СВЕТ ДУШИ (рассказ)

Алексей Светлов

Алексей Васильевич Светлов (17.02.1963 – 28.11.2018) – неутомимый искатель, вдумчивый ученый, яркий исследователь. В течение многих лет был сотрудником Научно-исследовательской лаборатории по изучению Психической Энергии, где изучались космические влияния, энергетические центры человека, воздействие мысли и магнетизм, суперфизические состояния сознания, велись поиски доказательств продолжения существования сознания человека после смерти.

Помимо научно-исследовательской работы Алексей серьезно изучал астрологию, писал увлекательные рассказы и стихи. Его научно-фантастические рассказы, посвященные поискам обоснования явлений невидимого мира, основаны на личном опыте автора, многолетних исследованиях и некоторых реальных событиях.

Этот рассказ я с радостью посвящаю человеку, который является прототипом главного героя Сергея Нестерова. Конечно, я не ставил своей целью точно написать его психологический портрет, но очень хотел рассказать об огромной проделанной им работе; стремился по возможности точно передать сущность его идей, которые он интуитивно прозрел, а главное – показать его мощное постоянное устремление к Свету.

Все мы, считающие себя его друзьями, постоянно чувствуем свет его чистой души и имеем замечательную возможность в своей жизни не только видеть перед собой пример настоящего Учёного, но и учиться у него, помогать ему, работать вместе с ним над осуществлением заветов Учителя.

Если этот рассказ воодушевит хотя бы одного молодого исследователя на продолжение работы по нахождению способов объективной регистрации ауры и поможет ему в этой работе, я буду считать вполне достигнутой главную цель, которую ставил перед собой, начиная писать этот рассказ. Значение открытия способа объективной регистрации ауры для эволюции всего человечества столь значительно, что данная задача достойна стать главной целью жизни любого исследователя.

Вместо предисловия

Как может изменить сознание людей обнаружение способа фотографирования ауры?

– Я сразу могу ответить: тех, кто не утратил ещё своего духа, это заставит многое переосмыслить. Например, аура докажет существование души вне физического тела и то, что человек это не тело, а скорее энергия. Другим поможет осознание своих психологических пороков, которые будут проявлены объективно. Ведь много людей считают себя гораздо лучше, чем они есть на самом деле. Они должны будут задуматься над качеством своего мышления. Третьим это поможет создать лучшие союзы, и избавит от грубых ошибок. И главное – аура будет показывать всем людям кому можно доверять, а кому нельзя. Это встретит страшное противодействие и даже борьбу со стороны властей предержащих, но эта борьба будет за очищение, за разоблачение лжи и лицемерия. Можно даже целый роман написать на эту тему!

(Из переписки с автором научно-фантастического рассказа «Свет души»)

Глава 1. Исследователь ауры

Поезд тронулся, и уже через несколько секунд за окном снова побежали такие близкие сердцу пейзажи российской глубинки. Сергей Нестеров возвращался в Москву из Твери, где он провёл целый день, изучая архивы трагически погибшего исследователя ауры Алексея Васильевича Золотова. Это была уже вторая его командировка. Сын Золотова любезно согласился принять Сергея и предоставлял ему для изучения архивные материалы отца.

Вот уже третий год Сергей методически искал технический способ регистрации ауры человека. Аурой человека он называл окружающее его физическое тело совокупное излучение энергетических центров его тонкоматериальных тел. В настоящее время перевести это понятие на научный язык было невозможно, ввиду того, что ни тонкие тела, ни их невидимые центры и тем более их излучения еще не вошли в оборот науки и не имеют устоявшихся научных эквивалентов. Излучение центров тонких тел человека, очевидно, не принадлежит к области видимого света, ближнего ультрафиолета и ближнего инфракрасного излучения (все три диапазона в совокупности называются оптическим) – хотя бы потому, что ни одежда человека, непрозрачная для оптического излучения, ни его тело, также непрозрачное для оптического излучения, не лишают его ауры. В книгах Живой Этики, которым Сергей доверял, говорилось о том, что ауру можно сфотографировать на обычную фотопленку, диапазон чувствительности которой заведомо ограничен оптическим. Это означает, что вокруг человека существует область (превышающая объем его физического тела), в которой невидимые аурические излучения изменяют свойства среды так, что обычный оптический свет реагирует на эти изменения и может эту область проявить. Таким образом, его работа была направлена на нахождение как раз такого способа выявления ауры с помощью обычных оптических лучей.

Спектральный диапазон, в котором Сергей Нестеров наметил проводить поиск искомой методики съемки, был ограничен с коротковолновой стороны системой полос Шумана-Рунге молекулярного кислорода, за пределами которой воздух становится непрозрачным. Это начало области вакуумного ультрафиолета, то есть лучей с длиной волны короче 190-200 нм, для которых воздушная среда становится оптически плотной. Поиски в ближней инфракрасной области в дальнейшем также не исключалась, но он учитывал и тот факт, что время появления первых книг Учения Живой Этики, в которых говорится о съемке ауры на обычную фотопластинку, предшествует времени коммерческого распространения в 1930-х годах первых фотографических эмульсий, сенсибилизированных криптоцианином к инфракрасным лучам. Следовательно, в 1920-е годы инфракрасные эмульсии не только не могли являться «обычными», но даже не были известны большинству исследователей.

Главным итогом уже проделанной им работы стало его ознакомление с опытом, накопленным в этой области другими исследователями, изучение выдвинутых ими и гипотез относительно природы ауры, их анализ и отчасти проверка. Работать приходилось по большей части в архивах микрофильмов РГБ, иногда покупать нужные книги, которые, увы, пока не были переведены на русский язык. Среди таких работ были книга Вальтера Кильнера «The human atmosphere» (1920), книга Оскара Багналля «The origin and properties of the human aura» (1970), книга Гарри Боддингтона «The University of Spiritualism» (1946), лекции Джона Вильямсона «Seeing the aura» (1954), брошюра Джона Вильямсона «Aura Goggles and Colour Filters» (1975), книги Махмуда Муфтика «Researches on the Aura Phenomena» (1960), книга Венди Ламберта «Aura Glasses: you can see auras» (1996) и другие. Переводить приходилось самому со словарём, и хотя Сергей не заканчивал курсы переводчиков, дело продвигалось быстро, поскольку всё, что касалось этой темы находило горячий отклик в его душе и доставляло большое удовлетворение. Вот и теперь Сергей отработал очередной пункт запланированных работ с архивами Золотова, который, к сожалению, не принёс новых открытий, но зато дал богатую пищу для ума.

Алексей Васильевич Золотов, геофизик, кандидат физико-математических наук по специальности «Экспериментальная физика», заместитель директора по науке калининского отделения Всесоюзного научного института геофизических исследований (ВНИГИС) много лет занимался изучением ауры человека. Это направление научных интересов составляло важную часть работы организованной им в Твери лаборатории биолокации, располагавшейся во дворе Тверской городской администрации. К сожалению, в 1995 году исследователь трагически погиб (убит в подъезде собственного дома). Его архивы с многочисленными снимками ауры, сделанными в Твери и в эпицентре Тунгусского метеорита, а также письменными и печатными материалами по этой теме остались в семье его сына и дочери, а также у коллег, работавших вместе с ним в Тверской лаборатории биолокации.

Сергею удалось просмотреть несколько сотен фотопленок (главным образом негативных), которые хранятся в семье Золотова. Из них было отобрано около сотни пленок, на которых запечатлены попытки снять ауру, сделанные Золотовым в период с конца 1970-х по 1985 год. Найти воспроизводимую методику фотографирования ауры Золотову так и не удалось. По-видимому, его работа, касающаяся фотографирования ауры человека, никем из его коллег не была в дальнейшем продолжена.

Вообще, складывалось такое впечатление, что чем больше Сергей искал достоверных снимков ауры, тем чаще ему попадались доказательства того, что аура – это явление крайне редко запечатлевавшееся на фотографиях. Гораздо чаще за ауру люди принимали оптические эффекты и разнообразные артефакты, в других случаях были неизвестны или известны недостаточно полно условия съемки и обработки фотоматериала, из-за чего трудно было сделать выводы о достоверности зарегистрированных на фотографиях проявлений.

Сергей невольно становился строгим экспертом, который аргументировано и методично разрушал наивные надежды тех фотографов-любителей, которые полагали, что им удалось получить доказательства если не существования души, то, во всяком случае, необычности тех людей, которые на их фотографиях были отмечены каким-нибудь «нимбом». Он избегал искушения относить к явлениям ауры или к проявлениям невидимого мира какие-либо снимки, если не мог доказать этого научными методами, ибо для него истина была гораздо важнее.

Он не собирался никого удивлять, но намеревался понять истинную природу феномена ауры и научиться его регистрировать. Купе, в котором он ехал было тихим. Все пассажиры дремали под равномерный стук вагонных колёс. Сергею припомнилась недавняя поездка в Калугу. Там живёт удивительная женщина Евдокия Петровна, обладающая способностью аурического зрения. Сергей не мог пропустить представившуюся ему уникальную возможность использовать её дар для изучения так интересовавшего его явления…

Евдокия Петровна могла говорить об ауре человека даже не глядя непосредственно на него. Ей достаточно было пристально посмотреть на него один раз. «Я же ведь его уже видела, – сказала она как бы отвечая на немой вопрос Сергея, – и вполне могу вызвать образ человека в своем сознании». Тогда Сергея крайне озадачили результаты теста на дверной проём. Суть этого теста заключается в том, что человек становится за дверной проём за которым располагается ровный чёрный фон и может беззвучно перемещаться за стеной, невидимый для ясновидящего. По логике вещей ясновидящий должен видеть ауру человека, выступающую за границы его физического тела (в дверном проёме). Значит, если человек удаляется от дверного проёма, то интенсивность ауры для ясновидящего должна уменьшаться, а когда он приближается к нему – увеличиваться. Тест тогда с треском провалился. Как объяснила сама Евдокия Петровна: размер видимой ауры человека составляет примерно 3-5 метров, и его небольшие перемещения (примерно 1 метр) за дверью сильно не влияют на интенсивность свечения в дверном проёме, во всяком случае не больше, чем внутренние состояния человека, которые часто приводят к большим колебаниям ауры. Ясно, что тест на дверной проем с Евдокией Петровной нужно было проводить иначе. За дверью должен был быть большой коридор. В коридоре человек может отойти действительно так далеко, чтобы его аура, пусть даже многометровая, «уходила» вместе с ним…

В голове Сергея рождались новые идеи, он взял блокнот, карандаш и начал их записывать.

Глава 2. Краткая история вопроса научного исследования ауры

Изучение мирового опыта в области научного изучения ауры Сергей Нестеров начал с книги Вальтера Джона Кильнера «The human atmosphere». И это не было случайным совпадением. По мнению Сергея – Кильнер был заслуженно признан пионером в этом направлении. Его книга стала первым фундаментальным научным трудом об ауре человека, обобщающим многолетний опыт исследований, выполненных врачом-электротерапевтом прогрессивной английской клиники имени Св. Томаса. Клиника известна сегодня тем, что именно в ней в 1897 году открылось первое в мире рентгенологическое отделение. Кильнер разработал метод, позволяющий любому исследователю своими глазами наблюдать и изучать в динамике явление человеческой ауры. В основе метода лежит открытие необычного воздействия на зрительную систему человека дневного света, прошедшего через концентрированный спиртовой раствор природного красителя дицианина, получаемого из каменноугольной смолы. При правильном подборе освещенности и фона аффектированный таким образом глаз в течении некоторого времени видит вокруг человеческого тела слабую светящуюся оболочку. Изучая ауры своих пациентов, Кильнер пришел к выводу, что эта оболочка у каждого человека имеет свои характерные особенности и меняется в зависимости от его эмоционального и физического состояния.

Будучи врачом, он, конечно же, думал о широком диагностическом потенциале нового метода, который стал очевиден ему уже в самом начале исследовательской работы.

После многочисленных экспериментов с людьми Кильнер опубликовал результаты своей работы в книге «The Human Atmosphere», увидевшей свет в 1911 году. Книгу встретили весьма настороженно. В августовской колонке Британского Медицинского Журнала от 6 января 1912 года появился большой обзор на нее, имевший определенно скептическую направленность. Он начинался словами: «Многие читатели нашего журнала уже знают из последних заметок в бульварной прессе о заявлениях доктора Кильнера из Лондона…», после чего следовало продолжение: «Доктор Кильнер не смог убедить нас в том, что его аура более реальна, чем призрачный кинжал леди Макбет».

В 1920 году из печати вышло полностью переработанное издание книги Кильнера, содержавшее немало новых наблюдений и заключений. В феврале 1921 года очень широкомыслящий профессиональный журнал The Medical Times опубликовал на нее благожелательную рецензию. Многие уважаемые врачи поддержали открытия Кильнера. В марте 1922 года весьма осторожный журнал The Scientific American также разразился восторженным обозрением в ее адрес. Однако Кильнер этих статей уже не увидел – 23 июня 1920 года в возрасте 73 лет он умер.

К сожалению, несмотря ни на что, книга так и не получила широкого распространения. Она оказалась слишком нетрадиционной, чтобы оказать большое влияние на профессиональный медицинский мир – даже несмотря на недвусмысленное отречение её автора от всякого ясновидения и оккультных предубеждений. Лишь несколько врачей и ученых Европы рискнули повторить эксперименты Кильнера, не побоявшись за свою репутацию. Нашлись смельчаки и в Новом Свете, как например доктор О’Доннелл из Больницы милосердия в Чикаго. Очень серьезной трудностью для исследователей оказалась труднодоступность и малая стойкость нужного красителя. Дело в том, что дицианин, получаемый путем сложного технологического процесса, поставлялся до первой мировой войны немецкой химической компанией Meister Lucius & Bruening. Из-за полной перестройки экономики Германии на военные рельсы в 1914 году всякие поставки прекратились. После восстановления своей экономики Германия, равно как и другие экономически развитые страны в этом красителе уже не нуждались – к тому времени химики уже синтезировали новые, более стойкие и дешевые красители.

Следует заметить, что будучи первооткрывателем нового метода, Кильнер уже тогда понимал необходимость его усовершенствования в направлении замены человеческого глаза на адекватный ему регистрирующий аппарат, например, фотокамеру. В предисловии ко второму изданию «The human atmosphere», он пишет: «Хотя в тексте книги и не упоминается фотография, намеки на ауру иногда удается снять, однако снимки получаются неудовлетворительного качества, и не понятно, какие условия нужны для их получения. Тем не менее я уверен, что фотографическое изображение формы, размера и состояния человеческой ауры не только возможно, но в скором времени станет доступным, что безусловно сделает ауру еще более мощным средством медицинской диагностики. Научиться этому было моим искренним желанием, но теперь возраст с сопутствующими ему болезнями вкупе с прочими трудностями лишают меня почти всякой надежды на реализацию этой мечты. Всем будущим пионерам, которые достигнут успеха в этом направлении, заранее посылаю мои искренние поздравления!»

Работу Кильнера продолжил Оскар Багналль. Его книга «The origin and properties of the human aura» была впервые издана в 1937 году. В предисловии ко второму, полностью переработанному изданию книги Багналля, вышедшему в свет в 1970 году, известная исследовательница эзотерической науки Лесли Шепард говорит, что этот труд является пока единственным (на 1970 год) после книги Кильнера серьезным научным исследованием на тему человеческой ауры.

Очень важно, что открытие Кильнера Оскар Багналль повторил независимо, и лишь после этого, списавшись с Кильнером, сверил результаты. Багналль не просто продолжил линию исследований Кильнера, но смог разрешить некоторые проблемы, высказал новые гипотезы и провел тщательный научный анализ собранного материала и сделанных на его основе обобщений. Также как и Кильнер, Багналль не занимался оккультизмом. Он был профессиональным ученым, имевшим глубокие познания в химии, биологии и физиологии. Кроме того, большую часть своей жизни он провел в деревенской обстановке, где человек сохраняет чувствительность к утонченным проявлениям природных явлений, для которых чувства городского жителя обычно оказываются слишком грубы.

В своей книге Багналль сперва дает ясное, опирающееся на факты описание процесса обычного зрения, а также феномена цветового восприятия и послеобразов (фантомных изображений). Лишь после этого он переходит к объяснению сверхнормального расширения обычного зрения, производимого с помощью цветных экранов.

Он тщательно анализирует гипотезу Кильнера о расширении спектральной чувствительности глаза в область ближнего ультрафиолета в результате воздействия красителя, используя при этом весь арсенал своих естественнонаучных и медицинских познаний. Вместо труднодоступного красителя дицианина Багналль находит новый, еще более эффективный сенсибилизирующий краситель пинацианол. Он оказывается одновременно и более стойким, и более дешевым (цена на современном рынке органических красителей порядка 75$ за грамм). Багналль также предложил и более удобный растворитель – триэтаноламин, который не так агрессивен к герметично заклеенной кювете с раствором и менее склонен с испарению. Он модифицировал неудобные экраны Кильнера, превратив их в удобные очки с полыми линзами, заполняемыми небольшим количеством растворенного красителя.

Читаем в книге «Братство» (1937 год): «Для примера возьмем очки, придуманные для наблюдения над аурами. Принцип не плох, но средство грубо и поражает зрение». Эта цитата говорит сразу о двух важных качествах нового изобретения: во-первых, в очках правильно угадан принцип наблюдения ауры, а во-вторых, в том виде, в котором они существуют, очки являются средством, опасным для здоровья исследователя. Об этом неоднократно говорят в своих книгах и Кильнер, и Багналль, предупреждая исследователей от чрезмерно длительных занятий с очками: «Не работайте с экранами слишком долго за один раз. Знаю не понаслышке, какой это соблазн, особенно, когда необычное зрение дается вам очень легко. Переутомление глаз все равно прервет вашу работу до тех пор, пока глаза снова не восстановятся». Последнее обстоятельство, очевидным образом, требует такого усовершенствования методики Кильнера, при котором глаз человека может быть заменен регистрирующим прибором (например, фотопленкой, или современными цифровыми фотоприемниками).

