Главная / Литературная копилка / Свет непобедим. Поэзия Романа Воскресенского
СВЕТ НЕПОБЕДИМ
Поэзия Романа Воскресенского
Друзей и единомышленников встречаем в самых разных точках планеты. Все они устремлены к новому Знанию, имя которому «Живая Этика». Тяготеет к изучению этой философско-этической системы и Роман Воскресенский (Мельников); родился он в г. Алма-Ате, а ныне проживает в городе Волжском; по профессии – строитель, по душевному призванию – поэт.
Некогда, выражая свой страстный интерес к жизни, Б.Л. Пастернак писал:
Во всем мне хочется дойти
До самой сути.
В работе, в поисках пути,
В сердечной смуте.
Подобная увлеченность прослеживается и в стихах Р. Воскресенского, чье устремлению к познанию спирально забирает вверх, касаясь самых высших понятий: Бога, божественного, цели человеческого существования в беспредельности и всех нравственно-этических сторон жизни.
В наше время – обострения битвы Света и тьмы – Роман, вооружившись словом, борется на стороне Света. О том, как нелегка эта битва, он делится с друзьями: «Конечно, в жизни часто невежество набрасывается на любящих Свет. Но ведь если Свет любишь, то и Свет в долгу не останется. А Свет непобедим».
ГЕНИАЛЬНОСТЬ ЗВЁЗДЫ ЗАЖИГАЕТ
Если хочешь гения увидеть, В зеркале ищи его черты. Через глупость он почти не виден. Но не отступайся, подожди... Ты же – тех же Божьих рук созданье, Но при входе в мир попал в беду. Не научен миропониманью, И не веришь в истинность свою. Не касайся рабского ученья, Всё мирское – тяжкое ярмо. Грех ошибок жаждет исправленья – Так очисти зеркало своё. Гениальность зажигает звёзды И по-разному сияет в них. Пусть она – пока что только грезы, Искорка любви в трудах земных... Даже малость к ней тебя причислит, Как потянет книзу малый грех. Так живи восходом, думай выше, Возлюби Любовь – одну на всех.
ПУСТЬ БЫ ТЫ ЗА ЛЮБОВЬЮ ОТПРАВИЛСЯ В АД...
Сколько раз об ошибках смолчала любовь, Когда ты отстранялся от жизни своей? Не слыхал и не знаешь об этом, сын Мой. Ты к пустыне привык. Что увидел ты в ней? Пусть бы ты за любовью отправился в ад, Пусть бы плоть свою предал на муки за то, Чтобы только увидеть любви кроткий взгляд… Но спрошу тебя Я: ты рождён для чего? Я одел тебя, сын Мой, и ввёл тебя в Жизнь, Для того ль, чтоб одежды свои ты порвал? Ты увидел в трудах Моих тень суеты, И в пустыне тоски весь песок истоптал. Суета… если выбрал ты эту стезю, Не сойдёшь – ни в пустыне, ни в смерти самой – С этой муки душевной… Скажи, почему Ты любовь свою ищешь за жизни чертой? И в Моей – возомнил снисхожденье Моё И презрение к твари, за слабость твою. Отчего же не принял ты в сердце того, Что любовь – ремесло? Что тебя Я учу? Присмотрись и увидишь, как много любви В этом мире, и в каждом – любовь, лишь своя. Но меж вами, живыми, есть Я – посмотри... Совершенствуй любовь, и увидишь Меня.
ЖИЗНИ ВАРИАЦИИ
Свет и Звук, как Жизни вариации. Всё вокруг – звучанье и свечение. Наша Жизнь – священные вибрации. В этом человек не исключение. И слова, сейчас слетающие с губ, Ткут душе в грядущем одеяние. В срок – дыханием вибрации – сойдут Люди в слов нетленное ваяние. В беспредельность вьются будни, вдаль. Даже прах – лишь ритмов сочетание. Вариации вибраций открывай – В мире Духа, в свете, и в звучании. Облекается звенящей тишиной Видящий и слышащий пространство. Чутким душам ведома любовь. Жизнь для чутких истинно прекрасна.
