ЛЕЙЛА И МЕДЖНУН.
Притчи о совершенной любви

«Не каждый, кто гнался за газелью, поймал ее, но тот, кто поймал, гнался за ней. Умри до смерти»
( Суфийская мудрость )

Меджнун:

Я Меджнун, я безумец, влюбленный в тебя,
Сумасшедшим считаюсь в Отечестве я.
Люди мечут каменья и гонят меня,
Не понятна моя им такая судьба.
Нет, не я ее выбрал, сама подошла,
И Любовью дохнув, до основ потрясла,
Кто в Любви не живет, тот ее не поймет,
Тот безумцем несчастным Меджнуна сочтет.
Между тем, я счастливее всех на земле,
потому что Любовь уготована мне,
Мне подушкой она, мне постелью она,
Песней сердце врачует Любовь мне сама.
Сыт Любовью и пьян, ничего не хочу,
Каждый миг как на крыльях к прекрасной лечу,
Я Любовью дышу, выдыхаю Любовь,
Буду рад за нее жизнь отдать я и кровь.
Лишь влюбленный безумца Меджнуна поймет,
Тот, кто только Любовью к прекрасной живет.

Лейла:

О, источник бессмертья, о, Жизни струя!
Говорила бы вечно с Возлюбленным я,
Сердцем к сердцу в общеньи всегда бы стоять
И от глаз дорогих взгляда не отрывать.
Я хочу изменяться в подобье твое
И с тобою сливаться в одно существо,
Чтоб забыть навсегда о том, кем я была,
Когда только собой и своим я жила.
Жить хочу лишь Тобой и Тебе угождать,
Твою волю, желания предупреждать,
Чтоб одною душою и сердцем одним
Беспрепятственно стать с Господином моим.
Нет желанья сильней, чем в себе умереть,
О Возлюбленный, Благослови мою смерть!

1. СЛЕПЫЕ И ЗРЯЧИЕ

Лейла всегда испытывала Меджнуна. Она была совершенной возлюбленной и учила своего возлюбленного совершенной любви. Лейла любила его совершенной любовью, и потому прощала Меджнуну его несовершенство.

Однажды она сказала Меджнуну: слепец, ты имеешь глаза, но не видишь. И она удалилась в свой шатер, прошуршав у лица Меджнуна складками своего одеяния.

Меджнун впал в печаль. Он ушел в пустыню, лег на песок и смотрел в небо, не закрывая глаз от палящего солнца. Солнце выжгло ему глаза, и он ослеп. Он видел только солнце, весь мир исчез в ярком свете. Меджнун встал и пошел по пустыне. Он не видел ничего, кроме яркого солнечного света. Ночь перестала для него существовать. Когда люди нашли его, они увидели, что из глаз Меджнуна струится свет. Люди взяли его к себе. По вечерам они собирались около него, как у огня. Меджнун пел им о своей возлюбленной и о совершенной любви. Мужья крепко обнимали своих жен, а жены нежно смотрели на своих мужей.

"Совершенная любовь не знает жалости и не просит пощады. Она ничего никому не должна и ни с кого не взимает долга. Совершенная любовь не требует взаимности. Она подобна факелу, воспламеняющему сердца. Она недоступна как далекая звезда, и она всегда рядом, ближе, чем биение пульса. Она разит насмерть, как острый меч, и она врачует смертельные раны… Она приходит, как смерч, и уносит всю вашу жизнь, вращая и терзая ее. Она свирепа как лев и смиренна как агнец…"

Так пел Меджнун. Он не надеялся увидеть свою возлюбленную и не хотел обременять ее своей слепотой.

Молва о его удивительных песнях и сияющих слепых глазах дошла до селения, где жила Лейла. Она тотчас же собралась в дорогу и к вечеру увидела своего возлюбленного.

В этот вечер Меджнун не смог петь. Он сказал: как я могу говорить о совершенной любви в ее присутствии? Люди не могли понять его слов. Они были зрячими, но не видели. Он был слеп, но знал.

2. САМЫЙ СЧАСТЛИВЫЙ

Лейла всегда испытывала Меджнуна. Она была совершенной возлюбленной и учила своего возлюбленного совершенной любви. Лейла любила его совершенной любовью, и потому прощала Меджнуну его несовершенство.