Несмотря на отсутствие новых научных работ в данном направлении, некоторые исследователи смогли не только повторить, но и внести некоторые усовершенствования и уточнения в пионерскую методику Кильнера. Одним из них оказался лондонский спиритуалист Гарри Боддингтон. Восьмая глава его книги «The University of Spiritualism» рассказывает о опытах автора с аурой и цветными экранами. В 1928 году Боддингтон впервые запатентовал под торговой маркой «Aurospecs» (от англ. aura – аура и spectacles – очки) специальные очки, сенсибилизирующие глаза для наблюдения ауры. Эти очки в точности повторяли принцип работы экранов Кильнера, а конструктивно не отличались от очков с полыми линзами, которые описывает Багналль. Они еще и сегодня встречаются в продаже, причем в качестве красителя в них используется уже не дицианин, а пинацианол (точнее бромид пинацианола). Но, как пишет сам автор, долго заниматься ими ему не пришлось – вскоре Боддингтон обнаружил, что удовлетворительного результата вполне можно достичь, если использовать вместо нестойкого химического красителя стекло с подобной ему спектральной характеристикой.

«В Англии, – пишет Боддингтон, – не нашлось ни одного производителя, который мог бы гарантированно повторить нужный спектр посредством стеклянного фильтра, однако, в конце концов, такой производитель нашелся в Чехословакии. Благодаря этому открытию исследователи получили в свои руки нестареющий со временем экран за мизерную по сравнению с дицианиновым цену». Так в результате изысканий Боддингтона в продаже появились новые очки под маркой «Kilnascrene». Именно «Kilnascrenes» получили наибольшую известность в кругах исследователей ауры и пользуются спросом до сих пор.

Ни Кильнер, ни Багналль, ни Боддингтон не смогли установить достоверно, как именно влияют на зрение их экраны. Они выдвигали только гипотезы, обращаясь при этом к будущим исследователям. На сегодняшний день ни одна из них не доказана окончательно, поэтому открытие Кильнера до сих пор является для науки «черным ящиком».

Сергей был твёрдо убеждён в том, что без его изучения и без выяснения принципа воздействия цветных экранов на глаза и на зрение в целом, невозможно надеяться на усовершенствование методики Кильнера с заменой человека регистрирующим прибором вроде фотоаппарата. Он исходил из того, что никакая новая методика регистрации ауры не будет принята наукой до тех пор, пока она не будет базироваться на уже признанных той же наукой фактах и не будет воспроизводима учеными других лабораторий. Иначе она окажется в лучшем случае преждевременной.

Глава 3. Спиритическая фотография

Занимаясь аурой, Сергей Нестеров должен был обращать внимание и на другие фотографические феномены, которые официальная наука не смогла рационально объяснить. Одним из таких явлений был феномен спиритической фотографии. «Первое появление достоверных фотографий духов датируется 1861 годом – читаем мы в книге Артура Конан-Дойля «История спиритизма». Они были получены Уильямом Г. Мумлером из Бостона (США).

Мумлер, который работал гравёром в крупной ювелирной фирме Бостона, не был ни настоящим спиритом, ни профессиональным фотографом. В свободное время он пытался заниматься фотографией в студии своего приятеля и однажды получил на пластинке неясные очертания какой-то фигуры. Метод, придуманный им самим, заключался в том, что он сначала фокусировал объектив на пустом кресле, снимал крышку с объектива, а затем быстро занимал позицию у кресла и стоял там до тех пор, пока не сработает экспозиция. На обороте фотографии мистер Мумлер написал: «Эта фотография была сделана мною в воскресенье, причём кроме меня в комнате не было ни души. В фигуре, стоявшей справа от меня, я узнал свою кузину, которая умерла двенадцать лет назад. У.Г. Мумлер.» На фотографии можно было разглядеть молодую девушку, сидящую в кресле. Кресло и часть стола отчётливо просвечивали сквозь руки и тело. Фигура, по свидетельству очевидцев, одетая в платье с низким вырезом и короткими рукавами, растворялась в неясной дымке. Интересно отметить, что эта дымка была заметна и на других фотографиях.

Показания мистера Джеремии Гэрнея: «Я занимаюсь фотографией на протяжении двадцати восьми лет и изучил фотопроцесс Мумлера с полной скрупулёзностью. Я не нашёл в нём ничего предосудительного – ничего такого, что свидетельствовало бы о мошенничестве или трюке… единственно, что было необычно – это его рука, которую он всё время держал на камере». Мумлер, скончавшийся в полной нищете в 1884 году, оставил после себя интересное и убедительное описание своей карьеры в книге «Личные опыты Уильяма Г. Мумлера в фотографировании духов», экземпляр которой можно увидеть в Британском музее.

Доктор Альфред Уоллес получил отчётливое изображение своей матери. Вот, что он рассказывает о своём визите к медиуму (март 1872г.): «Я позировал три раза и всегда выбирал позу сам. Каждый раз на негативе рядом со мной появлялась дополнительная фигура. Первой была мужская фигура с коротким мечом, вторая фигура поместилась на фотографии в полный рост и стояла примерно в нескольких футах за мной чуть сзади, держа в руках букет цветов. В третий раз, как только пластинка была помещена в камеру и я удобно расположился в кресле, я мысленно попросил, чтобы фигура стояла на очень близком расстоянии от меня. На третьей пластинке появилось изображение женской фигуры, стоящей очень близко впереди меня так, что складки её одежды закрывали нижнюю часть моего тела. Я видел, как проявлялись все три пластинки и в каждом случае дополнительная фигура начинала вырисовываться в тот момент, когда наливали проявитель, в то же время мой портрет оставался невидимым в течение почти двадцати секунд после появления неясных очертаний духа.

Я не мог узнать ни одной фигуры на негативах, но когда получил проявленные снимки, то с первого взгляда безошибочно узнал на третьем из них изображение моей матери. Он точно воспроизводил её облик и выражение лица, но отличался от всех её прижизненных портретов: это было изображение задумчивой женщины, несколько идеализированное, но такое, которое я ни с чем и никогда не спутаю». Во втором портрете, хотя и расплывчатом, доктор Уоллес также узнал изображение матери. Появившаяся первой «призрачная фигура» мужчины не была им опознана. Однажды, работая с обширной библиографией по вопросу психических исследований, Сергей Нестеров встретил книгу, написанную женщиной, доктором технических наук, Джеймс Коатс «Фотографирование невидимого мира. Практическое изучение спиритической фотографии, спиритического портрета и других редких, но родственных феноменов» («Photographing the Invisible. Practical Studies in Spirit Photography, Spirit Portraiture, and other Rare Allied Phenomena» (1911)). Сэр Вильям Крукс, имя которого сегодня общеизвестно, прокомментировал эту книгу так: «Она написана в строгом духе беспристрастного критицизма. Описанные в ней случаи и приводимые аргументы столь сильны, что требуют самого серьезного внимания от мыслящего читателя, и автор объективно указывает на некоторые трудности и противоречия».

Вот небольшой фрагмент из названной книги: «Из комментариев на свидетельства доктора Чайлда, приводимых на страницах журнала The British Journal of Photography (1863), мы узнаем, что он нашел медиума (мистера Мумлера), который охотно согласился предоставить ему все возможности для изучения данного вопроса, и даже, по его словам, самого себя, дабы найти разумное объяснение этой загадки. Он позволил ему наблюдать все его операции в темной комнате и вне ее, а также внимательно изучить всю его аппаратуру.

Доктор Чайлд показывает снимки, сделанные в то время, когда он и несколько его друзей внимательно следили за всем процессом – начиная от чистки стеклянной пластинки и вплоть до ее фиксирования после съемки. Он решил также на всякий случай ставить свои метки на каждой стеклянной пластинке небольшим алмазом, прежде ее использования в съемке. И тем не менее, на каждой из них появлялся спиритический образ; таким образом, он нигде не смог обнаружить какого-либо человеческого вмешательства по части появления этих духовных отпечатков. Эти отпечатки значительно отличались от всего того, что он прежде видел, и он не знал способа, которым их можно подделать. Духи никогда не проявлялись в полный рост – только бюст или от силы ? полной высоты; но при этом никогда нельзя было точно указать, где фигура окончательно исчезает. Внимательное изучение отпечатков показало, что некоторые духовные портреты из-за их яркости (большого количества света) первыми проступали на проявляющихся пластинках. Все обычные элементы человеческой фигуры вполне присутствовали на них, но, за исключением самой яркой части лица, они были полупрозрачны, и через их образ вполне просвечивали окружающие объекты; тем не менее, они были лишены той четкости и резкости, которая свойственна обычным недоэкспонированным фигурам на поддельных изображениях призраков…

Мистер Тейлор в свое время был признанным авторитетом в области фотографии. Он исследовал область психической фотографии с медиумами, и, говоря с чувством человека, который действительно знает, о чем говорит, в частности сказал следующее: «Условия, которых я придерживался, были довольно простыми. А именно: я пользовался своей собственной камерой и нераспечатанными пачками сухих желатиновых пластинок, купленных у известных дилеров; кроме того, я должен был строго придерживаться правила, чтобы до проявки каждая пластинка не покидала моих рук, в противном случае у меня нет желания ставить такие опыты. С другой стороны, раз я сам обходился с участниками опытов как с подозреваемыми, они должны были относиться ко мне так же, поэтому каждое мое действие выполнялось в присутствии двух свидетелей; более того, я решил «ввести слежку» даже за своей собственной камерой, приставив к ней другую, на которой был взят тот же фокус – другими словами, я решил использовать бинокулярную стереоскопическую камеру и сам определять все условия съемки. Все, что я проговорил, весьма совпадало с желаниями других участников опытов и в отношении моих действий, ибо они хотели знать правду и только правду.

В той или иной вечер, когда проходили эксперименты, присутствовали представители различных течений мысли, включая священника англиканской церкви; практикующего целителя, входившего сразу в два ученых общества; джентльмена со степенью, полученной в русле классической науки в дни покойного Чарльза Брэдлоу; двух исключительно трезвомыслящих торговцев из Глазго – джентльменов коммерческой выправки и честности; присутствовали также хозяин дома, его жена, сам медиум и я.

Доктор G. был первым позировавшим, и по известным мне причинам я начал с монокулярной камеры. Я своими руками вытащил пластинку из пачки, распечатанной в присутствии двух «детективов». Затем я вставил кассету в мою складную камеру и экспонировал ее в свете магнезиальной ленты, которую держал в руке; при этом я как бы одним глазом следил за позирующим, а другой не сводил с камеры. За сценой не висело никакого фона. Затем я своими руками извлек пластинку из кассеты и под присмотром двоих свидетелей опустил ее в ванну с проявителем. Между камерой и позирующим проявилась некая фигура, даже более отчетливой формы, чем у самого позирующего. Объектив был портретный с коротким фокусом; фигура же, располагавшаяся несколько впереди позирующего, оказалась и пропорционально большей в размерах. Я не увидел в ней, равно как и в других полученных мной фигурах, никакого сходства с кем-либо из знакомых мне людей; с моей точки зрения, точки зрения простого исследователя и экспериментатора, совсем не важно, является ли эта психическая фигура воплощенным или развоплощенным субъектом.

За первым экспериментом последовали многие другие; на некоторых пластинках проявлялись аномальные образы, на других не было ничего необычного. Во всех этих опытах во время экспонирования пластинки мистер Дюгуи, медиум, был совершенно неактивен. Если все предосторожности, предпринятые мною в ходе опытов, кажутся вам в чем-то несовершенными или недостаточными, молю вас – укажите мне это слабое место!

Психические фигуры вели себя скверно. Некоторые были в фокусе, в иные – нет; часть фигур была освещена справа, тогда как свет падал на позирующего слева; некоторые имели приятный вид, другие – не очень; были фигуры, занимавшие большую часть пластинки, совершенно перекрывая позирующего; иные же напоминали как бы предельно виньетированные портреты, или вырезанные одним махом из фотографии грубым консервным ножом овалы, или столь же плохо обрезанные и выставленные позади позирующего.

Следует же однако признать (в пользу этих психических сущностей), что какой бы образ не проявился на одной половине стереоскопической пластинки, такой же проявлялся и на другой, столь же четкий или наоборот нерезкий. Но, при внимательном изучении одного стерео снимка, выделявшегося своим качеством среди прочих, я обнаружил тот факт, что отпечаток духовной формы оказался не согласованным с образом позирующего. Я считаю это очень важным открытием. Внимательно изучив этот снимок в стереоскопе, я увидел, что в то время, как две фигуры позировавшего были сами по себе действительно стереоскопическими, психическая фигура выглядела абсолютно плоской. Кроме того я заметил, что на одном из снимков этой пары психическая фигура была как минимум на миллиметр выше, чем на другом. Таким образом, поскольку оба снимка из стереопары экспонировались одновременно, легко понять, что, хотя оба они находились на одной высоте относительно позировавшего, за которым появилась фигура, но были пространственно смещены по горизонтали, эта экстра-фигура не только не была запечатлена на пластинку одновременно с двумя образами джентльмена, но была сформирована вообще не объективом; и, следовательно, психический образ может быть получаем вообще без камеры.

Я полагаю, это справедливый вывод. Но все равно остается вопрос – как эти фигуры возникают на снимках? Хочу еще раз заявить, что пластинки не подделывались ни мною, ни кем-то из присутствующих. Не было ли это кристаллизацией мысли? Действительно ли линзы и свет не имели никакого отношения к появлению этих фигур? Сам предмет был достаточно загадочным, чтобы строить гипотезы о невидимых духах, – было ли это проекцией мысли или реальные духи находись в непосредственной близости от позировавшего.

Но как бы там ни было, теперь он стал еще в тысячу раз загадочней. Нет недостатка в людях типа Тихо Браге, способных поставлять сколь угодно детальные факты своих наблюдений, но где взять того Кеплера, который сможет из всех этих фактов вывести закон, вполне их объясняющий!..

Из процитированного выше материала мы узнаем:

1) Что несмотря на все предосторожности, «психические экстра» появляются даже на меченых пластинках.

2) Что во всех случаях они существенно отличаются от всего того, что могут «сделать» умелые фотографы, хорошо оснащенные фотографической техникой.

3) Что изображения духов часто имели видимость, несогласованную с обстановкой или позирующим, и нередко были даже как бы в другом фокусе.

4) Все эти свидетельства говорят в пользу подлинности этих свойств.

5) Ни сила воли ни какое-то другое человеческое вмешательство – насколько можно видеть с точки зрения профессиональной фотографии – не имеет отношения к их получению».

Обзор литературы по этому вопросу показал, что в конце ХIХ века эти феномены были распространены чрезвычайно широко и привлекали к себе внимание серьёзных исследователей (чтобы понять это достаточно познакомиться с книгами А.Н.Аксаков «Анимизм и спиритизм» (1910), Stanley De Brath «Psychical Research, Science and Religion» (1925)).

Глава 4. Неожиданная встреча в лесу

Поисковая работа, переводы и внимательное изучение литературы отнимали у Сергея много времени и душевных сил, и после особо напряжённых трудов он всегда чувствовал потребность побывать на природе. Порой ему хотелось просто сесть на электричку и уехать куда-нибудь подальше от Москвы, чтобы побродить в одиночестве по лесу, посидеть на берегу реки. Было у него несколько любимых мест, но в этот раз всё случилось по незапланированному сценарию.

В ту субботу расписание электричек немного изменили, и вместо одной электрички на шестом пути оказалась другая. Сергей зачитался и обнаружил, что сел не на свою электричку только когда она уже свернула на другую железнодорожную ветку. В этом направлении обычно электрички ходили только два раза в день, и это можно было понять заранее по немногочисленным пассажирам, остававшимся в вагоне, но он не заметил. И только голос диктора, объявлявшего станции заставил его встрепенуться. Поезд увозил его с проторенной радиальной ветки на неизведанную кольцевую. Расстояние до ближайшей станции было большим, и Сергей сначала было огорчился своей невнимательности, однако, выйдя из вагона, он обнаружил себя в полном одиночестве возле большого лесного массива, и к нему вернулось хорошее настроение. В конечном счёте какая разница в каком уголке московской области он проведёт этот день, главное – на природе. В рюкзачке лежали бутерброды и термос с горячим чаем, в небе светило весеннее солнышко, в его распоряжении было ещё семь часов свободного времени до обратной электрички, и Сергей весело зашагал по направлению к лесу.

Он сознательно стремился углубиться подальше от шума и выхлопа машин и потому прошагав минут сорок по асфальтовой дороге, свернул на боковую грунтовую. За всё время пути его не догнала ни одна машина, и это давало надежду на то, что он вообще не встретит дальше автотранспорта. Так он шёл и шёл, напевая про весёлый ветер, пока не вышел на поляну, где находились три человека возле телескопа. Телескоп был наведён на Солнце, и эти люди, по-видимому, наблюдали какие-то процессы на Солнце, диск которого проецировался на выносной экран.

Сергей поздоровался, ребята встретили его доброжелательно. Их звали Илья, Пётр и Марина. Оказалось, что они астрономы-любители и у них неподалёку от этого места есть вагончик, в котором они собираются на время своих астрономических наблюдений. Астрономы пригласили Сергея выпить с ними чаю, и поскольку время было обеденное, а ребята хорошими, он, не раздумывая, согласился.

Вагончик некогда был передвижной на колёсном ходу, но сейчас передний его мост был сломан, и потому вагончик более не мог передвигаться, и обрёл здесь в лесу своё постоянное место стоянки. Однако, он был очень удобен как место для отдыха и принятия пищи. Внутри было просторно и светло: стол, скамейки, на стене карта звёздного неба и какие-то таблицы. Разговорились. Ребята уже давно занимались изучением биологического воздействия лучей Солнца, Луны и других планет на всхожесть семян различных растений. Накрыли на стол и расселись. Сергей достал свой термосок. Как-то сама собой возникла непринуждённая атмосфера. Сергей начал рассказывать про своё увлечение исследованием ауры человека.