Я БЫЛ БЫ С ВАМИ...
Я был бы с вами рядом, вечно. Всю радость подарил бы вам. Ведь Я – ваш брат в любви сердечной, Но к запертым пришёл дверям. Как больно видеть дверь закрытой... Но боль – сигнал, всего лишь ток. Я вижу в будущем забытой – И боль, и двери, и замок. И потому Я рад и тем, Что вижу вас, хоть иногда. Играйте в игры перемен, В вас теплится любви свеча. Пусть иногда – хоть раз в году, Иль в месяц – братская любовь Вас соберёт и дань свою Возьмет она, очистив кровь: С кого – обиды и печаль. С кого – неверие любви. С кого – ворчливость, сердца сталь... – Всё заберут её огни. А Я, где б ни был, слышу вас – У Братства провод нескончаем. Мы все, по вере, – в разум наш И в сердце – радость получаем. Я шлю любовь, она важней – Сегодня – умных рассуждений, Важнее пламенных речей, Её ручей – в обильи мнений. Не спрашивай меня, кто Я, Спроси, кто ты, на самом деле... Даются людям имена, Но Дух бессмертен в бренном теле.
КОГДА ТРЕПЕЩЕТ ВРАГ
Отец Небесный... как же хочется сорваться Хвалебной песне из растрескавшихся уст. И улыбаться, просто тихо улыбаться, Свои глаголы отпустив избытком чувств… Утрами ранними, в тревоге ли, в покое, Перед Тобою предстоять во всех делах. Поднять перо ль пытаться золотое, Иль ноты пробуждать на всех ладах, Гоняя пальцы, медиатор, мысль по кругу… Пускай негодный – плут и враг – живёт ещё, Но Ты, Отец, являешь истины натуру – Наш бой не кончен, враг трепещет… Хорошо. Как хорошо, когда зажжётся в сердце радость: Не удовольствий собственных пустяк, Но как поддержка свыше, Отческого взгляда… Как радостно, когда трепещет враг!..
БЛУДНИЦА
Душа-блудница у стены, Стоит, и нет ей оправданья. Стоит под натиском толпы. Глуха толпа для пониманья. Не ворохом сухой листвы, Не прахом с пылью вперемешку... Закон – по камню – в две руки Вложил толпе, любви в насмешку. Душа – одна на белый свет! Зачем губить?! – Всегда судили. В глухих сердцах спасенья нет – Толпа покорна только силе. И лишь один смиренный Дух Не судит, призывая к миру. Приходит вдруг... дарует милость... Злой гомон обращая в слух.
СТУПЕНЬ, ИЛИ СТЕПЕНЬ СВЕТА
Любое продвижение степенно, Ступени – к свету или в область тьмы. Иаков видел лестницу до неба И ангелов по обе стороны. Когда ступень сродни паденью, Ступаешь в Ад, ещё на полшажка. И задохнёшься вдруг без вдохновенья... Как будто свились, скрылись небеса. Накроет тень, и гуще тьма, и глуше... Влагает пальцы в рану – там, где свет. Персты её, как иглы равнодушья, И кажется – от них спасенья нет. Осклабилась зубастая гиена. Она вовне, но знаешь – за спиной Щит высших сил укроет неизменно, И не боишься, чуешь – Бог с тобой. Прекрасно, когда в сердце – Лик Владыки... Ступень взята... Теперь держись её, Доколе не пошлёт опять Учитель Повысить степень света своего.
ПРИВКУС ПРАВДЫ НА ДОРОГЕ В РАЙ
Куда избыть солёную печаль, Лежащую меж Духом и душой, Меж разумом стоящую и мной?.. Она грехов, наверное, скрижаль. И надо ль, избавленье от неё?.. Отец прощает, только не греши. А ты по ней читаешь всё равно, Как будто без печали нет любви. Как в невесомость обратить себя, Товарищей касаешься когда? Не ранить ненароком, не обжечь, Не уколоть, являя другу меч... Дарить хочу я недругов, друзей: Для тёмных – свет, для раненых – елей. Когда ж их нет, пускай стоит печаль... Как привкус правды на дороге в Рай.