Однажды Меджнун спросил ее: что я могу сделать для тебя?

– Ничего, – ответила Лейла. – Просто будь счастлив.

– Я счастлив уже оттого, что живу около тебя, могу иногда видеть тебя и говорить с тобой.

– Это твое несчастье. Представь себе, что я завтра уеду жить в другое селение, – ответила Лейла.

Назавтра Меджнун узнал, что семья Лейлы переехала жить в другое место, и никто не знал, куда они направились. Меджнун потерял голову от горя. Он катался по земле и громко плакал. Люди подумали, что он сошел с ума.

Меджнун не ел много дней, совсем исхудал. Он не мог спать, глаза у него ввалились. Через месяц он стал похож на старика.

Однажды во время короткого забытья он увидел сон. На базаре глашатай кричал: "Красавица Лейла объявляет, что выйдет замуж за самого счастливого человека на свете!"

Меджнун немедленно собрался в дорогу и отправился на поиски Лейлы. Через год странствий, полных лишений, он пришел в один город и увидел, что базар в нем тот же самый, что был в его сне. Меджнун увидел, как на белой лошади глашатай выехал на середину торговой площади и выкрикнул:

– Красавица Лейла объявляет, что выйдет замуж за самого счастливого человека на свете! Неудачливым претендентам отрубят головы!

Недолго думая, Меджнун отправился за глашатаем, который привел его в дом Лейлы.

Увидев оборванца, слуги хотели гнать его, но тут вышла Лейла и остановила их. Улыбаясь, она смотрела на Меджнуна.

– Я счастлив уже тем, что люблю тебя! – сказал безумец.

Лейла подошла к нему и поцеловала в губы.

В этот миг Меджнун пробудился.

3. ВЕДЬМА ИЛИ КРАСАВИЦА?

Однажды Меджнун проходил мимо жилища, откуда доносилась громкая ругань. Муж и жена, жившие в этом доме, ссорились, и дело уже доходило до драки.

В это самое время жена оказалась у окна. Разъяренная, в неопрятной одежде, с растрепанными седеющими волосами, с руками, скрюченными в бессильной угрозе, она была похожа на ведьму. Меджнун посмотрел на нее, и оскорбления застряли у нее в гортани. Искаженное злостью лицо разгладилось, казалось, она забыла все на свете.

Удивленный муж подскочил к окну и, увидев Меджнуна, захохотал, указывая пальцем на свою жену:

– Смотри, безумец, ее когда-то звали Лейлой!

Меджнун же продолжал смотреть на женщину, а она не отрывала от него своего взгляда. Огонь, сверкавший в глазах Меджнуна, как будто перетекал женщине в сердце. Она выпрямилась, провела рукой по волосам, и они упали ей на плечи пышной волной, глаза заблестели, лоб расправился, губы тронула загадочная улыбка. Теперь ее бедная одежда выглядела королевским нарядом.

– Так ты говоришь, что ее звали Лейлой? – переспросил Меджнун оторопевшего мужа.

– Ты разве не видишь, что она и сейчас зовется Лейлой? С кем ты хочешь жить: с ведьмой или с красавицей Лейлой? Твое счастье – в твоих глазах.

4. СВАДЬБА ЛЕЙЛЫ

Лейла всегда испытывала Меджнуна. Она была совершенной возлюбленной и учила своего возлюбленного совершенной любви. Лейла любила его совершенной любовью и потому прощала Меджнуну его несовершенство.

Как-то раз к Меджнуну пришли люди и пригласили его петь на свадьбе.

– Чья это будет свадьба? – спросил Меджнун.

– Лейла выходит замуж, – ответили ему.

Меджнун упал без памяти. Люди брызнули ему в лицо воды, и он пришел в себя.

– Что передать Лейле?– спросили они.

– Передайте, что я буду не только петь, но и плясать, – ответил Меджнун.

В день свадьбы многочисленные гости окружили шатер Лейлы. Дастарханы были полны самых изысканных кушаний. В золоченых сосудах благоухало вино и кружило голову одним только своим ароматом.