Оказалось, что тема его работы очень интересна всем присутствующим. Сергей подробно рассказал про феномен психической фотографии. Посыпались вопросы. В рюкзаке Сергея оказалась книга Карла фон Рейхенбаха «Одо-магнетические письма» (1852), которую он в настоящее время переводил с немецкого языка. Сергей начал читать вслух уже переведённое: «Очевидно, что из этих, так сказать, полуорганизованных камней (речь идёт о натуральных кристаллах горного хрусталя) исходит, истекает, излучается нечто, еще не известное науке, но имеющее бытие действительное и явное по своему действию на наш организм. Рассуждая, во сколько раз сенситивы чувствительнее обыкновенных людей по своему чрезвычайно развитому чувству осязания, я невольно наткнулся на мысль: не превосходят ли они нас и развитием органа зрения, и не могут ли они в глубоком мраке улавливать глазом эти удивительные токи из кристаллов? Чтобы проверить эту мысль опытом, в одну чрезвычайно темную ночь мая 1844 г. я принес громадный кристалл горного хрусталя в дом Ангелики Штурман, девицы в высшей степени сенситивной. Врач ее, известный патолог, профессор Липпих, случайно находился тут же. Мы с ним устроили так, чтобы в двух комнатах было совершенно темно, и в одной из них я положил свой кристалл, не сказав никому, в каком именно месте.

Пробыв несколько времени в первой комнате, чтобы приучить глаза к темноте, мы ввели, наконец, Ангелику туда, где был кристалл. Не прошло нескольких мгновений как она, указывая мне место, где он лежал, сказала, что весь кристалл облит тонким светом, а на остром конце его изливалось волнообразно-сверкающее пламя, величиною с кисть руки, синего цвета, в виде тюльпана, которое терялось в вышине, подобно тонкому пару. Я повернул кристалл, и она увидела на другом, тупом конце его неясный, красновато-желтый дым. Можете себе представить, в какой восторг привели меня ее слова. Это был первый опыт из тысячи последующих, сделанных мною над кристаллами со всеми их бесчисленными изменениями. Все сенситивы, участвовавшие в этих экспериментах, единогласно подтвердили факт, что влияние кристалла на осязание в то же время сопровождается явлениями световыми, и что синий свет находится в непременной полярности к красновато-желтому; те и другие явления доступны только для одних сенситивов.

Считаю нужным заметить, что все эти опыты необходимо делать в совершенной темноте, иначе они могут быть неудачными; условие это весьма важно при производстве опытов.

Кристальный свет так тонок и невыразимо слаб, что если малейшая частичка постороннего света проникнет в комнату, то этого достаточно, чтоб ослепить сенситива-наблюдателя, и притупить на время его восприимчивость к чрезмерно слабому кристальному свечению. Далее, очень редко можно найти таких чутких сенситивов, как девица Ангелика, которые, после кратковременного пребывания в темноте, могли бы ощущать это нежное свечение. Чтобы глаз совершенно освободился от напряженного раздражения, производимого в нем дневным или искусственным светом, сенситивы средней руки должны пробыть часа два в темноте, и тогда лишь они становятся восприимчивыми к кристальному излучению…

Теперь, вероятно, вы с нетерпением желаете узнать, откуда проистекают эти явления и куда отнести их по физике и по субъективным и объективным свойствам их. Несмотря на производимое ими ощущение тепла и прохлады, причислять их к явлениям теплорода нельзя, потому что здесь нет никакого источника этой жидкости, а сверх того, допустив присутствие теплорода, вероятно, проявление его было бы ощутительно не для одних сенситивов, но также обнаруживалось бы и на чувствительном термоскопе. Далее, они не могут принадлежать к явлениям электричества, ибо перед нами непрерывающийся поток, без всяких очевидных химических или механических превращений, которые бы могли его порождать; сверх того электроскоп, приведенный в соприкосновение с кристаллом, остается без малейшего изменения; отвод, устроенный по законам электрических токов, также не обнаруживает никакого действия. Наконец, нельзя назвать эти явления ни магнетизмом, ни диамагнетизмом, потому что кристаллы не являются магнитами; диамагнетизм же в различных кристаллах проявляется различно, а не одинаково, даже часто совершенно противоположно, чего здесь вовсе не замечается.

Наконец, это и не свет, потому что, хотя при наших опытах и бывает явление света, но мы знаем, что обыкновенный свет не рождает ощущений теплоты и прохлады и прочего. Но вы опять спросите: что же это такое? Если уже вы непременно желаете услышать ученое определение, то я принужден сознаться, что и сам не знаю его. Я заметил проявление силы, которая не может отнестись ни к одному из известных явлений. Если я не ошибаюсь в суждении о приобретенных мною фактах, то она, эта сила, должна занять место между магнетизмом, электричеством и теплотой, не отождествляясь ни с одной из названных сил; посему я решил назвать ее особенным словом «од», об этимологии которого скажу ниже».

Ребята загорелись. Илья предложил повторить опыты барона фон Рейхенбаха. Пётр и Марина сказали, что найдут кристалл и сильные магниты. Решили опыты проводить здесь в лесу в этом вагончике, закрыв единственное окно глухим светонепроницаемым листом. Сергей подумал, что было бы неплохо попробовать с разными людьми, способности то у всех разные.

Глава 5. Здесь что-то не так

С этого дня маленькая группа начала активно работать. На следующий же день в воскресенье ребята провели первый коллективный опыт с наблюдением кристалла. Просидели четыре часа в абсолютной темноте, но так никто никаких свечений не заметил. Тем не менее эта первая неудача не повлияла на их боевой настрой, и было принято коллективное решение привлечь других людей, возможно обладавших лучшими способностями, и повторить опыт. Каждые выходные Сергей готовил новый эксперимент и спешил в лес. К опытам все относились со всей серьёзностью, приглашались новые люди, но раз за разом результат был отрицательным.

Тогда Сергей предложил повторить эксперименты по психической фотографии. Для этого необходимо было воспроизвести все условия процесса получения фотографических изображений того времени. А именно: снимать на деревянную форматную камеру; фотопластики готовить мокрым коллоидным способом, поливая стеклянные пластики желатином с бромидом серебра; для проявки использовать те же реактивы, что применялись 130 лет назад. Ребята согласились. Начался процесс переписки с фотографами, поиски антикварных фотокамер, выяснение технологий фотографического процесса. Для выполнения всей этой подготовки Сергею пришлось познакомиться в интернете с фотографами, которые занимаются ретрофотографией. Ему удалось сойтись близко даже с авторитетнейшим в нашей стране человеком, занимающимся созданием фотоэмульсий. Он узнал десятки рецептов проявителей и закрепителей, проник в суть различных химических процессов обработки эмульсии. Некоторые корреспонденты спрашивали у Сергея: зачем ему это нужно? Приходилось объяснять, что он исследует психическую энергию человека.

В конце концов фотокамера была приобретена. Сергей научился правильно готовить фотопластинки, экспонировать и проявлять их. Переднюю панель фотокамеры он сделал съёмной, что позволяло устанавливать на ней различные типы объективов. Объективы применялись разные:

– современный просветленный (для хороших резких снимков);

– довоенный непросветленный;

– первобытный объектив – перископ;

– кронгласовый мениск (для охвата ультафиолетовых лучей).

Изображения получались довольно качественные. Их сканировали с применением особого старого типографского сканера (UMAX), который работал на просвет.

Вагончик переоборудовали под фотолабораторию. Начались фотосессии с последующей проявкой. Снимали и на улице, и в вагончике, при разных условиях освещения, на фоне черного бархатного экрана, с различными светофильтрами, с различными источниками света. На съёмки приглашались разные люди, некоторые из них имели выраженные медиумические способности. Они были и снимаемыми и снимающими, держали руку на камере, как Мумлер. Чего только не делали. Работать было, конечно, очень интересно. Каждый опыт сопровождался ожиданием положительного результата. Однако ни аур, ни фотографий явлений тонкого мира на них не появлялось.

Пробовали снимать в ультрафиолетовых лучах. Для этого Сергей купил специальных флуоресцентных красок, которые светятся под воздействием ультрафиолетовых лучей. Сначала наносили флуоресцентную краску на матовое стекло форматной камеры 13х18 см. Это стекло ставили в фокусе камеры и наводили её объектив на человека. Затем переснимали изображения, возникавшие на матовом стекле камеры (под черной тканью) с помощью другого фотоаппарата, цифрового. Получались весьма странные изображения. Они подвергались анализу на предмет наличия аурических излучений. Но и этот способ не дал результатов.

Сергей крепко задумался. Очевидно, что-то шло не так. Какие-то условия не были соблюдены.

Глава 6. ООО Фирма «Сканер» и её руководитель капитан Серов

Чтобы объяснить читателю предназначение фирмы «Сканер», следует ненадолго обратиться к истории спецслужб России. Начиная с первых дней создания спецслужб РСФСР по распоряжению Ф.Э. Дзержинского при ОГПУ создаётся так называемое 7-ое отделение (химическая лаборатория), начальником которой назначается Е.Е. Гопиус, в задачи этого подразделения входят в том числе вопросы, связанные с необычными феноменами психики человека.

5 мая 1921 года при ВЧК был создан технический отдел (8-ой специальный). Начальником отдела был назначен Глеб Бокий. Одной из главных задач спецотдела была охрана секретности и государственных тайн. Помимо этого в компетенцию Бокия входила работа с шифрами. Но мало кому известно, что помимо технических проблем спецотдел занимался оккультными проектами. При лаборатории спецотдела была должность научного руководителя, которую занимал Александр Барченко – мистик и автор нескольких работ по проблемам телепатии. Барченко стал читать лекции по оккультизму на Лубянке, а также стал экспертом спецотдела по вопросам парапсихологии. В спецотделе начали тестировать экстрасенсов, колдунов, телепатов.

В начале 20-х годов при поддержке вышеупомянутого ведомства инженер Б. Кажинский начинает работу по теоретическому и экспериментальному обоснованию электромагнитной гипотезы мозгового радио. В это же время в только что созданном Институте по изучению мозга и психической деятельности В. Бехтерев под постоянным контролем ОГПУ проводит опыты по изучению мысленного воздействия человека на поведение животных. Для развития этого направления при Главном управлении научными учреждениями Наркомата просвещения создаётся Практическая лаборатория по зоопсихологии, которую возглавляет В.Л. Дуров. После убийства В.Бехтерева в 1927 году, Б. Кажинский сообщил о своих тревогах по поводу возможного использования приборов силового мысленного внушения в военных и других неблаговидных целях двум писаталям-однофамильцам С.М. Беляеву (1883-1953) и А.Р. Беляеву (1884-1942). Оба писателя написали по фантастическому роману. В 1928 году вышел роман С.М. Беляева «Радиомозг», а в 1929 году – роман А.Р. Беляева – «Властелин мира». Оба романа рассказывают об опасности попадания изобретения, позволяющего читать мысли человека и излучать силовые мысленные приказы, в руки плохих людей.

В двадцатые годы Наркомат обороны и Наркомат просвещения СССР имели три основных центра по изучению феномена мысленного внушения – в Москве, Киеве и Петрограде.

Сотрудник В. Бехтерева по Институту мозга с осени 1921 года Л. Васильев, после смерти своего учителя в 1927 году, продолжил исследования мысленного внушения. В 1932 году Л. Васильеву предложили возглавить тему. Исследования продолжались пять с половиной лет до 1937 года. Аналогичное задание получила и Лаборатория биофизики АН СССР в Москве (руководитель академик П. Лазарев). Возглавил тему ученик П. Лазарева – профессор С. Турлыгин. Но московская и ленинградская лаборатории не знали о работах друг друга. С этой поры все исследования в области гипноза, мысленного воздействия и передачи мысли на расстояние находятся под неусыпным контролем силовых структур.

Открываются новые лаборатории, выделяются бюджетные средства, а отчёты о работе регулярно просматриваются руководителями НКВД, а затем КГБ и ФСБ. Самыми крупными исследовательскими центрами в период с 1960 года по 1990 год стали Киевский, Ленинградский, Московский, Новосибирский, Минский, Ростовский, Алма-Атинский, Горьковскии, Пермский и Свердловский. Все исследования стали носить совершенно закрытый характер, а аналитические материалы выходили только с грифом «совершенно секретно. В 1972 – 1973 годах Институт радиоэлектроники АН СССР выполнил научное руководство (академики Ю. Кобзарев, Э. Годик) над военной технической разработкой «Радиосон» (Министерство обороны СССР, войсковая часть 71592, г. Новосибирск). Положительные результаты исследований были изложены в докладе МРЭ АН СССР «Воздействие на биологические объекты модулированными электрическими и электромагнитными импульсами». Воздействие установки «Радиосон» достаточно, чтобы обработать город площадью до 100 квадратных километров, причем воздействие может быть от слабого искусственного сна до полного, гибельного перерождения клеток мозга.

В 1973 году Совет Министров СССР принял специальное закрытое Постановление по пси-исследованиям в СССР о создании при Совете Министров УССР научно-производственного объединения «Отклик» во главе с профессором Ситько. Одновременно часть медицинских экспериментов выполнялась Минздравом УССР (В.М. Мельник) и в Институте ортопедии и травматологии под руководством профессора В. Шаргородского. Исследование по влиянию мысленного внушения на психопатологию мозга возглавил в Республиканской больнице им. И.П. Павлова профессор В. Синицкий. Министерство здравоохранения Украины по заданию Совета Министров УССР поставило вопрос о создании отдельного специализированного института, который должен был работать над подготовкой специалистов в области пси-исследований по пятилетней учебной программе, а также взять на себя вопросы координации всех аналогичных исследований в СССР.

В 1988 году Ростовский мединститут совместно с фирмами «Гиппократ и «Биотехника» успешно закончил испытания новейшего психотронного генератора и подал заявку на открытие «Явления изменения проницаемости биологических тканей при одновременном воздействии магнитными и высокочастотными магнитными полями». Новое оружие, как указывалось в анонсе: «способно подавить волю человека и навязать ему другую». Ростовские генераторы – одно из самых опасных из всех созданных видов психотронного оружия. Излучения этих аппаратов построены на резонансной частоте собственных колебаний внутренних органов человека, причем величина излучения столь мала, что намного ниже «эфирного шума», поэтому обнаружить это оружие очень трудно, а его применение может привести к заболеванию и летальному исходу.

Над созданием психотронного оружия в начале 1990-х годов работали следующие организации: Центр нетрадиционных технологий Госкомитета СССР по науке и технике (МНТЦ «ВЕНТ») А.Е.Акимов, Минобороны СССР, Минатомэнергопром СССР, Военно-промышленная Комиссия Кабинета министров СССР, КГБ СССР, ГРУ России, Миноборонпром СССР, Академия наук СССР.

В настоящее время можно выделить пять главных направлений военно-прикладных исследований в области парапсихологии:

1) Изучение методов преднамеренного воздействия на психическую деятельность человека;

2) Углублённое изучение паранормальных феноменов и изыскание возможности использования людей, обладающих необычными силами для получения разведывательной информации и в других целях;

3) Исследование влияния биологических полей и излучений на системы управления и связи, вооружения, в особенности на электронную аппаратуру;

4) Создание искусственных генераторов излучений, воздействующих на психику человека;

5) Создание систем обнаружения и контроля искусственных и естественных излучений, воздействующих на психику людей, а также методов активной и пассивной защиты от них.

Подобными вопросами занималась и ООО Фирма «Сканер», тесно сотрудничавшая со специальным подразделением МВД – отделом Х10-Е. Её руководителем был гражданин Серов, состоящий в звании капитана ФСБ, о чём, конечно, не знали сотрудники его фирмы. Современный этап общественного развития в России (начиная с 1991 года) имеет ряд особенностей, отличающих его от прошлого. Среди этих особенностей можно назвать большие социальные свободы населения, развитие частной и корпоративной собственности и появление независимых от государства организаций, вполне способных проводить свои научные изыскания, в том числе в области исследования скрытых сил и свойств человека. На совещании в Кремле 12 февраля 1993 года бывший министр безопасности В. Баранников говорил: наблюдается «утечка умов» в криминальные структуры. Министерство располагает информацией о том, что в этой среде проявлен интерес к фармакологическим средствам, воздействующим на психику; к технологиям гипноза, долгосрочного программирования человеческой психики; управлению поведением и состоянием человека; к использованию в преступных целях лиц, обладающих неординарными способностями». Таким образом, главное отличие современного этапа – утрата монополии спецслужб на исследования в области непознанного. У них недостаточно средств для проведения широкомасштабных научных исследований, не хватает также и квалифицированных кадров. Поэтому акценты в работе спецслужб сегодня переместились с непосредственного проведения исследований на сбор и обработку информации о тех исследователях, которые работают в данном направлении.

Капитан Серов собирал и анализировал информацию, составлял закодированные досье и отчёты, иногда лично проверял отдельных интересных для его ведомства людей, хотя это и не входило в его непосредственные обязанности. Такими проверками формально занималась другая фирма, но он не хотел быть простым исполнителем, поскольку считал себя продвинутым специалистом в своей работе. В его фирме работали программисты – специалисты по IT-технологиям, давшие подписку о неразглашении коммерческой тайны, в обязанности которых входила разработка компьютерных программ, предназначенных для выявления людей с парапсихологическими способностями; а также людей, исследующих паранормальные феномены. Коньком капитана Серова была психическая энергия – энергия человеческого сознания. По его убеждениям для того, чтобы адресно и эффективно влиять на сознание какого-либо человека, следует для начала научиться стабильно регистрировать энергии его сознания. Хотя в недрах его организации уже был разработан целый ряд приборов активного воздействия «на мозги», характер и главное последствия такого влияния были ещё недостаточно изучены и часто непредсказуемы. Поэтому он вот уже семь лет составлял досье по различным аппаратным методам регистрации психической энергии и был, как он сам считал, основательно в этой теме. Сотрудники его предприятия поставляли ему информацию о тех людях, которые обсуждают в сетях вопросы, относящиеся к изучению психической энергии, упоминают её в своих электронных письмах, а также обсуждают возможности её регистрации объективными методами. Каждый день для Серова делались обзоры по газетным статьям, новостным телевизионным выпускам, по всему контенту интернет-пространства. Каждого из таких людей он знал в лицо, имел на них досье и доступ к их электронным почтовым ящикам или сайтам.