СВЕТА РАЗОБЩЕНИЕ
Привычно света разобщенье – На звёзды, свечи и сердца. Разлука – мать, дом – отлученье... И темнота... и темнота... Привычна боль и пустота, И суета, и суета... Слова... молчанье... Жизни крест. Голгофа – суета сует. Святоши, может, возразят И окропят своей водой... Их храмы крепостьми стоят, А жизнь идёт своей тропой. За их стеной – спокой... Здесь – ад! И Рай, возможно, где-то здесь. Скорее только здесь и есть... Он, как игольное ушко', В стогу, в бреду – найди его! И будто разобщённый свет, Но Космос звёздами одет. И майя всё, и суета... Но Жизни замкнут круг во мне... В ресницах плавится свеча, Пылает солнцем красота... А спектры – истины слова. И радость – Господу хвала... И зорька кротостью тиха... Весь мир – Божественный букет... Так разобщён ли Отчий свет?
И ВЫЧУРНАЯ НАША СУЕТА...
Они прочтут евангельскую притчу И не заплачут от чего-то – нет… Они с крестами ходят третью тыщу, Промозгло ощетинившихся лет. – А ты-то, что, неистовый защитник, Поборник веры? – Да простит мне Бог Мои сужденья… Всех ведь Он нас слышит, А мы Его порой не слышим – нет. Так страшно потерять живую Душу, Войти обутым в святый Божий храм. В церквах не раз я проповеди слушал… Но ясно было – Божий храм не там. Зачем ушёл Наставник снова в горы? Остались побрякушки и слова… И Даль Его немеркнущей дороги… И вычурная наша суета…
АРХАНГЕЛЬСКИЙ ЩИТ
Всякое слово – хотя бы раз в год, Пусть бы раз в жизни – из уст милосердных, В говоре леса, во внешности ль вод, Стоит трудов над собою усердных. Только лишь малость – лишь Зов на огни… Словно по нити нагорной тропы, Путь протянулся в ушко от иглы… – Всё изменить навсегда и войти… Звоном мечей, окаянных словес Бой отгремит… и очистится воздух. И достигая, как вспышка с Небес, Хлынет покой для трудов невозможных… Этот покой напряжения сил, Словно молчанье святого Грааля… Тот, кто в нем был, не вернётся в сей мир Прежним, молчанье своё охраняя... Не напугает ни шёпот, ни крик – Там, где молчанье с мечом у врат Рая, Там, где подвижник… Архангельский щит Избранных ангелов в сонм собирает.
БОЙНИЦЫ
Отчего мы не слышим друг друга? Из бойниц – то стрела, то цветы... Мы долгами увязаны туго, Наши стены крепки и толсты. Отчего, словно снег на дорогах, Наше общее счастье – вода? И посмотришь – его вроде много, Зачерпнёшь – а пригоршня пуста. Из-за стен уважения знаки Мы окажем достойным того. Крепость стен охраняет бараки, Где мы прячем «святое» добро. Отчего наше счастье, как птица, На которую ставят силки?.. На бойницу воззрилась бойница... А на стенах – слова о любви...
РАЗВЕ СОЛНЕЧНЫЙ ЗАЙЧИК НЕ СВЕТ?
Вы сказали: не Бог – человек! Вам не хочется божеских мук. Разве в сердце вы больше не Дух? Разве солнечный зайчик не свет? Говорите о том, что есть грех, В покаянье крестите детей... И всего за две тысячи лет Растеряли единство церквей. В самом деле, что в мире не Бог? Что не свято из Божьей руки? Или, может, есть где-то порог, Что ведёт мимо Божьей двери? От вопросов сойдёте с ума, Если тайна неведома вам. Нас учили о силе греха, Тяжелы мы лететь к Небесам. В самом деле, какой же я Бог, Раз бессилен дерзать и любить? Даже Бог мне бы здесь не помог. Кто не верит – тому и не жить.