Меджнун вышел на середину и запел о своей бесконечной любви:

"Ты – тайна и разгадка бытия, ты – свежая прохладная струя, ты – сердцу бедному целитель совершенный, ты – смысл и перводвигатель вселенной… Луна, смотрящая стыдливо из-за туч, ты – солнечный животворящий луч… Твои глаза – зерцала совершенства, уста –источник райского блаженства, ты – жизнь сама, ты – вечная весна, ты – тайна и разгадка бытия…"

Так пел Меджнун, а гости пили вино и хлопали в такт пению Меджнуна, который начал кружиться, все быстрее, быстрее… Вихрем развеваются его одежды. Глаза мечут огненные молнии… Песня оборвалась и Меджнун замер.

Восхищенные гости затаили дыхание.

В этот момент откинулся полог шатра Лейлы, и она предстала перед гостями, ослепительно прекрасная. Меджнун вскрикнул и закрыл лицо руками, не в силах вынести яркого блеска красоты своей возлюбленной.

Лейла вышла на середину, встала рядом с Меджнуном и запела:

"Твой взор меня возносит в небеса, любовью сотворил ты чудеса, я без тебя как чаша без вина, твоей любовью жизнь моя полна. Ты мой создатель, мой ваятель, мой творец, у нас с тобой одно из двух сердец…"

Лейла увела Меджнуна в свой шатер. Как только полог его закрылся за ними, шатер вспыхнул и сгорел.

5. СВЯЩЕННИК ЛЮБВИ

Меджнун помышлял только о Лейле. Все его мысли были заполнены только ею. Все, что он делал, он посвящал ей.

Однажды его спросили:

– Меджнун, все люди работают, а ты чем занимаешься? Или ты настолько безумен, что любовь к Лейле отняла у тебя способность заниматься полезным трудом?

– Я тружусь, не покладая рук, – ответил Меджнун, – и днем, и ночью.

– Чем же ты занимаешься? – спросили его люди.

– Я священнодействую. Я священник. Все, что я делаю, я посвящаю своей совершенной возлюбленной. Я смотрю на нее глазами своего сердца, не отрывая их от ее сияющего взора каждый миг бытия. Ради нее я дышу, ради нее двигаюсь, сплю, плачу, смеюсь… Вся моя жизнь проходит в свете ее божественных глаз. Я священник любви.

– Ты воистину сумасшедший. Чем же ты кормишься?

– Пища моя – радость от того, что я дышу воздухом, которым дышит и моя возлюбленная. Другая пища вызывает у меня тяжесть в желудке и сонливость. Когда я сплю, я забываю свою возлюбленную. Когда я не помню о ней, я не живу.

– Чем же ты накормишь свою возлюбленную? – удивлялись люди.

– Я подам ей царский кубок, наполненный слезами благодарности за то, что она пробудила меня к жизни. Я поднесу ей драгоценное блюдо понимания той Истины, что сверкает в ее сердце миллионами граней. Я напою ее ароматом розы, которая сбросила свои шипы, чтобы соловей мог зарыться в нежность ее лепестков.

– Скажи нам, Меджнун, кто ты?

– Я – каждый из вас, вошедший в горнило вечности.

6. ЛЮБОВНАЯ БОЛЕЗНЬ

Как-то Меджнуна спросили, когда приключилась с ним эта любовная болезнь. Он ответил:

– Моя душа знала о Лейле раньше, чем я начал осознавать себя. Поэтому, как только мои глаза увидели ее, мое сердце сразу ее узнало.

– А до того, как ты увидел ее, как ты жил?

– Я не жил, это она жила в моем сердце. Я создал ее, я ваял ее как скульптор. Я учился этому мастерству, а теперь она учит и ваяет меня. Я призвал ее с совершенных небес, и теперь она возводит меня на совершенные небеса. Теперь она искусно творит меня, отсекая пустую породу от драгоценного кристалла.

– Ты хочешь сказать, безумец, что стал совершеннее с тех пор, как сошел с ума?

– Ваш ум делает вас смертными, безумие любви – это врата в бессмертие. Я никогда не был таким, как вы. Вы считаете меня больным потому, что я другой. Но именно вы и больны – смерть приходит только к тем, кто не способен любить.

7. ВСТРЕЧИ И РАЗЛУКИ

Однажды Меджнун встретил Лейлу на улице. При виде возлюбленной у него перехватило дыхание, он побледнел, остановился и не мог вымолвить ни слова. Лейла улыбнулась ему и спросила:

– Что с тобой, Меджнун? Ты нездоров?

