «Кубка Архангела» (то есть Учения Живой Этики).

В силу окружающих условий Н. К., получивший систематическое образование «мужского уровня», к моменту знакомства с Е. И., конечно, обладал и большими знаниями и большим опытом. Поэтому-то, признав в Е. И. «Ведущую», он должен был «вести» Ее и сам.

Постоянное наблюдение Владык Шамбалы за своими Посланниками делали их более неуязвимыми, по отношению к темным нападениям из низших слоев астрала, нежели это бывает с обычными людьми. Охранный панцирь Владык Шамбалы и, самое главное, внутреннее, подсознательное ощущение Их Водительства всегда служили для Е. И. и Н. К. надежной защитой.

Все эти свидетельства относятся к 1904—1907 гг., следовательно, к этому времени, «сосредоточение тонкое» оформляется у Е. И. и Н. К. в определенную систему, вытекающую из Восточной эзотерики. Есть основание полагать, что, именно, в указанные годы для них впервые прозвучало Имя Учителя и начались сознательные поиски путей постоянного общения с Ним.

Примерно между 1907 и 1909 гг. Е. И. имела Видение, потрясшее все ее существо. Вечером она осталась одна (Н. К. был на каком-то совещании) и рано легла спать. Проснулась внезапно от очень яркого света и увидела в своей спальне, озаренную ярким сиянием, фигуру Человека с необыкновенно красивым лицом. Все было насыщено такими сильными вибрациями, что первой мыслью Е. И. была мысль о смерти. Она подумала о маленьких детях, которые спали рядом в комнате, о том, что перед смертью не успела сделать нужных распоряжений. Однако вскоре мысль о смерти отступила, заменилась необычным, ни с чем не сравнимым ощущением — Присутствием Высшей Силы. Так состоялось Посещение Учителем Е. И., которое, несомненно, многое для нее открыло.

Елена Ивановна была светлым гением семьи Рерихов, подвигавшим всех ее членов на духовные и творческие свершения. Николай Константинович претворял в своем художественном творчестве вдохновенные идеи и образы, возникавшие у Елены Ивановны.

Союз Николая Константиновича и Елены Ивановны и их успешное сотворчество подтвердили, насколько важен великий принцип сотрудничества женского и мужского начал. Его следует понимать не только как духовное взаимодействие с близким человеком противоположного пола, но и как взаимодействие с противоположным началом в самом себе. Иначе говоря, внутренняя гармония в браке, взаимное нравственно-психологическое влияние пробуждают в каждом из супругов самые высокие качества противоположного начала. Так, мужчина, не теряя своих лучших, природой данных качеств, впитывая в себя женские свойства, становится более тонким, сердечным, эмоциональным, а женщина, соответственно, более умной, мужественной и активной.

П.Ф. Беликов – вдумчивый биограф Рерихов – остерегает тех, кто, не понимая их внутренней жизни, их судьбы, пытается превратить их в небожителей, отказывая им в творческом преодолении трудностей жизненного пути: «Многие считают, что Рерихам был дан [Владыками] дар всезнания, для них кощунственной является сама мысль, что они могли в чем-то усомниться или над чем-то ошибиться. Допустить, что Рерихам приходилось над чем-то задумываться, что-то в своих действиях переиначивать, для таких людей неприемлемо. Им известно, что через Елену Ивановну давалась Агни-Йога, и больше они ничего знать не хотят. Этого вполне достаточно, чтобы объявить Ее всеведущей и молиться на нее. Они не дают себе труда задуматься над тем, нужна ли Елене Ивановне такая молитва и в чем состоял Ее жизненный подвиг. Они так же не знают жизни Рерихов, как не знают ее люди абсолютно посторонние. Им не понятны те препятствия, те трудности, которые выпали на долю Елены Ивановны, им не приходилось брать на себя великую ответственность — в определенных обстоятельствах, принимать наиболее разумное, человеческое и человечное решение».

Поистине, только будущие поколения, которые смогут повторить путь Матери Агни-Йоги, оценят красоту Ее подвига и те трудности, с которыми ей и ее духовным сотрудникам приходилось сталкиваться в начале работы по преображению энергий в себе и окружающем мире. Не случайно уже первых книгах Агни Йоги мы находим Указания, какими качествами следует овладеть ученикам, чтобы достойным образом пройти весь путь. Елена Ивановна вполне сознательно оставляла большинство таких мест, ибо они показывали все трудности пути, все препятствия, ожидающие готовых пойти по нему.

В «Письмах Е. И.» (письмо от 2 сентября 1937 года т. II.) сказано: «...все описания достижений высших способностей через открытие центров на бумаге и кажутся легкими, но на самом деле нет ничего более трудного. Проходит много жизней в постоянном, несломимом устремлении к расширению сознания и утончению восприятий; прежде чем начинается не частичное раскрытие того или иного центра и работа их на всех семи кругах и планах...».

Невероятно трудное, осложненное условиями земного быта задание огненной йоги было осуществлено Еленой Рерих благодаря ее удивительной преданности Высшему Началу, благодаря устремленности, выработанной во множестве самоотверженных, подвижнических жизней, которая начала проявляться и расти в ней уже с детства.

«Зависимость мышления ставит каждого живущего человека в утверждение, что сам не продвинется. Так каждый определяет сам свой путь. Устремление творит жизнь. Потому пусть каждый дух найдет свой путь.

Мы так чтим самоотверженное самоопределение Урусвати. Когда дух знает свое назначение и стремится к нему вопреки очевидности, тогда утверждается цепь великая». (Агни Йога, Беспредельность, ч. 1, 194).

ЛИТЕРАТУРА

  1. Беликов П.Ф. Рерих.
  2. Баныкин Н.П. Семья Рерихов.
  3. Ключникова С. Провозвестница Эпохи Огня.
  4. Рерих Е.И. Письма.

RSS









Agni-Yoga Top Sites яндекс.ћетрика