За прошедшие годы он научился быстро отличать болтунов и любопытствующих от специалистов, работающих на научной основе, вполне серьёзно и профессионально. Но таких были считанные единицы, и если они ещё к тому же работали в каких-либо научных или конструкторских учреждениях, за ними была установлена постоянная дистанционная слежка. Вот уже 11 месяцев в перископ его сознания не попадали новые люди. То ли тема психической энергии стала меньше интересовать российских людей, то ли просто иссякли наши пионеры науки будущего. Серов уже почти заскучал, когда ему принесли отчет о переписке некого Сергея Нестерова. Этот Нестеров, как следовало из его писем, очень интересовался вопросами фотографической регистрации излучений человека. Он скачал из интернета книгу Венди Ламберта «Aura Glasses: you can see auras» (1996); задавал своим корреспондентам вопросы о книге Николы Теслы, в которой рассказывается об опытах с визуализацией ауры при помощи вольфрамового экрана; сделал запрос в Институт Биоэлектромагнетизма и Новой Биологии в Словении, по которому ему выслали обзор «Photographing biofields» Роберта Лесковара; съездил на встречу с доцентом Санкт-Петербургского Государственного Электротехнического Университета им. Ленина Анатолием Аркадьевичем Бойцовым. Серов помнил, что Бойцов в «доперестроечное» время выполнял обязанности ученого секретаря секции биоинформации (биоэлектроники) научно-технического общества радиоэлектроники и связи (НТО РЭС) им. А.С. Попова, курировал направление съемки ауры человека в различных отделах НТО РЭС по стране, в связи с чем был знаком со многими исследованиями и достигнутыми в них результатами. Он даже припомнил его статью «Фотографическая регистрация анизотропии внешней среды», которая касается именно регистрации ауры человека. Судя по подходам Нестеров определённо был серьёзным исследователем и заслуживал внимания капитана Серова.

Серов вызвал к себе своего сотрудника Геру, который специализировался на сборе компромата о разных людях, интересовавших Серова. Гера обладал всеми качествами профессионального шпиона – незаметной внешностью, неопределённым возрастом, внимательностью, хитростью, быстротой реакции, но главное он всегда с увлечением копался в чужом «грязном белье» и всегда находил массу интересного, что ускользало от других людей.

– Посмотри за этим Сергеем Нестеровым, он может быть нам интересен. – сказал Гере капитан Серов.

Глава 7. Радиоволновая гипотеза

Сергей постоянно думал над отрицательными результатами многочисленных экспериментов, целью которых было увидеть аурические излучения или сфотографировать тонкие явления. Почему то, что без особого труда достигалось в XIX веке, стало совершенно невозможным в ХХ? Интуиция подсказывала ему, что дело было не в условиях опытов и даже не в людях, казалось, что на тонкие проявления материи действовал какой-то внешний фактор, обладающий большой мощностью и проникающим воздействием.

Сергей рассуждал так: излучения человека, называемые аурой, создаются хорошо известными науке частицами и взаимодействиями. Не нужно выдумывать что-то новое, если какой-либо феномен можно объяснить известными причинами (принцип бритвы Оккамы). Предположим, что эти излучения генерируются электронами при их переходах на внешних орбиталях атомов. Если это так, то какой же физический фактор смог бы сильно повлиять на такие переходы? И тут его осенило: а что если это радиоволны!

В самом деле с начала ХХ века в мире повсеместно развиваются средства радиосвязи. Сначала в относительно узком диапазоне длинных и средних волн, а потом и коротковолновые. Массово появляются радиовещательные и телевизионные центры, растет их мощность. Возникает сотовая телефонная связь. В конце концов, к концу века на поверхности планеты практически не остаётся мест, куда не проникали бы вездесущие радиоволны, которые по теории должны влиять на состояние электронных оболочек атомов. В XIX веке радиосвязи не было, и сенситивы наблюдают слабое свечение кристаллов, магнитов, живых объектов; фотографы запечатлевают на чувствительных материалах невидимые физическому глазу проявления существ, не обладающих физическими телами. Как можно, не обладая физическим телом, продолжать своё существование? Сергей понимал это так. Вся проявленная материя имеет двойственные проявления: корпускулярные и волновые и может существовать в этих двух состояниях.

Из квантовой механики известно, что если частица не подвергается акту квантового измерения (иными словами, не взаимодействует с другими частицами), она может утрачивать свою четкую локализацию в пространстве и переходить в так называемое «квантовое состояние», в котором она перестаёт взаимодействовать с любыми проявленными объектами объективного мира. Её новое состояние теперь описывает волновая функция, которая характеризует вероятность обнаружения этой частицы в пространстве трёх измерений. Частица как бы существует везде, но в некоторых местах её больше. Тем не менее, она продолжает своё бытие и сохраняет свои главные квантовые характеристики. Если такая частица принадлежит человеческому сознанию, она будет управляема его волей даже не будучи видимой другим воплощённым людям. Значит, существует непроявленная материя, и продолжение жизни человеческого сознания возможно в другой, невидимой форме, которую пока не исследовала современная наука.

Вероятно, до появления на Земле радиоволн, возможности изучения проявления слабых излучений, особым образом связанных с этими квантовыми состояниями материи, сохранялись. Но вот люди начали засорять пространство искусственными электромагнитными волнами, перегружать его в широком частотном диапазоне, грубо влиять на тончайшие процессы, о которых они даже понятия не имеют. Эту гипотезу надо было срочно проверить экспериментом, и как настоящий учёный Сергей начал обдумывать его условия.

Глава 8. Сьянский эксперимент

Прекрасным солнечным весенним утром группа молодых людей в количестве пяти человек вышла из метро «Домодедовская» и направилась на ближайшую автобусную остановку. Они сели в рейсовый автобус №439, который направлялся до Сьян. Доехав до реки Пахры, они вышли в районе Новленских Выселок и продолжили свой путь пешком. Кроме них на той же остановке вышел ещё один человек. На вид ему было лет сорок, а может тридцать. В его облике не было ничего примечательного: ни в чертах лица, ни в одежде не было ни одной запоминающейся яркой детали. Человек замешкался на остановке, а ребята бодро зашагали с рюкзачками на плечах по мосту через реку и свернули направо в сторону плотины.

Пройдя по берегу метров 300, не доходя до плотины, они спустились в пещеру. Это была знаменитая в кругах спелеологов Сьянская катакомбная система – наиболее известная из подмосковных известняковых пещер искусственного происхождения. Говорят, что пещеры возникли в XVIII веке, когда здесь начали добывать белый камень для строительства крепостей, храмов и часовень. В 1930-х годах здешний камень пошёл на укрепление полосы Домодедовского аэропорта, после чего месторождение было закрыто. В 60-х годах общая длина запутанной сети тоннелей, по некоторым оценкам, превышала 90 км. Однако после того как в 1969 году пещеру закрыли (якобы из-за того, что в ней потерялся ребёнок), бесхозная пещера успела частично обвалиться. Сьянские катакомбы являются одной из самых глубоких пещер Московской области.

Согласно замерам 1996 года её глубина в некоторых местах достигает 30 метров. Пещера имеет большое количество штреков высотой до 3,5 метров. Илья не раз бывал здесь раньше и хорошо ориентировался в обстановке. Он был проводником и ведущим. Кроме Сергея Нестерова, Петра и Марины с друзьями была Анечка – девушка 25 лет с большими грустными глазами. Сергей пригласил её в эту экспедицию, поскольку, по его мнению, Аня обладала ярко выраженными сенситивными способностями, которые могли в этот раз пригодиться. Друзья намеревались провести в пещере эксперимент по наблюдению одических излучений, который они уже много раз проделывали раньше.

Илья был лично знаком с некоторыми «системщиками» (завсегдатаями Сьямских катакомб) и знал, что нужно обязательно отметиться в журнале посещений. Он переписал всю команду и указал время входа. Путешественники достали из рюкзаков фонари и вслед за Ильёй углубились в пещеру. Они шли довольно долго, освещая дорогу фонарями. Они миновали несколько расширяющихся залов и начали медленный спуск. Все разговоры как то прекратились сами собой, приходилось внимательно смотреть под ноги и по сторонам, чтобы не упасть и не удариться. Наконец, ребята дошли до места назначения.

– Это грот «Млечный путь», – сказал Илья, посветив на потолок. Свет отразился от небольших кристаллов мириадой волшебных огоньков. Зрелище впечатляло. – Это одно из самых загадочных мест Сьямских пещер.

Друзья начали доставать из своих рюкзаков всё, что потребуется в эксперименте, который они намеревались провести. Каждый взял с собой складной стульчик, Марина достала большой кристалл горного хрусталя, Петр – сильный постоянный магнит из магнитотвердых спеченных материалов на основе сплавов неодима с железом и бором, Сергей химическую посуду и реактивы. Все уселись в круг на расстоянии примерно 2 метров друг от друга. В середине положили предметы, обладающие способностью генерировать сильные одические излучения. Сергей достал радиосканер (коммуникационный приёмник IC-R5 Icom Inc.), включил его и начал сканировать пещеру на наличие электромагнитных волн. На лбу его горел небольшой фонарик на резинке, пальцы медленно перемещали колесо детектора, глаза внимательно следили за индикатором радиосигналов. Все молча ждали пока Серёжа священнодействовал.

Наконец, он закончил замеры и произнёс:

– Очень хорошо. Можно считать, что электромагнитные излучения с поверхности практически не проникают в пещеру. Теперь давайте сядем поудобнее и погасим весь свет. Имейте в виду сидеть, вероятно, придётся долго – может быть два или три часа, наберитесь терпения. Объявляю ещё раз цель опыта: каждый стремится рассмотреть в полной темноте световые эффекты от этих предметов. Говорить вслух желательно только по делу. Опыт начался. Грот был довольно большой, ребята сели подальше от стен и теперь в кромешной тьме и тишине они испытали странное ощущение потери ориентации в пространстве. Почти сразу с выключением всех фонарей стало непонятно даже направление, в котором надлежало смотреть. Воцарилась полная тишина, которую каждый боялся нарушить даже своим дыханием. Так прошло сколько-то времени, казалось час, но точно определить было трудно. Неожиданно для всех Анечка сказала:

– Я вижу светящиеся струйки.

– Опиши подробнее что ты видишь, – сказал ей Сергей.

– Это похоже на пламя. Оно ни на мгновение не остаётся спокойным: искрится, мерцает. Очень красиво! Мне кажется я вижу несколько источников. Они имеют разную интенсивность и цвета. Иногда они как бы потухают и потом вспыхивают снова. Здорово.

– Какие цвета ты видишь, Аня?

– В одном месте свет явно белый, а в двух других свечение вроде бы красноватое и синеватое… Если закрываешь глаза, то от них остаётся яркий послеобраз… Ой, мне кажется я вижу чьи то пальцы, точнее свет, исходящий из пальцев рук…

Пётр резко перебил разговор Ани и Сергея:

– Я слышу какое-то движение в том направлении.

– Какое движение? – спросил Сергей.

– Будто к нам кто-то тихо крадётся.

– Внимание, я включаю свет, – сказал Сергей и через секунду он включил свой фонарь.

Пётр тоже включил фонарь и сразу направил его в направлении звуков. Оказывается он сидел ближе всех к входу в грот, а звуки доносились оттуда. Пётр поднялся с места и сразу направился к входу. Вдруг очень чётко для всех присутствующих из тоннеля послышались звуки убегающего человека. Пётр было бросился за ним, но, не пробежав и пяти шагов, запнулся о камень и растянулся во весь рост. Эксперимент был прерван. Ребята недоумевали: кто бы это мог быть. Общее эмоциональное возбуждение нарушило требуемый для работы настрой, но, несмотря на досадный инцидент, Сергей всё равно испытывал огромную радость.

– У нас получилось. – сказал он когда волнение успокоилось. – Наша гипотеза, вероятно, правильна!

– С этого места, пожалуйста, поподробнее, – сказал Пётр, отряхивая штаны.

– Понимаете, в прошлом, вплоть до конца ХIХ века, аурическое излучение можно было наблюдать в абсолютной темноте как слабое свечение обычным зрением (например, знакомые вам опыты барона фон Рейхенбаха). Однако с начала ХХ века, с развитием в мире средств радиосвязи и перенасыщением пространства электромагнитными излучениями различных длин волн, подобные феномены сделались невозможными. Я предположил, что причина этого заключается в том, что радиоволны изменяют состояние атомов так, что их электроны не могут занимать те орбитали (предположительно ридберговские), излучения которых имели длину волн видимой части ауры. Радиоволны непрерывно производят акты квантовых измерений на этих уровнях, взаимодействуя с электронами атомов, достигающими необходимых энергетических состояний, таким образом, что в спектрах излучения атомов образуются бреши по длинам волн видимой части ауры.

Наш сегодняшний эксперимент был проверкой этой гипотезы. Сюда в пещеру практически не проникают радиоволны, и, значит, атомы материальных объектов снова получают возможность генерировать слабое одическое свечение. Аня заметила его уже через 40 минут и точно описала его, как это описано у Рейхенбаха. Жалко, мы прервали опыт.

– Так давай, повторим его.

Но в этот день опыт больше не повторяли. На обратном пути все безуспешно искали следы таинственного пришельца.

Глава 9. Появление графа Воронцова

Сергей понимал, что теперь, после удачного подтверждения его электромагнитной гипотезы, перед ребятами открывались новые перспективы исследования ауры и тонких явлений. Опыт в пещере был повторён с Анечкой ещё дважды. Оба раза она видела одическое свечение магнита, кристалла и простых химических реакций, описанных фон Рейхенбахом. Во втором случае Сергей даже усложнил опыт, применив экранирование объектов излучения. Аня ни разу не ошиблась. Более того, она добавила к описанию несколько подробностей, о которых знать не могла. Она рассмотрела свечения кристаллических пород в пещере, излучения пальцев рук Сергея. В общем, сомнений не оставалось – радиоволны влияют на возможности проявления и объективной регистрации ауры. Но тогда резонно было предположить, что радиоволны влияют вообще на природу всего живого на Земле, возможно даже приводят к каким-то мутациям в растениях, животных, в людях. Не являются ли они причиной возникновения и развития каких-нибудь заболеваний человечества, его психических нарушений? Этого никто, конечно, не исследовал в надлежащих масштабах. А как они влияют на состояния ближайших слоёв Тонкого Мира? Вопросов возникло много, но важнее всего было теперь продолжить работу по изучению ауры.

Конечно, экспедиции в пещеру не могли обеспечить качественное продолжение дальнейших исследований. Там не было требуемых условий для полноценных научных экспериментов. Требовалось оборудование специальной лаборатории. На очередной встрече Сергей предложил переоборудовать вагончик под лабораторию для изучения Психической Энергии человека. Ребята поддержали его идею. Чтобы экранировать вагончик от радиоволн, было решено полностью оббить его изнутри металлической сеткой с ячейкой определённого размера. Сетку необходимо было заземлить в нескольких местах по периметру, обеспечивая тем самым требуемое для экрана качество заземления.

Следующие выходные ребята дружно принялись за работу и потратили на неё оба выходных. Наконец, подготовка была закончена, радиосканер показал достаточную степень экранирования от электромагнитных колебаний в радиодиапазоне. Решили повторить опыт с наблюдением одических излучений. Проблема была в том, что никто из группы не видел эти явления так ясно и отчётливо, как Анечка, но она не могла приехать по семейным обстоятельствам. И всё-таки желание продолжить работу было таким сильным, что решено было повторить опыт даже без Ани.

Окна закрыли светонепроницаемыми ставнями, и опыт начался. Прошёл час, потом второй, но результатов не было. Когда заканчивался третий час коллективных бдений во тьме Марина сказала: «Зря мы начали без Ани. Внешние условия может быть и хороши, да внутренних наших способностей видно не хватает». Сергей ответил ей: «Какими бы способностями каждый из нас не обладал для успеха в любом опыте нужно прежде всего верить в результат и желать его всем сердцем». «Совершенно верно», – произнёс голос, который не принадлежал никому из присутствующих.

Казалось, что говорящий находился в середине помещения, как раз там, где стоял стол с предметами для наблюдения. Голос незнакомца звучал не совсем так, как звучат обычные человеческие голоса. Он был то ли немного потише, то ли в другом необычном для человеческого уха тембре. Илья включил свет. В середине комнаты возле стола стоял человек, облаченный в одежду русского аристократа начала XIX века. «Честь имею представиться – Михаил Семёнович Воронцов», – сказал он с улыбкой. Лица присутствующих выражали крайнюю степень удивления… Все вспомнили о легендарном графе М.С. Воронцове (1782-1856).

– Прошу прощение за своё внезапное появление, – продолжил незнакомец. – Надеюсь, никого не напугал.

– Как Вы попали сюда, двери же были заперты? – спросил Илья.

– Я попал сюда прямо из пространства, – ответил граф – И возможность моего появления здесь связана исключительно с Вашей смекалкой. Не защити Вы этот кусочек пространства от влияния радиоволн, мой визит был бы решительно невозможен, ведь моя внешняя оболочка состоит из молекул, находящихся в особом, не очень стабильном состоянии. Мы называем это состояние «уплотнённый астрал». Благодаря такому телу мы, жители Тонкого мира, можем опускаться в физический мир из более разряжённых слоёв пространства, и даже вступать с воплощёнными людьми в непосредственный контакт, как я сейчас это делаю.