Меджнун, собравшись с силами, ответил ей:

– Моя любовь к тебе такова, что когда я вижу тебя, мое сердце и смеется, и плачет. Смеется, потому что радуется тебе, как растение радуется солнцу – источнику жизни. А плачет, потому что в радости встречи уже предчувствует боль разлуки.

– А когда ты не видишь меня?

– Мое сердце и плачет, и смеется. Плачет от тоски по тебе – так тоскует и вянет растение, лишенное солнечного света. А смеется, потому что предчувствует радость встречи…

– Так не расставайся со мной, Меджнун, – улыбнулась Лейла. – Войди в мое сердце, как я вошла в твое, и ты постигнешь вечность.

8. НАУЧИЛ ИЛИ ЗАРАЗИЛ?

Лейла сказала Меджнуну: если ты любишь меня, учи любви тех, кто жаждет любить.

– Я могу любить – это моя природа, мое дыхание. Но как я могу учить этому?

– Ты споришь, Меджнун. Тот, кто любит, не спорит. Ты можешь быть или правым, или любимым, – смеясь, ответила ему Лейла и удалилась в свой шатер.

– Любимым или правым? – задумался Меджнун.

Через пять минут он шагал по дороге, ведущей в город, вдыхая полной грудью ветер пустыни.

В городе он пошел на базар и стал ходить по нему, выкрикивая:

– Учу совершенной любви! Подходи! Учу совершенной любви!

Жители города, наслышанные о безумствах Меджнуна, улыбались и спешили дальше по своим делам.

Но двое юноша подошли к Меджнуну. Один из них сказал, что хочет быть таким же безумным. Второй сказал: «Не знаю, почему я решил учиться у тебя, но я не могу не следовать за тобой».

– Вы влюблены? – спросил Меджнун.

Первый ответил:

– Да

Второй сказал:

– Нет, но я бы хотел пережить настоящую любовь.

– В кого ты влюблен? – спросил Меджнун первого.

– Спроси лучше, как меня зовут, – ответил тот.

– Как твое имя? – спросил Меджнун.

– Меджнун, – ответил юноша.

– Кто ты? – спросил его Меджнун.

– Я – это ты.

– Мне нечему тебя учить. Я готов учиться у тебя, – сказал ему Меджнун.

Второй юноша, услышав этот разговор, спросил Меджнуна:

– Скажи, твоя болезнь заразная?

– Думаю, да, – ответил ему Меджнун.

– Тогда считай, что я заразился, – засмеялся юноша.

Через какое-то время болезнь Меджнуна заразила почти весь город. Теперь его жители все, что делали, посвящали своим возлюбленным. Они все стали священниками любви. Они священнодействовали 24 часа в сутки. На первый взгляд, их жизнь осталась такой же, как и до прихода Меджнуна. Изменилась их внутренняя природа. Она стала огненной.

О городе пошла дурная слава. Люди из других мест боялись подходить близко к его вратам. Иные же смельчаки, наоборот, искали этот город, предпринимая далекие путешествия, чтобы найти его.

Однажды в ворота города постучалась Лейла. Меджнун издали заметил ее приближение и побежал встречать ее. Он сказал ей:

– Я научил их. Но при этом они заразились моей болезнью.

– Ты исцелил их. Они стали цельными, – ответила Лейла. – Поэтому я здесь.

9. У ИСТОЧНИКА

В селении, Лейлы жила одна женщина. У нее был муж, и они жили довольно хорошо. Они считали, что любят друг друга. Жизнь их протекала спокойно и размеренно. Но однажды эта женщина пошла за водой. Подойдя к источнику, она увидела Лейлу и Меджнуна. Ей достаточно было увидеть, как Меджнун смотрел на свою возлюбленную, как Лейла смотрела на Меджнуна, чтобы она поняла, что никогда не знала, что такое любовь. Ей стала горько, и она заплакала. Лейла услышала ее плач. Она поняла, что произошло с этой женщиной, подошла к ней и обняла за плечи. Глядя ей в глаза, Лейла спросила:

– О чем ты плачешь?

– О том, что никогда не любила, а теперь уже поздно, – ответила женщина.