ОТЕЦ НЕБЕСНЫЙ
О росе на траве, о снегах на полях, О высоких горах, о чистейших ручьях – Говорит воспевать нам Небесный Отец, Завещает поднять свой жемчужный венец. Завещает шагать и не видеть стены Там, где видимость явит свои рубежи. Нам Отец о пришедших на Зов говорит, Обретавших Его, словно огненный щит. Нам Отец говорит петь о братской любви, О святой красоте и о силе мечты... Ничего не сказал нам Отец о себе, Он открылся, но мир необъятен в Отце. Он с тобой говорит, лишь с тобой, тет-а-тет... Даже тоньше и глубже Отцовский наказ, Но о Нём рассказать невозможно – слов нет. А Небесный Отец не выносит прикрас...
ТРОПА
Тропа лежит просыпанной крупою, Алмазной пылью в тишине ночной... На тёмно-синем – млечною судьбою – Переливается, беседуя с тобой. Впитай душой, до сердца основанья, Зовущий глас Архангельской трубы. Храня покой, оставь свои метанья, В трудах взрасти – ответный – Свет любви. Лежат тропинки мировых религий, Лежат ступенями в святые Небеса. На языки народы разлучили, На пламя триединого огня. Вдыхай свободу, в небеса дерзая, – В дерзаньях добрых нет запретов нам. Смотри – зовёт призывно птичья стая, Меж звезд явив дорогу к Небесам.
Я БЫЛ, И НЕ БЫЛ...
В молчаньи небо... В стремленьи ветер... Ты был, и не был На этом свете. Земля святая, Закат священен. А ты, не зная, Считал – мир тленен. Всё ждал рассвета, Гнушаясь праха. И верил – где-то Святая птаха Сидит на ветке, В саду Эдеме... В миру, как в клетке, Как на арене, Мы бились с тьмою... Мы рвались в небо. А Бог звездою Сошёл рассветной. Он создал снова Из праха тело, Вдыхая Слово В святое дело. В молчаньи воды Морей небесных... Поведай, кто ты, Средь пут телесных...
ЛЮБИМАЯ... ВЕЧНАЯ... ТИХАЯ...
О чём говорят с тобой тучи, Родимая, снегом укрытая? О чём напоёт ветер жгучий, Любимая, вечная, тихая? Кто создал нам это пристанище, С великими горными пиками? И шар, синевой провожающий Шагающих звёздными ликами. Оставим тебе, Матерь вечная, Одёжу, до малого атома. Дорога для нас бесконечная, И нет на пути провожатого. И вечное лишь предстояние Великому космоса Зодчему. И нет перед Ним расстояния, И нет невозврата не в Вотчину. О чём говорят с тобой звёзды, Прекрасная, небом укрытая? Мы вместе, ты рядом, и всё же Дорога нас манит открытая.
НАУЧЕНИЕ…
Не может быть безмерным искушенье, Иссохла в нить, у пропасти душа… Паяц утих, исчезло наважденье, Ветряк пустынь, как лопасти креста… В коленях дрожь и трепет – неуёмны. На раменах пустынника – обет. В моленьях ночь – мучения ничтожны, Несёт монах услышанный ответ: «Остерегайся мнящих слово “правда”, И не ответствуй истиной лгунам. Не обращайся к спорам – их награда Пуста, плывёт по илистым волнам. Поберегись и тех, что ищут мира. И не спеши вослед идущим в Рай. От зла хранись, не сотвори кумира, Но лучших в совершенстве почитай. Не возгордись, когда Учитель рядом, Пред высочайшим Духом будь открыт. Ожесточись – и жить тебе не надо. Ослабни – и пучина поглотит…». И инок, опоясав крепче чресла, Сощурил взгляд на яростный рассвет. Единая любовь в огне воскресла… Он улыбался… вечной муки – нет.