– Значит, Вы могли бы проникнуть в любое закрытое помещение? – спросила Марина.

– Конечно, представьте себе, что в нашем мире на одно измерение больше, чем в вашем, и потому любые трёхмерные покровы любого физического объекта прозрачны для нашего сосредоточенного зрения.

– Но ведь Вы, конечно, пришли к нам не для того, чтобы поразить нас своими удивительными возможностями появления ниоткуда? – спросил Сергей.

– Почему бы и нет? Неужели люди, так много сделавшие для сближения двух миров, не достойны воочию убедиться в правоте своих убеждений? Вы посвящаете своё свободное время важнейшей задаче, связанной с эволюцией всего человечества, и мы хотим помочь вам. Вы, не видевшие нашего мира, всё же верите в его существование и трудитесь, чтобы в него поверили другие. Впрочем, вы, конечно, видели наш мир, и кое с кем мы даже встречались там, но, я полагаю, вы не помните об этом.

– Кто же Вы такие? – спросила Марина.

– Мы – люди, посвятившие своё время исследованию тайн Природы, для ускорения эволюции всего человечества.

Всех присутствующих охватила радость. Наверное эту радость излучал граф Воронцов, а может быть они почувствовали, что являются участниками чего-то очень важного, ради чего стоит жить и работать!

Глава 10. Друзья попадают в разработку

На столе у капитана Серова лежала папка с электронной перепиской Сергея Нестерова с разными корреспондентами за последние два месяца, из которой следовало, что Нестеров интересуется технологией получения фотографий по старым технологиям, ищет и приобретает объективы, химические реактивы, исследует спектральные характеристики объективов и процессы получения фотографических изображений в различных эмульсиях.

Две недели назад его агент Гера принёс рапорт, в котором подробно описал крайне подозрительную поездку Нестерова с его дружками в Сьянские пещеры и какие-то мистические опыты, которые они там проводили в полной темноте. Через знакомых некой Анны Самойловой, принимавшей участие в этой поездке, удалось узнать, что Нестерова интересовала возможность наблюдать свечение кристаллов хрусталя и магнитов, и что это имело какое-то отношение к радиоволновому фону местности (возможно даже к радиационному фону). Для измерений Нестеров пользовался каким-то прибором (вероятно, дозиметром). Полученные сведения были крайне противоречивыми и не давали чёткой информации об истинных целях работы Нестерова и о том насколько он продвинулся в своей работе. Серову хотелось большего. Он снова вызвал к себе Геру.

– Мне нужна более подробная информация о работе Нестерова, – сказал Серов. – Ты должен узнать где, с кем, какие экспериментальные работы он ведёт. Я должен понять насколько серьёзно то, что они делают. Есть ли у них конкретные результаты.

– Я постараюсь. Это не так просто. Может просто взять их за жабры? Сыворотка правды, например. Они сами всё расскажут как миленькие.

– Это вопрос не нашей с тобой компетенции. И к тому же чтобы начинать его трясти, прежде нужно понять стоит ли овчинка выделки. Вот ты и расскажи мне, что Нестеров это новый Никола Тесла, а то получится как с торсионными генераторами. Даю тебе две недели…

Гера сперва нашёл дом и квартиру Нестерова. Он узнал, что Сергей Нестеров проживает с мамой, пенсионеркой. Осмотрев дверь и замок, он убедился, что без труда мог бы проникнуть в квартиру когда там никого не будет и выкрасть, например, жёсткий диск его компьютера, может быть даже повезёт захватить какие-нибудь рукописи, конспекты, схемы, рисунки. По мнению Геры Нестеров не допускает возможности такого развития событий. Он же не профессиональный разведчик, конечно, не думает, что может для кого-то представлять интерес, и потому его не трудно будет просканировать.

Однако в этом случае существовал риск, что у Нестерова ещё не было практических результатов, и после кражи, он мог бы насторожиться, и нужную информацию получать стало бы труднее. Тогда Гера обратил своё внимание на друзей Нестерова. Все они жили в Подмосковье, были достаточно простыми и открытыми людьми, по месту работы характеризовались положительно, к бизнесу имели весьма далёкое отношение и потому не занимались такими делами, за которые их можно было бы их прижать. Если бы Гера нарыл компромат на кого-нибудь из них, уж он-то знал, как ему тогда поступать.

Неделя ушла у него на то, чтобы навести справки в налоговой инспекции и регистрационной палате, но и там ничего интересного не было: ни задолженности по налогам; ни имущества не по средствам; ни залогов и обременений; ни сомнительных сделок. Гера узнал про увлечение ребят астрономией и, в конце концов, даже выследил куда ребята ездят по выходным и где встречаются с Нестеровым. Вагончик в лесу очень заинтересовал его. Он решил не спешить с докладом шефу, а поразить его своей профессиональной работой. У Геры возник план.

Глава 11. Первая беседа графа Воронцова

Первое появление графа Воронцова очень воодушевило друзей. Граф сказал, что не может долго пребывать в физическом мире, но будет посещать группу, когда она будет собираться здесь. Кроме того, он намеревался кое о чём рассказать в следующий раз. И эту встречу назначили на следующую субботу 24 число. В условленный день все прибыли к назначенному времени. Пётр взял стул с высокой спинкой и переставил его на место во главу стола. «Это для графа» – сказал он вслух. Не успел он дойти до своего места, в поставленном стуле на глазах у всех материализовался сам Михаил Семёнович. Это произошло не молниеносно. Процесс занял почти три секунды.

– Приветствую всех собравшихся, – сказал он с улыбкой. Глаза графа словно излучали свет его души. Марине показалось, что даже тело его светилось едва заметным внутренним светом. Я обещал кое о чём рассказать вам сегодня, друзья. Вы собираетесь здесь для изучения ауры. Хочу рассказать вам об ауре. Аура есть явление реальное, мощное и сильное, хотя и не видимое глазу. Ее постоянно имеем с собой. Ею обуславливаются кармические связи и взаимоотношения с людьми. Ею строит человек свою жизнь. Излучения постоянны. Они взаимодействуют с окружающей средой. И можно представить себе, сколь важно для самого человека, окружающих и пространства, чтобы излучения эти были строительны и гармоничны, ибо есть ауры, излучающие энергии разложения, разрушения, болезней и тьмы. Носители их отравляют не только себя, но и пространство, и всех, кто соприкасается с ними и чья заградительная сеть недостаточно сильна, чтобы защититься, или не в порядке. Таких вредителей на планете не мало. Но еще нет законов, ограждающих от них обычных людей. И потому обычные люди часто совсем беззащитны. Поэтому вопрос о содержании заградительной сети в полном порядке важен чрезвычайно.

Человек – это мощная силовая светоустановка, постоянно излучающая светоэнергии различного порядка и насыщающая ими пространство и все окружающее. От человека никуда не уйти, и излучение его психо-физического аппарата необходимо для того, чтобы эту мощную, подвижную и необычайно сложную аппаратуру можно было сознательно использовать во благо всего живущего во всех Мирах. И действительно, каждое движение в человеческом микрокосме сопровождается световыми импульсами, или реакциями, которые постоянно оставляют след свой в пространстве. Эти излучения могут быть светлыми, темными или смешанными. Магнит человеческий, подобно обычному магниту, имеет вокруг себя магнитное поле, насыщенное эманациями его сущности. Человек постоянно излучает свет или тьму. Свою аппаратуру нужно изучить полностью и до конца, насколько это позволяет сознание. Чем шире оно, чем больше вмещает, тем излучение глубже. Светоносная сущность человека в буквальном смысле может быть благодетельной для целой местности или даже страны, в которой он живет. А в исключительных случаях – для всей планеты.

Аура – это открытая книга, по которой свободно читается сущность человека. К чтению или ощущению чужой ауры следует относиться очень внимательно, и тогда эти ощущения начнут проявляться все ярче и ярче. Особенно резко первое впечатление, но на него мало обращают внимание, и оно тонет в последующих, уже неясных и смешанных, восприятиях, ибо вмешивается рассудок, затемняющий чувствознание. Аура соткана из излучения человеческого микрокосма. Ее структура находится в тесной зависимости от физического, эмоционального, ментального и духовного состояний человека, которые составляют ее четверичную основу. Можно подразделение углубить и довести до семи. Но для практических целей достаточно четырех. Как это ни странно, но физические излучения тела играют наименьшую роль, если духовная сторона достаточно развита. Аура и заградительная сеть тесно связаны друг с другом. Но больное тело может обладать мощной заградительной сетью, если дух силен.

Аура есть результат многовековых накоплений. Та ступень, которой достиг человек на лестнице жизни, запечатлена на его ауре, так как излучения ауры обуславливаются достигнутой ступенью. Аурой окружены все тела и предметы проявленного мира, аурой окружено все – от электрона и атома до солнц и планет и всех мировых тел. Также и все особи растительного и животного мира тоже имеют ауру. Каждое из соответствующих тел или проводников человека характеризуется своими излучениями, степень и напряжение которых зависит от присущей им активности, склонностей, привычек и прочего. Качества духа представляют собою формы утвержденных в микрокосмосе человека огней и являются основою аурических излучений.

Состояния сознания в каждый данный момент также сопровождаются соответствующими каждому из них излучениями. Аурой же обуславливается и характер и напряжение заградительной сети. Окутывая себя потоком частиц светящейся материи, можно мгновенно изменить свет своих эманаций. Окружен этими эманациями человек постоянно. Чувства, эмоции и мысли составляют их сущность и цвета. Каждая мысль, несущая Свет или тьму, вносит светимость свою в ореол ауры. Свет поступает через ауру. Ее охранять следует еще более тщательно и бережно, чем даже здоровье. О здоровье тела заботятся очень, но о здоровье духа подчас забывают. Здоровая аура и телу здоровье придаст. Аура физического тела зависит от физического состояния организма, и в случае болезни ею управить не так-то легко. Но аура других оболочек зависит от воли и подчиняется ей. Когда люди соприкасаются друг с другом, всегда происходит взаимообмен энергий. Аурические излучения вступают во взаимодействие.

Степень и характер этих соприкасаний нетрудно представить себе, зная хотя бы приблизительно эмоциональное состояние и мысли их участников. Злоба, раздражение, зависть, ложь и все прочие подобные чувства дадут отталкивающую картину взаимообмена отрицательных энергий, обезображивающих ауры. Все добрые положительные чувства и доброжелательность усилят ауры взаимно и поднимут светоносность излучений. Если бы только люди поняли, сколько теряют они при обоюдной вражде и недоброжелательстве. Конечно, светлая и добрая аура тоже теряет в своей светоносности при соприкасании с темной и злой, но при этом необходимо отметить, что зло не увеличивается, а уменьшается, ибо в той или иной степени погашается аурой светлой. При взаимной враждебности зло, наоборот, увеличивается и возрастает в своем напряжении. Этот взаимообмен аурических излучений имеет очень большое значение в жизни людей. Он несет с собою радость или горе, болезнь или здоровье, спокойствие или тревогу, беспокойство или страх. Подсознательно люди многое знают. Даже собака знает, какую траву ему надо есть, когда заболевает.

Первая ступень самозащиты – это не допускать заражаться отрицательными эмоциями, чувствами и мыслями собеседника, всеми силами стремясь удерживать равновесие и светлое состояние своей ауры. Аура есть психическая энергия. Психическая энергия может накапливаться и накапливается на различных предметах. При физическом прикосновении накопления эти усиливаются. Предметы и вещи и особенно одежда – собиратели психической энергии. Дома, старые обжитые дома – это своего рода музеи, где тяжко и крепко наслоились отложения психической энергии. Каждый предмет, побывавший в руках человека, несет на себе отпечатки его ауры. Приходится очень осмотрительно относиться к вещам, побывавшим уже у кого-то. В большинстве случаев насыщение их отрицательное. Мало у людей светлых предметов, наполненных благой аурой. Вибрации ауры вещей и предметов воздействуют на тех, кому с ними приходится иметь дело. Трудно даже представить себе, чем насыщено все, что окружает человека и с чем приходится ему соприкасаться. Так называемые общественные места часто заражены нездоровыми излучениями их посетителей. Но ужас наполняет атмосферу карточных притонов и мест, где уявляются низшие страсти людей. Следует избегать подобных мест даже от случайного и короткого соприкосновения с ними. Чем наполнены тюрьмы, места ссылки, вытрезвители, больницы! Места заключения и концертные залы резко отличаются тем, что наслоено на них. Так же отличаются дома молитвы от домов разврата.

Также каждая квартира имеет свою психическую атмосферу. Все это относится к области невидимых энергий, но тем не менее яро воздействующих на психику человека. Можно пресечь хулиганство, грубость, скандалы, ссоры, но невозможно оградить сознание от воздействия ауры того места, в котором оно находится. Тонко чувствительные организмы остро воспринимают эти влияния, хотя обычно и не отдают себе отчета – почему. Каждый человек после себя оставляет свой след там, где он побывал. Собака это знает лучше людей и находит след своего хозяина. Но люди этого знать не хотят. Всю свою жизнь человек насыщает излучениями своей ауры все, с чем он соприкасается, осветляя или отемняя предметы и вещи, его окружающие. Эта невидимая аура материальных предметов относится уже к области Тонкого Мира, где все это видимо явно и тонкое зрение сенситива многое может различить и отметить. Можно представить себе, насколько загрязнено и запятнано все при современном состоянии человечества и насколько заражена аура Земли подобными насыщениями. В пространстве явно и тяжко запечатлевается все. Светлое сознание наполняет все светом, темное – тьмою. Сколько предстоит осветлить, очистить, улучшить, прежде чем Свет наступающей Эпохи Огня загорится над миром. Очищение – это величайшая задача грядущего дня. В ней примут участие массы. Но сознание их должно прежде дорасти до понимания ответственности каждого за чистоту ауры Земли и пространства, в котором живем, чувствуем, мыслим и которое насыщаем психическими продуктами своего сознания.

На сегодня достаточно. Мне пора. Он закончил свою пламенную речь и растворился.

Некоторое время после этого в помещении висела тишина. Потом слово взял Сергей Нестеров. Он предложил в виду огромной актуальности темы основать лабораторию по изучению психической энергии. Ребята дружно поддержали его предложение…

Глава 12. Куда посылают крадущихся во мраке

Гера приехал уже под вечер. Он сошёл с электрички и не спеша направился по знакомой ему дороге. Он не случайно выбрал вторник, зная, что сегодня к вагончику никто не приедет. Шла обычная рабочая неделя, все были заняты по работе, и на поездку сюда в будний день у знакомых Нестерова просто не оставалось времени. Когда он добрался до вагончика, уже совсем стемнело. Место было уединённое, и это означало, что сюда вряд ли забредёт случайный прохожий. Подойдя к двери вагончика, Гера снял рюкзак, в котором лежали предусмотрительно положенные им перчатки, фонарь, инструмент для работы и фотоаппарат. Он затаил дыхание, прислушиваясь к звукам в лесу. Всё было тихо. Гера, без спешки, одел перчатки, достал монтировку, и ловким, отработанным за годы труда приёмом, сорвал не слишком крепкий навесной замок с двери. Войдя внутрь, он предусмотрительно прикрыл за собою дверь, одел налобный фонарь и приступил к осмотру помещения, напевая себе под нос «Мурку». Работал он методично, обращая внимание на все даже незначительные детали…

Внезапно Гера почувствовал как кто-то положил руку на его плечо. Он вскрикнул от ужаса и резко повернулся, при этом его движение было таким внезапным, что он не удержал равновесия и сел на пятую точку. Над ним во весь рост возвышалась мощная человеческая фигура.

– Слушай меня внимательно и запоминай. Ты никогда и ни за кем больше не будешь следить потому, что тебе не нравится такая работа. Ты не хочешь и не будешь работать на прежнем месте. Ты навсегда забыл сюда дорогу и всё, что касается дела Нестерова. А сейчас возвращайся домой, завтра же покупай билет и езжай к тётке в Салехард.

Гера медленно поднялся с пола, как бы мучительно пытаясь вспомнить что-то, что ускользало от его сознания. Не оглядываясь назад, он твёрдо пошёл по направлению к станции. На следующий день он уехал. Больше в Москве его никто не видел.

Глава 13. Вторая беседа графа Воронцова

Сергей Нестеров с большой радостью вспоминал события последних дней. Далеко не всем выпадает в жизни счастье быть свидетелем таких в высшей степени необычайных феноменов, как чудесное явление графа Воронцова. Сергею было очевидно, что направление ими взято правильно и нужно продолжать начатую работу.

Когда ребята собрались вместе в следующий раз, они обнаружили, что кто-то сломал замок на вагончике и проник в него. У самой двери они нашли рюкзачок, в котором были инструменты, отмычки, фотоаппарат, специальные пакеты для забора вещественных доказательств. Ясно было, что к ним приходил не простой воришка, а настоящий профессионал. Но что ему было здесь нужно? Осмотр показал, что ничего из вещей не пропало, даже не было следов явного обыска. Очевидно, что что-то или кто-то помешал незнакомцу закончить начатое дело, и он был вынужден уходить столь стремительно, что не смог взять свой рюкзак.

Друзья обсуждали эту неприятную ситуацию и возможные последствия случившегося инцидента, как вдруг какая-то сила заставила их замолчать. Всё внимание было обращено к стулу во главе стола. Там появился уже знакомый им образ графа Воронцова.

– Приветствую вас, мои молодые друзья! Вам нужно быть внимательнее и осторожнее. Недобрые люди следят за вашей работой, следует поменять место дислокации… Он сделал небольшую паузу и продолжил:

– В прошлый раз я немного рассказал о сущности ауры, сегодня я хочу рассказать о возможности её исследования.

Все сели за стол и собрались внимательно слушать графа Воронцова.