– Никогда не поздно любить, – сказала ей Лейла. – Но настоящая любовь – это смертельно серьезное испытание. Ты готова пройти его?

– Да, – ответила женщина.

Тогда Лейла зачерпнула воды из источника и дала женщине выпить эту воду прямо из своих ладоней. Выпив воды, женщина почувствовала, как будто вместо крови по ее жилам побежал огонь. Возвращаясь, она встретила нищего и отдала ему свои золотые украшения.

Когда она вернулась домой, все ее домашние заметили перемену в ней и забеспокоились.

– Где ты была? – спросила ее свекровь

– Ходила за водой, – ответила женщина.

– Но твой кувшин пуст, – заметила свекровь.

– Не беда, – ответила женщина, с любовью глядя на старуху. Она обняла ее со словами:

– Как я люблю вас!

Старуха оторопела:

– Ты сошла с ума? Что с тобой? – никогда прежде она не слышала от своей невестки ничего подобного.

– ТЕПЕРЬ у нас будет все хорошо, – ответила ей женщина. – И мы будем жить вечно.

– Где твои украшения? – спросил ее муж.

– Я отдала их тому, кому они нужнее, – ответила она, внимательно глядя на него.

Домашние решили показать ее врачу. Но она говорила, что если они нездоровы, пусть обязательно ему покажутся, а у нее все прекрасно – как никогда раньше. Вдобавок она начала писать стихи. И она перестала бояться. Она стала бесстрашной.

Люди посчитали, что она сошла с ума. Она же решила, что стала совершенно счастлива.

Эта история – совершенная правда.

10. СТАНЬ ЛЕЙЛОЙ, И ТВОЙ ВОЗЛЮБЛЕННЫЙ СТАНЕТ МЕДЖНУНОМ

Когда Меджнун странствовал в поисках Лейлы, он спрашивал у людей, не знают ли они, где его возлюбленная. Однажды ему указали на одно селение. Он сразу же направился туда. Придя в это селение, он стал расспрашивать его жителей о Лейле. Те показали ему на большой красивый дом.

– Лейла не может жить в таком доме. Она свободна от привязанностей, ее жилище – шатер, – уверенно сказал Меджнун.

– Пойди и посмотри сам, – ответили ему люди.

Меджнун подошел к этому дому и сел пред ним на дороге, глядя на окна, плотно задернутые занавесками.

Вскоре к дому подошел юноша. Вздыхая, он ходил под окнами.

Меджнун окликнул его и спросил, почему он так вздыхает.

– Я влюблен в девушку, которая живет в этом доме. Прекрасней нее нет никого на свете. Мне казалось, что она тоже любит меня. Но когда я рассказал ей о своей любви и о том, что она самая прекрасная девушка на свете, она прогнала меня и сказала, что ее зовут Лейла и она ждет Меджнуна.

С этими словами юноша побрел прочь.

Через какое-то время из дома вышла старуха с кувшином. Меджнун окликнул ее и спросил, кто живет в этом доме. Старуха горестно вздохнула.

– Моя бедная дочь.

– Как ее зовут? – спросил Меджнун.

– С некоторых пор она требует, чтобы ее называли Лейлой. Год назад она вдруг решила, что прекраснее ее нет на свете и ее имя – Лейла. Она ждет, когда к ней придет Меджнун.

– Передай ей, что Меджнун пришел, – сказал старухе Меджнун.

Старуха так удивилась, что забыла, зачем она шла, и поспешила обратно в дом.

Вскоре она выбежала обратно, приглашая Меджнуна войти в дом. При этом она недоверчиво посматривала на оборванную, запыленную одежду Меджнуна и на его обветренное от долгих странствий лицо.

Старуха усадила Меджнуна на подушки и подала ему чай.

Через некоторое время к Меджнуну спустилась девушка.

– Ты и вправду Меджнун? – спросила она.

– Да. А вот ты не Лейла, – ответил Меджнун.

– Откуда ты знаешь? – спросила девушка. – Про меня говорят, что я прекрасней всех девушек на свете.

– Я это знаю, потому что я Меджнун. Ты очень красива лицом, но кого греет твоя красота? Красота – это солнце, которое сияет из сердца, из глаз. Я вижу, что твоя красота даже тебя саму не может согреть, что говорить о других?