СТРЕЛЫ ДУХА
Годы кружат мимолётным счастьем. Даже горе – небыль, для ума. Слёзы душат, иль гнетёт ненастье – В нашем взоре светится душа. Не бывает взор одним и тем же, Как огонь, под ветром и дождём. Заливает дождь мои надежды... А потом ответом грянет гром... Разовьются ветры силой Духа! В тёмном небе росчерком пера – Разом! – вдруг, явленье стрел и лука, От Востока к Западу – дуга. Кто до срока знает, что осветит Вспышка в непроглядной темноте? Тот, кто ожидает, тот, кто верит Разуму святому, как себе.
ЕСЛИ БУДУЩЕЕ ПРИШЛО
Настоящее канет в вечность, Исчезая в пыли дорог... Настоящее – лишь конечность, Если в прошлом живёт ходок. Нас любовь собирает в дружбу, Ей не важно твоё вчера. Даже если ты ей не служишь, Для неё ты и я – друзья. Даже если ошибся ныне, Наше будущее – любовь. Мы с тобою придём другими, Свет не судит учеников. Ты хотел быть частицей Братства, Значит, ты уже на пути. И не вздумай теперь отклоняться – Тяжкий грех на себя не прими.
О СУДЕ
Отец, скажи, когда и как Смогу я послужить Тебе? Как жрец, в терпеньи ждал я знак, Ночуя в поле при луне. И с медью солнца в акварели Небесно-голубого утра… Старею только… неужели Бессмысленно томленье духа? – Каких знамений ждёшь ты, сын? Служенье – жизнь, любовь твоя. Пусть лишь в одном бы послужил, Не распаляя в мире зла. Не замечая зла в другом…. – Но как, Отец! Ведь сколько их, Встречающих тебя копьём, И всяк – подлец, и вор… – простить?! – О, нет, Мой сын, – любить! Любить… И видеть братьев угнетённых, Обманутых, пленённых жить И в жизни Свет не посвящённых. – Отец, а как же сатана, Любить ли должно и его? – О тех, которым он слуга, Мой сын, подумай хорошо. Тебе ль судить других богов, Огнём отличных от тебя? Подумай очень хорошо: Желаешь ли и ты суда?.
ЧТО ДАТЬ БОГУ?
Что для меня всего важней, Восставить Богу храм, быть может? Но волос на главе моей, И он не мой… и камни – тоже. Быть может, Душу дать Тебе? Но и Душа – лишь прах в огне Дыханья, Отчего тепла. Что мне отдать, скажи, тогда? – Отдай Мне, сын, твою любовь, Согрев людей одним лишь Мною. А от себя дай хлеб и кров – На том сочтёмся мы с тобою. Но мне ль считаться? О, Отец! Я на мели, когда один. Учитель, каюсь, я – слепец! Не отвергай меня… Возьми!
МОЛИТВА
Какою быть должна молитва? Она сорвёт в томленья час Плод, полный – до переизбытка – Неудержимых слов для нас. Или, как лист с высокой ветви, Она легко закружит вдруг... И в невесомом пируэте Тот лист из плоти вынет дух. Какою быть она должна? Душа... глаза в глаза пред небом. Молитва может, что стрела, Пронзить иного человека. Она, быть может, словно жизнь, Вернёт утраченные силы. Но чёрным слово может быть, Об этом многие забыли. Что в мире попрано сильней? Пожалуй, слово и Господь; Одно втоптали в грязь речей, Другому – не даруют плоть. А сердце – в пламени – кричит. И, то ли Бог вещает мне, То ль я вонзаю в тёмный щит Стрелу, калёную в огне.
МЫ В РАЗНЫХ ЖИВЁМ МИРАХ
Мы в разных с тобой мирах, И разным с тобою дышим. И вроде бы ты не враг, Но зол, иногда неслышно. И вроде всё, как у всех. Кровным причастны узам. Но часто жесток твой смех, И чувствую – я не нужен. И спросишь ты: «Что не так?» А я промолчу в ответ. Ты в чём-то правдив, мой брат, А что-то не видишь – нет. И спросишь ты: «Где твой мир?», И я чудаком скажусь. Я слышу порой смешки, Но этого не стыжусь. И узы мои легки, И праведна цель моя. Я верю твоей любви, И сам – я люблю тебя.