– Лишь первичные опыты были произведены при изучении излучений, – начал граф своё повествование, – и такие начальные нахождения уже привлекли пытливые умы. Теперь, когда все аппараты утончились, ученые должны немедленно приступить к дальнейшим опытам. Значение изучения излучений громадно. Новая Эра нуждается в подтверждении Тонких энергий. Вы, конечно, слышали об изобретении супругов Кирлиан. Оно настолько велико и значительно, что даже трудно представить себе, какое огромное влияние будет иметь оно во многих областях нашей жизни.

Наша Великая Страна идет впереди других, и можно гордиться, что изобретение супругов Кирлиан, не менее важное по своему значению, чем запуск космического корабля, произошло именно в Нашей Стране созидания Нового Мира. Особенно интересными могут быть снимки напряженно работающего мозга и его различных частей. Какие неслыханные возможности в руки науки даются этим изобретением! Подобно тому, как смело устремилась впереди всех других она в область исследования космоса, может углубиться она в область исследования человеческого организма и занять ведущую роль также и здесь. Еще Рейхенбах в прошлом столетии пытался фотографировать в темноте излучения живых растений, но реальных практических последствий работа его не дала. Сколь же велика заслуга наших изобретателей, супругов Кирлиан, перед наукой и человечеством, ибо открытие их велико и всей глубины значения его учесть еще невозможно. Думается, что мы стоим перед поразительнейшим открытием нашего века, весь смысл и значение которого еще не осознаны нами. Много открытого, изобретенного было похоронено в нашей стране до Великой Октябрьской Революции. Но теперь время иное, и Мы уверены, что труды супругов Кирлиан найдут должную оценку и признание. Ведь центром-то всех достижений и всего прогресса является все-таки человек, и понимание всей сложности устройства аппарата человеческого организма и всех его функций может двинуть науку лишь только вперед.

Материя Тонкого мира не видима физическим глазом, но ведь и многие газы тоже глазом увидеть нельзя. Высокочастотная фотография, изобретенная супругами Кирлиан, уже позволяет улавливать, видеть и изучать излучения тонкого тела. Скоро и ауры будут фотографировать, а также некоторые предметы Тонкого Мира. Все миры материальны, только разной степени утончения, разреженности и вида материи. Но если научно исследовать атмосферу храма, концертного зала, спортивного стадиона и карточного или какого-то другого притона, то можно будет обнаружить в них присутствие некоторых газов, весьма различных по своим свойствам и удельному весу. Скоро и такие исследования станут доступными для науки.

Фотография Кирлиан позволяет регистрировать излучения также животных и растительных организмов. Но можно будет фиксировать излучения и некоторых других предметов. Все вещи плотного мира окружены аурой того или иного порядка. Многие люди понимают, что веревка, на которой сушится белье, и веревка, на которой кто-то повесился, отличаются друг от друга. И даже отрицатель тонких явлений не захочет положить под подушку веревку повешенного. Люди инстинктивно чувствуют приятность или отталкивающие свойства некоторых предметов.

Но привлекательность или неприятность излучений человеческой ауры они ощущают всегда и говорят: этот человек приятен, а тот очень неприятен, несимпатичен. Не хотят только дать себе отчет в том, почему именно в их организме при соприкосновении с теми или иными людьми возникает совершенно определенная реакция на невидимые излучения чужой ауры. Но можно научиться тонко отмечать, как собственная аура реагирует на встречные излучения и почему именно так, а не иначе. Поле для наблюдения широкое, и возможностей – без конца.

Мир Тонкий позволит себя изучать, если на него обращены внимание и мысль. Невежды от науки долго еще будут козырять терминами «это научно» и «это не научно». Сколько раз истинно научные открытия и теории были осмеяны этими невеждами от науки, прежде чем получить всеобщее признание, а также и признание науки. Вспомните Галилея, Коперника, вспомните тысячи убиенных и замученных во имя ложной науки и невежества. Вспомните теорию о неделимости атома и множество других, признанных официальной наукой, чтобы быть отвергнутыми позднее. Поэтому все эти утверждения о том, что «научно» и что «не научно», лишены всякого смысла. До сих пор еще отрицаются существование аурических излучений и явление энергии мысли. До сих пор, с точки зрения ложной науки, отрицаются Тонкий Мир и тонкие энергии. Многое отрицается этими невеждами от науки. Но действительность и несомненное неотрицаемы. Какое-то время еще можно ходить в псевдонаучных одеяниях. Но дни старого мира сочтены, равно как и дни ложной науки.

Наука давно уже углубилась в область невидимого глазу и расширила пределы материи и материальных явлений. Она пойдет еще дальше, ибо пути развития ее бесконечны, и научно докажет экспериментальным путем существование более тонких видов материи и энергии и тех образований, в которые они могут выливаться. Будут сделаны снимки невидимых излучении магнита, металлов, растений, животных и человека. Светящиеся рыбы не чудо. Не чудо и излучения человеческого организма. Знают, что мозг – это биохимическая электробатарея, отсюда недалеко не только до признания возможности его излучений, но и до фотографирования их на особо чувствительные пленки. Затем будет запечатлена на экране и мысль. В школах будущего будут учиться мыслить четко и ясно, проверяя отчетливость и точность мысленных форм на особых экранах, тут же в классах, на глазах у всех. Много чудес готовит наука для человека. Только эти чудеса из Мира сверхчувственного и потустороннего будут сведены на землю, облечены в доступные зримости формы и ограничены рамками точных законов уявления различных видов тончайшей материи. Научно будет доказано и продемонстрировано на аппаратах явление мысли и тех образов и форм, которые может она принимать. Увидят сияние, распространяемое вокруг головы человека, напряженно работающего мозгом. Убедятся, что электромагнитные волны особого порядка может излучать мозг, что эти волны, подобно радиоволнам, могут передаваться на расстояние и улавливаться не только другим человеком, но даже особо чувствительными аппаратами.

Доказав реальное существование мысли, наука пойдет дальше и установит путем электронного фотоаппарата наличие и существование тонкого тела и возможность пребывания в нем человеческого сознания после оставления им своего тела физического как при жизни в нем, так и после так называемой смерти. Граница между видимым и невидимым миром, которая частично уже перейдена наукой, будет стерта совсем. Произойдет объединение двух миров. Явления духовного порядка, которые столь же материальны, как и явления физические, но на высшей шкале, вольются в орбиту материального мира и утратят свою нематериальность и потусторонность. Все станет по эту сторону жизни, и воистину будет попрана смерть. Эта важная задача выпала на долю науки, ибо религия в решении этих вопросов не преуспела. Говорят: чудо! Чудес нет. Нет ничего из существующей реальности, что не входило бы в рамки закона и не обнималось бы им. Невежественно думать, что необъятность Вселенной и бесконечность Материи и ее уявлений можно ограничить человеческим пониманием от сегодня. Беспредельность во всем, а также и в нашем понимании строения Космоса и бесконечности уявлений великого неизвестного – материи, из которой Он состоит, свойства и виды которой только частично открыты современной наукой. Человечество идет к новым великим научным открытиям, долженствующим затмить собою все, что достигнуто до сих пор. Людям предстоит пережить великую революцию в науке, которая поставит на твердый фундамент научного обоснования чудеснейшие свойства вновь открываемых видов материи и энергии. Велико будущее, и Свет впереди.

Граф замолчал. Его изображение стало медленно растворяться.

Когда оно совсем пропало, Сергей сказал:

– Друзья мои, думаю, вы понимаете всю меру нашей ответственности, если наставления нам дают сами представители Высших Миров? У меня есть конкретные предложения по продолжению работы по изучению ауры, но, конечно, мы должны заниматься этим не в этом месте. Я не знаю пока где. Нужно подумать.

– Что тут думать, – сказала Марина, – у нас есть домик в лесу в Тамбовской области. Его можно оборудовать под лабораторию. Место чистое, и от чужих глаз далеко.

– А если мы организуем нашу работу по-другому, – включился Илья. – Планировать эксперименты, закупать расходные материалы, собирать установки будем здесь, а на сами опыты будем ездить туда?!

Предложение Марины с дополнением Ильи все поддержали. Сразу обсудили что потребуется сделать для оборудования лаборатории, составили примерную смету расходов.

Потом Сергей выступил и представил на обсуждение свой проект исследовательской программы. Программа состояла из трёх главных направлений:

1) проверка и отработка методов визуального наблюдения ауры;

2) кирлианография или газоразрядная визуализация ауры;

3) поиск условий и способов дистанционной аппаратной визуальной регистрации ауры.

Программу дружно поддержали. Для начала исследований требовалось приобрести материалы и аппаратуру. Составили список, оценили стоимость того, что требовалось купить, составили график закупок. Источник финансирования – личные средства участников (от каждого по возможности). Оборудование лаборатории взяли на себя Пётр и Марина, приобретение и доставку научного оборудования – Илья, проработку научной части программы и подготовку экспериментов – Сергей. Вагончик решено было перевезти в Тамбовскую область.

Глава 14. Дознание капитана Серова

Когда Гера перестал появляться на работе и подавать свои еженедельные рапорты, капитан Серов понял, что с ним что-то случилось и начал поиски. Друзей у Геры не было, в браке он не состоял, жил одиноко в своей квартире на Шоссе Энтузиастов. На звонки и электронные письма Гера не отвечал, дома его не было, никто из знакомых и соседей его не видел. «Как в воду канул». – подумал про себя Серов. Две недели ушли на поиски. В конце концов, «пробили» по базе его родственников; нашли, что в Салехарде живет его тетка; отправили запрос. Геру таки нашли, но телефонный разговор с ним не только ничего не прояснил, но даже немало озадачил Серова. Геру как будто подменили: он не объяснил внятно причины своего внезапного отъезда из Москвы, заладил, что не будет больше работать на Серова, сказал, что не помнит никакого Нестерова, вообще чем занимался последний месяц. Гера заговаривался, без причины начинал кричать или причитать, говорил, что уже много нагрешил в своей жизни, призывал Серова одуматься пока не поздно. Серов знал Геру без малого 20 лет. Его поведение и слова свидетельствовали о том, что либо у Геры «крыша поехала», либо его перекодировали.

Серов не верил в случайные совпадения, а потому связывал радикальные перемены сознания Геры с его последним заданием. А занимался он делом Нестерова, и теперь, после отъезда Геры, вместо ясности – полный туман.

Серов распорядился провести психиатрическое обследование Геры и прислать ему материалы экспертизы. Потом он пригласил к себе Акустика. Агент Акустик занимался прослушкой, установкой «жучков», камер скрытого наблюдения. Капитан приказал ему поставить «жучка» в квартире Нестерова и послушать месяц. Обо всём интересном Акустик должен был незамедлительно информировать Серова.

Глава 15. Третья беседа графа Воронцова

Между тем маленький коллектив дружно заработал по принятому плану. Пётр и Марина уехали в Тамбовскую область для оборудования лаборатории. Илья договаривался о покупке двух аппаратов для газоразрядной визуализации (один в составе программно-компьютерного комплекса из Санкт-Петербурга от Короткова К.Г., другой – большой мощности – для произвольных электродов из Краснодара от Бойченко А.Д.). Сергей разрабатывал программу экспериментов. Вагончик с большим трудом перевезли к лаборатории, заменив ему передний мост.

Наконец когда все приготовления были закончены, друзья собрались на новой исследовательской станции. Они вошли в вагончик и расселись по своим местам. Все обратили свои взгляды на место графа Воронцова. Они скорее почувствовали, чем увидели его присутствие. Прошло не менее десяти минут молчания, по истечении которых облик графа принял вполне физические черты.

– Здравствуйте, дорогие друзья! – начал граф Воронцов. – Я приветствую вас на новом чистом месте! Должен вам сказать, что это моё последнее появление, после которого я должен буду надолго отлучиться в такое место, откуда не смогу навещать вас в видимом теле. Однако я и дальше буду помогать вам в духе как раньше. Сегодня я хочу сказать слово о великом значении открытия, над которым вы будете работать. Ярое нарастание мрака заставляет спешить со снимками излучений. Светимость организма находится в тесной связи с уровнем сознания и будет в скором времени определяема при помощи аппаратов, дающих снимки излучений. Необходимость заставит прибегнуть к их помощи, так как иначе строительство жизни негодными руками невозможно будет вести. И сейчас они многому вредят, прикрываясь словами, но снимки излучений ауры позволят освободиться от словоблудов, воров, тунеядцев и всех прикрывающихся бумажными щитами. Пригодность каждого, какое бы место он ни занимал, будет определяться излучениями его собственной ауры. Тогда учителем в школу не пошлют человека с нечистой и нездоровой аурой или стяжателя на ответственный пост. Многое в жизни изменит применение снимков ауры в дополнение к паспортам.

Придется и психику перестраивать соответственно, и образ жизни. Следствия мысли будут видимы явно на излучениях человека, и дисциплина мыслей станет столь же необходимой, как и правило обычного поведения. Воспитание станет двусторонним: внешним и внутренним. От снимков излучений никуда не уйти, их фотография заменит современный паспорт или удостоверение личности и даст право на занятие того или иного положения в обществе и на определенную работу. Так, например, снимки с отемненными эманациями, указующие на неизжитые язвы духа, будут препятствием для занимания той или иной должности, требующей определенной чистоты излучений. Темный дух высокий общественный пост уже не займет. Особенно темных будут изолировать от людей, пока не изживут они свои язвы. Деление людей пойдет по светотени, и недостойные в руководители не попадут. Многое изменится в жизни общества. И лектор, читающий о чистоте или нравственном совершенствовании, читая лекцию, на экране, чистотой своих излучений, будет свидетельствовать о том, что он имеет право на то, чтобы поучать других. Также и ложь оратора немедленно отразится на стоящем за ним экране. Придется говорить только правду. Сейчас это трудно представить, но наука к тому приведет. Несчастливых браков, из-за несоответствия аур, не будет, ибо к браку будут допускаться люди, принадлежащие к одному и тому же вибрационному ключу. Люди красивыми станут и очень здоровыми, благодаря согласованности аурических излучений. Красота войдет в жизнь. Красота – основание Нового Мира.

Снимки излучений, то есть ауры, позволят обнаружить тайных дугпа , которые могут вредить по широкому кругу. Обезвредить этих противников эволюции необходимо, ибо зло, причиненное ими, велико. При малейшей опасности быть выявленными они прячут когти, и только глаза выдают. Поверх всех врагов есть враги человечества, которые могут находиться среди всех слоев населения, совершенно независимо от того, кого они представляют, или как они называются, или к чему принадлежат. Тем и опасны, что прячутся под самыми благовидными наименованиями. Снимки излучений сорвут маски с этих носителей тьмы, и еще одним видом зла на Земле станет меньше.

Омрачителем или осветителем пространства может быть назван человек. В ауре своей несет человек для окружающих здоровье, радость и свет или болезни, горе, страдания и тьму. Вопрос о человеческих излучениях важен необычайно. Изобретение супругов Кирлиан является величайшим открытием века. Потому и восстает против него тьма и препятствует его применению. Именно по этому замалчиванию явно нужного и полезного для самых широких областей жизни изобретения можно судить о его великой значимости.

На благо всего человечества Дано людям это открытие. Преступно и нелепо замалчивать то, что научно неопровержимо. Несомненное опрокинет все противодействия тьмы, и в этом процессе ведущая роль принадлежит науке. Не мистика, не фантазия, не суеверия, но научные факты разрушат нагромождения невежества. Снимки ауры будут лучшим удостоверением личности и пригодности ее для выполнения служебных и общественных обязанностей.

Прежнее, устаревшее, клерикальное деление на праведников и грешников отменяется. Если человек безусловно полезен для Эволюции, его можно отнести в стан служителей Света, если вреден – тьмы. Деление людей пойдет по светотени. Если, несмотря на кажущиеся недостатки, светлые излучения в ауре его преобладают, – это сотрудник Света, если преобладают темные излучения – это служитель тьмы, сознательный или бессознательный. Внешняя хорошесть и добродетельность значения не имеет. Ценность человека определяется его космическим паспортом, то есть снимком его ауры. Этот паспорт подделать нельзя. Какие бы кажущиеся достоинства ни имел человек и как бы добродетелен он ни был, если он вреден для Эволюции и если излучения ауры его темные, он причисляется к врагам Света, сознательным или бессознательным. Слишком много лицемерия в жизни и слишком много лжи.

Настает время, когда всех прикрывающихся придется выставить в их истинном свете и сорвать маски. Снимки аурических излучений дадут эту возможность. Набор воинов в стан Света будет весьма облегчен. И уже никто не займет места, ему не принадлежащего. Это право дается качеством и степенью светимости ауры. Много борьбы придется выдержать, прежде чем новый принцип паспортизации будет введен в жизнь. Снимки нужны для людей, чтобы безошибочно разобраться, какой работник заслуживает того или иного места. И разве можно будет допускать становиться учителями в школах людей, ауры которых запятнаны язвами злобы или раздражения? Таких обывателей даже близко нельзя подпускать к детям. Открытие высокочастотной фотографии, сделанное супругами Кирлиан, заслуживает названия великого. Как старается тьма его уничтожить и не давать ему путевки в жизнь! Разве истинная наука может противодействовать внедрению безусловно полезного? Не слабые ли места в своем мировоззрении пытается защитить кто-то, не дающий возможности внедрить в жизнь нечто очень нужное и полезное для Эволюции. Сколько церковных авторитетов полетит со своих тронов и сколько политических и государственных деятелей окажется в списках прикрывающихся, в списках врагов Света и Эволюции.

Поистине произойдет революция в оценке пригодности человека для той или иной роли на общественной лестнице. И тогда враг Света окажется таковым, как бы он себя ни называл. Ищем огонь духа в глазах или хотя бы искры. Каждый, в ком есть хотя бы искорка Света, уже имеет право на приближение. Никто не будет отвергнут из тех, кто имеет… Новые лучи изменят атмосферу Земли и создадут новые психопространственные условия, при которых расцветут цветы Света, цветы духа, но повянут и погибнут порождения тьмы. Она уже лишена фундамента и опоры в Тонком Мире. Будет лишена и в плотном. И не будет уже ей места на планете, а с нею и тем, кто ей служит.