ЧТО ТАКОЕ АГНИ ЙОГА...
В самоцветах и прочих каменьях, Мы – всего только отсвет зари. Мы, всего лишь, застыли в сомненьях, Мы, всего лишь, боимся любви. Нашим Кормчим немногого надо: Сделать шаг, из пустого – на Свет. Нашей вере достало б и шага, Чтобы жил на Земле человек. Мы – лишь сполох огня, но и это – Отличительный знак на челе, Призывает идти человека, Не владея ничем, по земле. Мы – лишь сполох и отблеск от Света, Мы – лишь дети большого Огня… Агни Йога восходит рассветом, Нашим шагом – в Ученье Христа.
ПЕСНЬ ВОСХОДЯЩЕГО СОЛНЦА
Ты в ранний свой час на восток обернись – Там ангелы гимны поют. Лишь только покажется солнечный диск, Мечты твои все оживут. И там, где рождается утренний свет, Однажды ты встретишь мечту. Пусть в сердце твоём отразится рассвет, Как будто рождая звезду. Ты встретил, узнал своё счастье, теперь Оно – и спасенье, и крест. Неси же его, серым будням не верь! Покуда живёт в тебе свет. Когда же поймёшь, что ты снова рождён, От света великой зари, Твой разум не будет вовек побеждён, Сияя звездою вдали!
Я СПРОСИЛ У ВЛАДЫКИ
Что есть скорбь? Что такое тоска? Разве можно понять, никого не любя? Я под небом стою, оборвалась земля. Я об этом спросил у Владыки-Отца. Мне ответило Небо, я знаю ответ. В этом мире большом единения – нет. В этом мире, за дверью иной – пустота. Это боль, это смерть, это раны Христа. Мне ответил Отец: «Я живу, Я зову, К единению чувства любви Я веду. Я взываю к тебе, сквозь завесу твою. Я ж – усталым, голодным – к тебе подойду. Изнутри и отвне – в твои двери стучу. Это Я укоряю неправду твою. Это Мне не хватает сыновней любви. Это вам нужно Братство. Тоска – это Вы. Это вы, как пустоты в единой любви, Свято чтите потребности вашей души. Это вам так хотелось любовь получить, Чтоб душе не печалиться и не грустить. У икон, у свечей вы грустите о ней – О любви, не светящей отвне на людей. Вы – тоска и печаль, в вас так мало Меня, Оттого и меж вами царит пустота. Как от зверя, от истины прячетесь вы, В ней – угроза, как в молнии, для темноты. Вам так важен мирок ваших маленьких дел, Что и Горном Небес не пронять ваших тел. Они властвуют вами, отвне – до души. Вы, как чёрные дыры, хотите любви. Вы – хранилище скорби и боли Христа. И не спрашивай боле об этом Меня!»
МИР ОГНЕННЫЙ
Нет иронии, нет фальши, Нет настырной болтовни. Нет неясности, и дальше… Дальше сердца видишь ты… Видишь тот единый трепет, Что объяв, наполнил всё… Он тебя однажды встретит, Освятит и даст своё. Ключ к рассветам и закатам, К человеческим сердцам… И от совести набата Приведёт тебя к слезам. Ты ж не видел и не слышал… Ты ж любви Его не знал… И пред Ним, вдруг, весь ты вышел… И восплакал… и познал. Не скажи теперь пустого… Не неси теперь меча… Родила тебя жизнь снова… Не для смерти – для себя! И достаток твоей соли, Будет горек для тебя. Это жизни чистой воля, Воля чистого огня. Языками встанет пламя, Славой Ангелов святых… Ты у жизни примешь знамя, И научишься у Них. Беспристрастен и свободен Мир Небесного огня. Ты всё бросить в мире волен, Соль оставив для себя. И тебя однажды спросят: Во что веришь? Где крещён?.. И не скажешь… не покажешь… Что научен ты Христом.
Источник: https://stihi.ru/avtor/xzzzx