Граф замолчал.

– Позвольте обратиться, многоуважаемый Михаил Семёнович, – начал Илья. – Мы все присутствующие здесь твердо решили посвятить своё время этой работе, с этой целью создали нашу маленькую лабораторию, сегодня мы с волнением узнали от Вас о том, какое поистине планетарное значение имеет открытие способа фотографирования ауры человека. Не могли бы Вы подсказать нам какие эксперименты мы должны проводить в первую очередь, на какие условия обратить особое внимание?

Граф Михаил Семёнович Воронцов улыбнулся и сказал:

– Дорогие мои юные друзья, в эту и в предыдущие наши встречи я достаточно много сказал вам не только о существе самой ауры, но и о подходах к её исследованию. Вспомните мои слова и крепко подумайте над ними… Закон, которому мы все здесь неукоснительно следуем, запрещает мне сказать больше дозволенного. Это великое открытие должно быть сделано вами самими. Услышьте ушами вашей души, увидьте её глазами, поймите вашими сердцами посылаемые вам наши мысли, и сделайте всё своими руками!

Глава 16. Как увидеть невидимое

Лаборатория по изучению психической энергии заработала в соответствии с принятым тематическим планом. К группе присоединились ещё две женщины Света и Лена, и общее количество участников достигло шести. Ребята тщательно планировали, обсуждали и готовили свои эксперименты, потом со всем необходимым приезжали в Тамбовскую область, где на научной станции проводили серию экспериментов. Такие встречи они называли между собой «сессиями». По завершению сессии они возвращались домой, где обрабатывали и анализировали полученные во время опытов материалы. По результатам работы Сергеем составлялся отчет, в котором подробно описывались условия и результаты проделанных опытов, анализ и выводы. Отпечатанные отчеты отвозились на базу, где они и хранились.

Одной из первых сессий стала та, на которой были изучены возможности применения пинацианола для сенсибилизации глаз с целью наблюдения и описания ауры человека в помещении, экранированном от влияния радиоволн. Незадолго до этого в Москве была издана книга Вальтера Кильнера «Атмосфера человека. Аура», которую Сергей Нестеров перевёл на русский язык и сам сверстал. Все сотрудники лаборатории прочитали эту книгу.

В вагончике создали условия освещения, описанные в книге Кильнера. Освещение было неярким, но достаточным для того, чтобы видеть все предметы и людей. Регулировать количество света в помещении можно было шторами на окне. Одна штора была матовой, давала рассеянный свет и полностью покрывала окно, вторая абсолютно непрозрачной и ею можно было регулировать количество света в помещении. Освещённость измеряли люксометром. На торцовой стене вагончика растянули чёрный бархатный экран (ткань, натянутую без провисаний по размеру стены). Спиртовой раствор пинацианола был залит в герметичную прозрачную для света стеклянную ёмкость, которая имела размеры окошка для обычной маски сварщика. Цвет этого состава был синий, ближе к индиго. Будучи установленной в чёрной светонепроницаемой маске, эта ёмкость становилась своеобразным фильтром, через который солнечный свет достигал глаз испытуемого. Маска была устроена таким образом, что исключала попадание света в глаза человека по любым другим каналам, кроме смотрового окошка с пинацианоловой кюветой.

Сергей приглашал в вагончик по одному испытуемому, объяснял каждому условия опыта. Испытуемый надевал маску, подходил к окну, обе шторки окна временно открывались и он мог видеть через пинацианоловый фильтр отражённый солнечный свет неба. Только эти лучи достигали его глаз, и он смотрел так примерно минуту. Затем Сергей закрывал шторки на окне таким образом, что в комнате едва можно было видеть предметы, отводил испытуемого в маске на исходную позицию, сам становился у противоположной стены перед чёрным бархатным экраном и опыт начинался.

Испытуемый должен был вслух описывать всё, что он видел. Сергей задавал ему наводящие вопросы, обращая внимание на подробности в рассказе испытуемого.

Практически все участники опытов видели рассеянные однородные излучения, распространяющиеся примерно на 3-5 см вокруг открытых участков тела человека, стоящего у чёрного экрана. Также все отметили световые лучи, исходящие из кончиков пальцев Сергея, которые достигали в длину примерно 20-40 см в зависимости от особенностей зрения испытуемого. Однако только Света начала описывать другое явление, которое представлялось гораздо более важным.

Она видела более тонкое как бы слабо светящееся образование яйцевидной формы, выходящее за контуры тела на 30-60 см, в некоторых местах до одного метра. Света говорила, что одежда до некоторой степени блокирует это излучение, точнее привносит в него свою компоненту. По её описаниям эта более тонкая аура, в отличие от однородного яркого свечения, которое видели все, имеет специфические цветовые оттенки не слишком ярких тонов и некую структуру. Когда условия опыта изменили и вместо чёрного фона сделали белый (просто натянули двухслойную простынь), Света стала различать неоднородные цветные включения в этой второй ауре. Они оказались устойчивыми для каждого наблюдаемого человека, хотя порою и казалось субъективно, что они как бы плавают в ауре в некоторых относительно стабильных границах.

Света неплохо рисовала, и потому ей не составляло большого труда рисовать эти фигуры в двух проекциях цветными карандашами. Когда все остальные сотрудники были обследованы ею на предмет описания этой ауры, выяснилось, что в ряде случаев наличие тёмных сгустков в ауре указывало на болезненные ощущения у соответствующих людей в какой-либо части тела. Например, у Ильи над правым ухом Света заметила подобие тёмного облака с чёрными «запятыми», а после опыта он сказал, что у него с утра болит голова справа как раз над ухом. Сергей поинтересовался у Светы не замечала ли она до этого опыта такие аурические свечения. Света ответила, что никогда раньше не задумывалась об этом серьёзно и потому не обращала внимания на такие вещи, но после сенсибилизации глаз пинацианолом да ещё при хорошем освещении это проявилось очень ярко.

Интересно, что феномен такого аурического зрения у Светы в разные дни проявлялся с разной силой. Иногда она вообще почти не видела второй ауры и путалась при её описании, а иногда уверенно называла всю цветовую гамму и чётко рисовала все включения. Неясно зависело ли это от состояния Светы, или от состояния наблюдаемого человека, или может быть даже от атмосферных и погодных условий. Однако, бесспорно, эта вторая аура (её размеры и структура) была тесно связана со здоровьем и психологическим состоянием наблюдаемых людей.

Глава 17. Человеческие излучения стабильно регистрируются аппаратами

Следующим интересным направлением исследований друзей-исследователей стало применение известного эффекта Кирлиан для изучения излучений человека. Программно-аппаратный комплекс, приобретённый у профессора Короткова К.Г. (Санкт-Петербург), позволял получать изображения газоразрядных фотографий в локальной зоне, минуя стадию фотографической проявки. Удобство обработки данных фотографий и получение их числовых характеристик позволило сразу начать интересные опыты. Например, группа испытуемых подвергалась фотографированию пальцев рук ежечасно на протяжении суток. Когда результаты эксперимента обработали, было замечено, что энергетическое состояние китайских меридианов людей, связанных с руками, имеет выраженную суточную периодичность с явными максимумами и минимумами в определённое время суток, причём время этих экстремальных значений примерно одинаковое для всей группы испытуемых по каждому меридиану. Это указывало на правоту китайской традиционной медицины, утверждающую феномен циклического двухчасового перемещения максимума энергии ЦИ по двенадцати главным парным меридианам.

Когда же были сопоставлены данные по ориентации Земли относительно звёздных секторов тропического Зодиака, стало очевидно, что максимумы энергии в меридианах наступали именно в то время, когда строго определённые (соответствующие) сектора неба (знаки Зодиака) появлялись из-за горизонта (Асцендент) и восходили по эклиптике к Зениту (МС). Эти эксперименты научно объясняли космические причины периодической активизации энергоканалов китайских меридианов и давали точное время максимумов и минимумов энергии в меридианах, что согласно китайской традиционной медицине должно обязательно учитываться при диагностике и лечении.

В ходе продолжения биоэлектрографических экспериментов было обнаружено, что в период полнолуния у людей (особенно подверженных лунным влияниям) на газоразрядных фотографиях появлялись странные световые излучения, выходящие далеко за пределы обычной короны пальцев. Это факт был подтвержден визуальным наблюдением по методу Кильнера. У наблюдаемых людей практически в два раза возрастали световые излучения из пальцев рук и некоторых участков тела. Природу этого явления ещё предстояло исследовать.

Не менее интересными были наблюдения за газоразрядным свечением пальцев людей, при прохождении Луны по положению Луны в гороскопе человека. То есть когда Луна оказывалась в зоне неба, где находилась Луна в момент рождения человека. В этот период на газоразрядных фотографиях испытуемого появлялись сильные колебания внутренней энергии. Сам человек в такие периоды всегда ощущал резкие перепады настроения и своей физической силы. Также весьма показательными были опыты газоразрядного фотографирования пальцев рук людей в периоды, когда Солнце в транзитной астрологической карте текущего момента имело значительные эссенциальные и акцидентальные поражения. В эти периоды у всех испытуемых в разной степени наблюдались энергетические ослабление и энергодефицит сердца, сердечно-сосудистой и нервной систем (по соответствующим секторам пальцев рук). Помимо фотографий пальцев на это указывали даже такие очевидные физиологические параметры, как артериальное давление и частота сердечных сокращений.

Прибор Короткова позволял регистрировать энергетическое насыщение обычной воды. Опыт был поставлен следующим образом. Из одного источника брали воду и разливали её в две одинаковые ёмкости (контрольную и опытную). Воду из опытной ёмкости подвергали облучению планет в фокальной плоскости телескопа в течение ночи. Затем производили газоразрядные снимки одинакового количества воды из контрольной и облучённой кюветы. Компьютерная обработка этих снимков наглядно показывала, что существенно меняется интенсивность и площадь свечения воды, что свидетельствовало о её энергонасыщении.

Все описанные выше опыты с излучениями свидетельствовали о том, что древняя астрология имеет вполне научные основания и её истинность с появлением новых приборов может быть научно доказана рядом правильно поставленных экспериментов. Однако, вероятно, самыми интересными опытами с фотографированием излучений человека в сильных электрических полях были произведены с прибором из Краснодара (обычный генератор электрических импульсов высокого напряжения с возможностью задания амплитуды, частоты и длительности импульсов). Когда между плоским металлическим электродом, на котором размещалась чувствительная рентгеновская плёнка, и объектом съёмки (например, пальцами руки человека) размещали прозрачный диэлектрик (например, стекло толщиною до 4 мм) на плёнке были обнаружены весьма необычные фотографии излучений. Эти излучения весьма отличались от известных фотографий скользящего электрического коронного разряда, хорошо изученных теоретиками Кирлиан-эффекта.

Фотографии, сделанные на цветную фотоплёнку, показали, что в этих объёмных неоднородных излучениях находились свои центры свечения, весьма похожие на красивые россыпи искр. Это свидетельствовало о том, что физическое тело человека постоянно генерирует в пространство энергию в форме излучений. Выносной электрод, который можно было прикладывать к различным участкам тела, показал, что различные зоны физического тела имеют сильно различающиеся характеристики этих излучений. Наиболее сильные потоки энергии излучались из пальцев рук, ног, а также из головы. Разные люди имели различные характерные рисунки излучений. Наконец, в определённые периоды времени эти дистантные излучения вообще могли пропадать, при том, что стримеры контактных поверхностных разрядов сохранялись всегда.

В общем, на этом направлении исследований было непаханое поле научной работы для большого института. Предстояло не просто найти интересные феномены; многократно повторить опыты, чтобы доказать их объективность; но и исследовать факторы, влияющие на воспроизводимость результатов.

Глава 18. Серов подключает Шахерезаду

С тех пор как состоялся разговор капитана Серова с Акустиком прошло больше месяца. Агент Акустик под видом авторизованного сантехника наведался в квартиру Сергея Нестерова якобы для проверки сроков поверки водосчетчиков. Сергея в это время не было дома, была только его мама. Акустик умудрился подбросить «жучков» на кухне и в комнате Сергея. Затем он регулярно прослушивал о чём говорили в квартире его подопечные. Ничего сколько-нибудь существенного ему зафиксировать не удалось, что он аккуратно отразил в своём рапорте.

Серов был весьма раздосадован, тем более, что по содержанию электронных писем Нестерова его корреспондентам он понимал, что какая-то исследовательская работа продолжается. Серову требовалось принять решение: либо признать Нестерова неперспективным и закончить слежку за ним, либо наоборот признать, что он владеет стратегически важной информацией и применить методы активного её получения. Во втором случае Серов должен был передать Нестерова в разработку другому отделу, но тогда он лишался возможности самому использовать все результаты его исследований.

Как то Серов был на совещании в Управлении и встретил там свою знакомую – Ингу Староверову. Эта молодая пронзительная женщина имела психологическое образование и была известна в Управлении тем, что занималась сбором компромата и коммерческим шпионажем. Она знакомилась с разными чиновниками или бизнесменами, быстро входила к ним в доверие, находила компрометирующие их материалы, а затем путём шантажа получала необходимую ей информацию. Инга обладала особым чутьём и сразу видела слабые места своих жертв-мужчин. Она так ловко обманывала своих клиентов, что в узких профессиональных кругах её звали Шахерезада. Действовала она с особой дерзостью, не стеснялась в средствах и никогда ни в чём потом не раскаивалась.

Инга была обязана Серову за то, что он посодействовал её переводу в Москву в Управление из провинциального городка в начале её профессиональной карьеры в органах. Поэтому когда Серов попросил её помочь в получении информации о работе Нестерова, она согласилась без особых колебаний. Серов должен был только договориться с её начальником о служебной командировке и предоставить данные о Сергее Нестерове и его исследованиях.

Глава 19. Способ фотографирования ауры

Третье направление (поиск условий и способов дистанционной аппаратной визуальной регистрации ауры) было самым трудным. Поскольку если по первым двум направлениям уже существовали определённые наработки других исследователей, то здесь на карте научных исследований было сплошное белое пятно. Сергей исходил из главной гипотезы о том, что аура представляет собою суперпозицию нескольких видов энергетических излучений известных современной науке частиц. Наиболее перспективными для объективной фотографической регистрации представлялись излучения, возникающие при переходах электронов, находящихся на высокоэнергетических (ридберговских) орбитах атомов. Их-то Сергей и собирался регистрировать. Он последовательно попробовал следующие возможные подходы к решению этой трудной задачи:

• изучение явления интерференции лучей вблизи поверхности тела человека;

• возможность применения мощных короткоимпульсных фотовспышек для того, чтобы зафиксировать возможный срыв излучений ауры взаимовычитанием двух обработанных цифровых фотографий человека (до вспышки и после вспышки);

• применение облучения высоковольтными электрическими полями фотографической эмульсии во время формирования на ней изображения.

Все эти попытки не дали желаемого результата. Тогда Сергей выбрал другой путь. Он начал конструировать специальную фотокамеру, которая представляла собой следующую конструкцию. Это было подобие форматной фотокамеры, которую использовали фотографы XIX века с той разницей, что в фокальной плоскости аппарата устанавливалась не обычная фотопластинка с бром-серебряной фотоэмульсией, а специальная прозрачная стеклянная кювета, в которую можно было наливать особые оптически активные вещества, способные регистрировать именно излучения ридберговских атомов. На кювете-экране из тонкого стекла должно было формироваться изображение объекта съёмки (например, человека), а позади этого изображения, на удалении минимально достаточном для чёткой фотографии, располагалась обычная цифровая фотокамера с матрицей высокого разрешения для непосредственного фотографирования.

Секрет этого простого аппарата заключался вовсе не в его конструктивном исполнении, а в свойствах оптически активного вещества и, конечно, в психических способностях фотографа. Основной принцип состоял в том, что только подобное может стать детектором подобного. Если нам нужно проявить в физическом мире то, что принадлежит к тонкому миру, нужно использовать тонкий агент той же природы, к которой принадлежит сама аура, а потом конвертировать его в физическую реальность волей оператора. Яснее это объяснить, пожалуй, невозможно. Можно только написать формулу оптически активного вещества.

На неожиданную идею такого способа регистрации ауры Сергея Нестерова натолкнули его эксперименты с некоторыми разновидностями люминофоров, веществ, которые начинали ярче светиться в темноте, если к ним подносили человеческую руку. Хорошо понимая физические процессы, которые вызывали этот замечательный феномен, Сергею не составило большого труда синтезировать так называемую «эмульсию Нестерова» – оптически почти прозрачную жидкость, обладавшую уникальным свойством слабого самосвечения в том случае, когда через неё пропускали человеческие излучения. Сергей сам своими руками выпиливал и выстругивал свою аурокамеру, как он её назвал про себя. Он поставил на аурокамеру особый кварцевый объектив (довольно старый, но прекрасного качества). Этот объектив был прозрачен к ряду ультрафиолетовых лучей. Усилием воли Сергей поборол сильное желание развести эмульсию и провести первые опыты прямо у себя дома. Он понимал, что радиоволны мешают опыту и значительно сокращают его шансы на успех. Поэтому он терпеливо ждал очередной сессии на научной станции их маленькой лаборатории.

Когда Сергей договаривался с Петром о предстоящей сессии, тот предложил пригласить на эту встречу новую сотрудницу, Ингу, которая по его словам давно увлечена возможностью изучения ауры человека и имеет неплохие способности к этому. Инга обучалась на каких-то курсах экстрасенсорного восприятия и сама проводит какие-то опыты. Сергей попросил Петра подождать с новой сотрудницей, и провести встречу в прежнем составе, поскольку он планировал испытать новый аппарат. А с девушкой встретиться в другой раз. На том они и договорились.

Глава 20. А что там в душе?

Поезд Сергея прибыл на станцию назначения как обычно в первом часу ночи. На вокзале его встречали Пётр и Марина. Илья, Света и Лена уже ждали на станции. Пётр, как бы оправдываясь, попросил Сергея разрешить Инге всё же принять участие в этой сессии. Она весьма помогла им с Мариной в решении одного трудного вопроса и очень попросила разрешить поучаствовать в опытах. Отказать ей для Петра было трудно, и Сергей оказался в непростой ситуации выбора. Пётр должен был сам понимать всю ответственность привлечения нового сотрудника к их совместной работе, и раз он так просил, значит, вероятно, у него были на то серьёзные причины. Инга ждала решения на вокзале, и когда Сергей узнал об этом, то он с тяжёлым сердцем согласился. Так Инга оказалась на научной станции.

На следующий день после завтрака все начали готовиться к проведению опытов. Сергей рассказал всем об условиях проведения эксперимента, не вдаваясь в детали основного принципа получения изображения. В вагончике натянули черный экран, установили камеру. Сергей и Илья начали испытывать аурокамеру. Илья проверил качество заземления экранирующей сетки вагончика. Сергей развёл «эмульсию Нестерова» и осторожно заполнил ею стеклянную кювету. Шторами отрегулировали нормальные условия освещения помещения непрямым (рассеянным) солнечным светом. Люксометром замерили освещённость в зоне съёмки, записали в блокнот время, освещённость и физические параметры в лаборатории. Илья сел на стул напротив камеры. Сергей по стеклянной матовой пластинке навёл объектив на резкость, затем он извлёк стеклянную пластину и вместо неё осторожно ввёл в фокальную плоскость кювету с «эмульсией Нестерова». Ещё до установки цифрового фотоаппарата он заметил с задней стороны аурокамеры, что на кювете сформировалось перевёрнутое изображение Ильи, которое было как бы слегка окутано лёгкой белой вуалью. Разглядывать изображение было неудобно, поэтому он быстро установил цифровую камеру и сделал контрольный снимок.

Далее он отсоединил цифровой фотоаппарат от аурокамеры и подключил его через кабель на внешний монитор. Ребята увидели фотографию Ильи на мониторе. Странное дело: на фотографии над открытыми участками тела и головой была едва заметна словно туманная неоднородная дымка молочно-белого цвета. Сквозь неё легко угадывались все черты лица. Там, где тело закрывала одежда, вуаль практически отсутствовала.

– У нас получилось! – негромко воскликнул Сергей.

– Одежда мешает, – сказал Илья. – Давай повторим опыт, я разденусь до пояса.

Они снова собрали аурокамеру, Илья снял рубашку и сел на стул. Сергей сделал два снимка. Первый он сделал, положив правую руку над кюветой. Второй – отойдя на 2 метра от аурокамеры путём установки режима автоспуска. Фотографии опять вывели на монитор. На первой фотографии их удивлённым взорам предстало изображение, которое можно было признать аурой!

Илья был весь окутан словно бы слабым свечением яйцеобразной формы примерно на 50-90 см выходящим за границы тела. Местами оно было прозрачным, местами менее прозрачным. Казалось, что в нём присутствовали какие-то световые образования, и там, где эти образования были особенно яркими, очертания физического тела Ильи заглушались этим светом и были едва заметны. Второе изображение разительно отличалось от первого. На нём физическое тело Ильи было очень хорошо видно, как при обычной фотографии, а вот аура была едва заметна и напоминала прозрачное облачко тумана даже без чётко очерченных внешних границ.

– Без психической энергии снимающего не обойтись, – прокомментировал снимки Сергей.

– Ты посмотри какая разница! – воскликнул Илья. – Ведь это же аура, Серёга! Моя аура! Ура-а-а!

В окно было видно, что к вагончику начали подтягиваться ребята. Все ждали результатов опыта, и когда услышали бодрые возгласы из вагончика, то просто столпились возле дверей в молчаливом ожидании. Первым в дверном проёме нарисовался счастливый Илья по пояс раздетый.

– Ребята, у нас всё получилось! Мы впервые получили фотографии ауры!!!

Все бросились в вагончик, едва не затоптав в едином порыве «первого космонавта». Возле монитора не хватало места, но все жадно смотрели на экран. Сергей сделал сильное увеличение снимка, на котором запечатлелась аура, и теперь можно было даже разглядеть многие её детали. Аура имела линейчатую структуру, походившую на рассеянное свечение. Эти линейчатые образования составляли разные сложные узоры над различными частями тела, особенно над головой. Кроме того, в районе головы было и наибольшее количество световых образований.

– Сколько информации представлено только в одном изображении, – сказала Марина. – Вот бы увидеть это в динамике.

– А что если заснять ауру на видеокамеру? – сказала Лена.

– Давайте, всех сфотографируем, – предложила Света.

Когда страсти улеглись, ребята решили продолжить опыты с аурокамерой, снимая всех по очереди. Никто не ожидал, конечно, что одежда будет препятствием для получения полноценных фотографий ауры, а если сказать точнее, то никто вообще не ожидал, что ауру удастся сфотографировать. Поэтому девушки не взяли с собой купальники и не готовы были позировать без верхней одежды. Поэтому решено было мужчин снимать по пояс, а девушек – по грудь (голову, шею и плечи). Снимаемые заходили в вагончик по одному. Сергей делал пять кадров подряд с интервалом примерно 5 секунд. Когда прошли первые трое, Сергею стало совершенно очевидно, что рисунок ауры у каждого человека весьма индивидуален, кроме того у всех снимаемых различались не только размеры ауры, но и её плотность, насыщенность световыми включениями, топология. Отличия пяти фотографий ауры одного и того же человека были менее значительными, чем различия аур разных людей, но и они были очевидными. Излучения ауры были весьма динамично меняющимися.

Когда Сергей сделал фотографии Инги, он заметил странную деталь, которая отсутствовала в фотографиях других ребят. У Инги вокруг головы в области висков и лба были какие-то странные тёмные структуры, похожие на чёрную шерсть. Этот феномен проявился на всех пяти фотографиях.

– Инга, у вас голова не болит? – спросил Сергей.

– Нет, я нормально себя чувствую. – ответила Инга, – А что на фотографиях что-то не так?

Инга заметно нервничала.

– Мне кажется, – спокойно продолжал Сергей, – что у вас имеется серьёзная психологическая травма. Он включил фотоаппарат в режиме видеосъёмки.

– А вы что, Сергей, психотерапевт? Может вы ещё исповедуете в свободное от работы время?

– Нет, но я полагаю, что сейчас вы меня обманываете.

– Какое недоверие. – сказала Инга с обидой в голосе, – С чего бы это вдруг? Уверена, что когда вы узнаете меня поближе, Сергей, вы поймете, как несправедливы были ко мне… Почему все мужчины такие жестокие?..

– С какой целью вы приехали сюда?

– Я приехала сюда… – слова словно застряли в горле Инги. С ней что-то происходило. Она встала со стула, схватилась рукой за горло так, словно что-то мешало ей дышать и говорить.

– Я приехала сюда, – очень медленно продолжала она совсем в другой интонации, – для того… для того, чтобы выведать все ваши тайны… и рассказать о них в компетентных органах…

Инга словно пришла в себя после кратковременного шока. Она стремглав бросилась к выходу, чуть не сбив по пути Сергея с его аурокамерой. Забежав в дом, она схватила свои личные вещи и бегом пустилась по лесной дороге в направлении ближайшего населённого пункта, откуда она могла уехать на попутке.

Все ребята в недоумении собрались у вагончика.

– Сергей, что произошло?

Лицо Сергея было серьёзным. Он отсоединил фотоаппарат от аурокамеры и подключил его к монитору, нашёл файл видеозаписи и запустил его на просмотр.

На экране появилось изображение Инги. В области лба и висков у неё висело тёмное пятно. По мере того, как она говорила, пятно разрасталось, опускаясь на лицо. И если в начале диалога оно было почти прозрачным, то к моменту, когда Сергей спросил о цели её визита, пятно стало походить на чёрный плащ, накинутый на её голову. Это выглядело отвратительно.

Вдруг справа от неё появилось более яркое светлое свечение, и чёрный плащ словно бы свернулся в судороге. Инга встала со стула, схватилась рукой за горло так, словно что-то мешало ей дышать и говорить.

– Я приехала сюда, – очень медленно произносила она слова, – для того… для того, чтобы выведать все ваши тайны… и рассказать о них в компетентных органах…

Ребята стояли остолбеневшие. После некоторой паузы Пётр тихо произнёс: «Простите меня».

Глава 21. Экзамен на зрелость

Сергей возвращался домой. Был холодный осенний вечер, дул порывистый ветер. Было уже поздно, и хотя для Москвы понятие «поздно» весьма относительное (город живёт в круглосуточном режиме), на улице почти не было прохожих. Сергей жил на самой окраине Москвы, и от метро ему всегда приходилось проходить пешком до дома почти километр. На этом участке путь его пролегал вдоль автодороги, по которой проносились спешащие куда-то машины. Его догнала полицейская машина и остановилась несколько впереди. Из машины вышли двое людей в форме сотрудников полиции.

– Молодой человек, предъявите, пожалуйста, документы.

Сергей достал паспорт и протянул высокому лейтенанту.

– Вам придётся проехать с нами.

– Что не так?

– Совершено преступление. Вы подозреваетесь в причастности. Мы должны проверить все обстоятельства. Если вы не при чём, мы немедленно вас отпустим.

Сергей вовсе не собирался подчиняться этим людям, и намеревался спорить, но ему неожиданно брызнули в лицо каким-то веществом из баллончика, подхватили под руки и втолкнули в машину…

Очнулся он в кабинете без окон, голова была тяжёлой, правое плечо ныло. Он лежал на кушетке, напротив него на стуле сидел какой-то человек.

– Я вижу вы приходите в себя. – сказал он. – Итак, Сергей Иванович Нестеров, давайте-ка мы с вами поговорим начистоту. Сергей сел на кушетке. Правая его рука болела так, словно он сильно ушиб её. Человека перед собой он никогда до этого не видел.

– Где я нахожусь?

– Это не так важно, гораздо важнее сколько вы будете здесь находиться. А это зависит исключительно от вас, молодой человек. Проявите благоразумие, и всё будет хорошо. Не буду вас долго мучить, перейдём сразу к делу. Вы здесь в связи с вашим увлечением, я имею в виду исследование психической энергии человека. Нам известно, что вы нашли способ фотографировать ауру. Нас это заинтересовало, вы должны подробно рассказать нам о том, как вы это делаете.

– А если я не соглашусь?

– Вы согласитесь, Серёженька, потому, что у нас здесь все соглашаются.

– Я не хочу с вами разговаривать.

– Послушайте, не заставляйте меня прибегать к специальным методам дознания. Поймите вы: мы же работаем для усиления и защиты нашего государства. Неужели вы не хотите сделать наше государство сильнее? Разве вы не патриот?

– Не знаю во имя чего вы работаете, но, судя по вашим методам, вы – нехороший человек и цели у вас плохие. Не прикрывайтесь высокими понятиями.

– Не собираюсь тебе ничего доказывать, мальчишка. Подумай сам: о том, что ты здесь никто не знает и никогда не узнает, поэтому твоя судьба целиком в наших руках. Я лишь хотел помочь тебе, а ты как баран упёртый – сам себе создаёшь проблемы. Сергей Нестеров замолчал. Капитан Серов понял, что уговорами он больше ничего не добьётся. Он медленно встал со стула и сказал: «Ну, как знаешь. Не хочешь по-хорошему, будет по- плохому».

Когда Сергея привели в комнату с высоким металлическим креслом, у которого было много крепких ремней для пристёгивания человека, он повторял про себя только одну фразу: «Жизненный принцип, заключённый в человеке, не может быть поражён оружием, потоплен водой или сожжён огнём»…

Глава 22. Свет Души

В Зарайский районный отдел внутренних дел привезли человека. Его встретила местная жительница Зинаида Григорьевна Залевская бредущим по лесу без определённого направления, недалеко от просёлочной дороги и без документов. Он совершенно не помнил ни своего имени, ни фамилии, ни возраста, ни домашнего адреса. На вид мужчине было примерно сорок лет, он не походил на бомжа или преступника. На вопросы отвечал спокойно, с достоинством и вполне разумно, только та часть памяти, которая относилась к его прошлому, была словно стёрта или заблокирована. В розыске этот человек не значился, по базе данных отпечатков пальцев не проходил. Сначала его хотели отвезти в местную психиатрическую больницу, но потом остановились на другом варианте. В Москву отправили подробный запрос с описанием и фотографией, а человека по его просьбе оставили до получения ответа на запрос пожить у Зинаиды Григорьевны, которая проявила большую заботу о нём.

Зинаида Григорьевна стала звать мужчину Иваном. Он не возражал против этого имени. Формально его нельзя было трудоустроить на работу без паспорта, но и без работы Иван сидеть не мог, потому помогал сначала по хозяйству Зинаиде Григорьевне, а потом ещё и в районной библиотеке, где уже почти сорок лет работала Залевская. Он никак не мог вспомнить какое образование получил, но его интеллектуальный уровень свидетельствовал о глубоких и разносторонних знаниях в различных науках. В библиотеке Ивана все очень уважали, но не только за знания, он с большой чуткостью и вниманием относился к каждому, кто нуждался в его помощи и помогал от всей души.

Через месяц из Москвы пришёл отрицательный ответ на запрос, по поводу Ивана. «Не опознан», «не значился», «не известно». Ответ походил на отписку чиновника. Тогда Зинаида Григорьевна написала письмо в передачу «Найди меня». Она очень хотела помочь Ивану, переживала за него как за сына. Вот однажды снится ей сон. Будто бы она у себя на работе составляет заявку на новые книги. Тут открывается дверь, и в кабинет входит Преподобный отец Серафим и говорит ей с улыбкой:

– А ты матушка, запиши книгу, которую нужно заказать.

– Слушаю вас, батюшка Серафим.

– Книга называется «Атмосфера человека» Свет Души по-нашему.

– Кому же такая книга нужна?

– Иванушке нашему очень бы пригодилась, уж ты похлопочи, матушка.

Просыпается Зинаида Григорьевна среди ночи, сердце колотится. Словно наяву всё было, а не во сне. Сама себе думает: да ведь заявки-то на новые книги наша библиотека давно уже не составляет. Книжный фонд уже много лет по заявкам не обновляется. Но, не раздумывая, она взяла блокнот и записала этот сон как есть.

На другой день она начала искать книгу «Атмосфера человека». Эх, если бы она во сне автора спросила, но не догадалась, не спросила. Поиск по межбиблиотечному абонементу – без результатов. Сделала запрос в «Книга почтой» – тоже ничего. Тогда она набрала название в поисковике в интернете и нашла там несколько ссылок на книгу какого-то англичанина Вальтера Кильнера. Книга старая начала прошлого века, но переведена на русский язык и издана совсем недавно. Засомневалась Зинаида Григорьевна: какой там англичанин, накрутила сама себя. Сон ведь это был всего. Решила повременить.

Ночью опять Зинаида Григорьевна видит сон. Приходит она утром в свою библиотеку, а в кабинете сидит дивный старец Серафим, головой кивает так и говорит с укором:

– Э-эх, матушка, не любишь ты Иванушку.

– Прости, батюшка, не уразумела я глупая, прости…

Тут она проснулась со слезами на глазах. Да среди ночи начала собираться в Москву…

В Москве она нашла и купила книгу. Возвратилась она домой только вечером. Иван тем временем приготовил ужин и ждал её. За ужином Зинаида Григорьевна сказала Ивану:

– А знаешь, Ваня, зачем я ездила сегодня в Москву?

– Наверное по делам библиотечным.

– Нет, друг мой, я подарочек тебе привезла, не знаю, понравится ли.

– Какой подарочек, Зинаида Григорьевна? Не нужно мне подарков, у меня всё и так есть.

– Да ты не спеши отказываться-то, посмотри-ка лучше. – Она встала, достала книгу из сумки и подала её в руки Ивану.

Иван взял книгу в свои руки. Взгляд его сосредоточился на ней и выражал крайнюю степень напряжения. Казалось память о прошлом начала медленно к нему возвращаться. Это была та самая книга, которую он когда-то перевёл с английского языка, сам верстал, сам вычитывал и готовил к изданию, потом договаривался с издательством, с волнением получал сигнальный экземпляр. Это была тема, очень важная для него тема, тема его жизни. Он вспомнил. Вспомнил свою любимую маму, вспомнил своих верных друзей, свои научные эксперименты, открытие способа съёмки ауры…

Он проговорил дрожащим от волнения голосом:

– Дорогая Зинаида Григорьевна, как вы узнали?.. Меня зовут Сергей Нестеров. Я вспомнил, я всё вспомнил… Спасибо вам, родная!

Глава 23. Мы рождены, чтоб сказку сделать былью!

В этот ноябрьский день в лаборатории собрались все друзья-исследователи Илья, Пётр с Мариной, Света и Лена. Это был необычный день, день памяти Михаила Семёновича Воронцова.

Слово взял Илья.

– Дорогие друзья, – начал он. – Сегодня мы с вами собрались здесь для того, чтобы вспомнить о замечательном человеке, который сделал так много для нашей Родины – России. Он объединил и нас с вами, друзья, указал нам задачу, которой мы вместе решили послужить во имя будущего.

Но то, чего мы достигли совместными усилиями, то, что мы можем считать сегодня открытием способа фотографирования ауры, не могло бы осуществиться, если бы с нами не было нашего верного товарища – настоящего учёного – Сергея Нестерова. Вот уже два месяца, как все мы ищем его всеми доступными нам средствами и пока, к сожалению, без результатов. Но, друзья мои, мы верим, что Серёжа жив, здоров и невредим. Мы верим, что он вернётся сюда для продолжения начатой нами работы. Ведь нам ещё столько предстоит сделать…

Внезапно дверь в комнату распахнулась. И порыв свежего ветра ворвался в комнату. На пороге стоял Сергей Нестеров.

Фотографии: Aneta Ivanova

Источник: http://altayazia.ru/svet-dushi/









Agni-Yoga Top Sites яндекс.ћетрика