Услышав это, девушка расплакалась. Долгое время она жила мыслями о том, что Меджнун найдет ее и оценит ее красоту. И вот теперь она видит перед собой Меджнуна, который говорит ей, что ее красота ничего не значит…

Меджнун, видя ее расстройство, сказал ей:

– Если ты услышала меня, ты сможешь стать такой же прекрасной, как Лейла. Как только ты станешь Лейлой, твой возлюбленный станет Меджнуном. Будь светом, и никто не посмеет сказать тебе, что ты некрасива. Даже когда ты состаришься. Истинная красота не зависит от времени.

Сказав так, Меджнун продолжил свои поиски.

11. ИСТОЧНИК ЖИЗНИ

Чтобы завоевать расположение Лейлы, Меджнун искал возможность совершить что-то значительное. Однажды он шел по пустыне, изнемогая от жажды, и встретил старика, сидящего прямо на земле. Когда Меджнун спросил его, где он мог бы найти источник, старик улыбнулся и ответил: "Источник всегда там, где ты".

– Что это значит? – спросил его Меджнун.

– Это значит, что жажда может быть утолена только изнутри, – ответил старик.

– Но тогда зачем нужна вода? – спросил его Меджнун.

– Вода поддерживает и питает все живое. Но жажду утоляет только источник жизни. Этот источник каждый имеет внутри себя. Без него жаждущий будет пить, но не напьется. И старик указал рукой вперед.

Меджнун взглянул и увидел озеро чистейшей воды. К воде припал усталый путник, обожженный солнцем. Он напился воды и отправился дальше. Немного отойдя от озера, он вернулся назад, и снова жадно припал к прохладной воде. Так повторилось много раз.

– Если ты не имеешь в себе самом источника, ты будешь привязан к водоему и никогда не преодолеешь пустыню.

– Тогда как научиться пить из того источника, который насыщает? – спросил Меджнун старика.

– Просто пить из него.

– Из него? Где же он?!

Старик молчал, улыбаясь. Его лицо, рассеченное складками морщин, смуглое и обветренное, было похоже на растрескавшуюся почву пустыни. Его глаза были похожи на искрящиеся под ярким солнцем озера, затерявшиеся в песках. Меджнун утонул в их нестерпимом сиянии.

– Просто пей, – повторил старик.

– Я пью! – засмеялся Меджнун.

Он действительно забыл о давно мучавшей его жажде, глядя в глаза старика.

Он перестал чувствовать палящий зной полуденного солнца и обжигающий лицо ветер, бьющий в глаза острыми песчинками.

– Удивительно, отец! – воскликнул Меджнун. – Я пью из твоих глаз. Но не должен ли я буду каждый раз возвращаться к тебе, чтобы снова и снова пить из них?

– Сначала ты пьешь оттуда, где ты увидел этот источник. Но потом ты открываешь его в себе и понимаешь, что он всегда с тобой. И тогда другие смогут пить из твоего сердца так же, как ты сейчас пьешь из моего. Ты ищешь свою возлюбленную, потому что она насыщает твою жажду. Когда ты сам будешь насыщать других, твоя возлюбленная будет с тобой всегда и тебе больше не придется ее искать.

12. СОВЕРШЕНСТВО ЛЮБВИ

Меджнун продолжал свои странствия, страдая от разлуки с возлюбленной. После долгих скитаний по пустыне он набрел на небольшое селение. О чудо! – около колодца в окружении девушек и юношей сидела Лейла и радостно смеялась в ответ на шутки молодых людей. Особенно хорошо удавалось рассмешить ее одному юноше, который искусно изображал беседу розы и влюбленного в нее соловья. Речь юноши была проста и, вместе с тем, глубока. Лейла с восторгом смотрела на молодого человека, улыбалась и даже хлопала в ладоши.

– Возлюбленная моя, – обращался юноша к розе, при этом пристально глядя на Лейлу, – солнце твоей красоты затмило для меня весь мир. Я вижу только ослепительное сияние твоих нежных лепестков, чувствую только их пленительный аромат. Музыка твоего голоса наполняет мое сердце трепетом, и оно не может не петь. В моих песнях каждое слово, каждый звук посвящен тебе. Я пою, совершая ритуал поклонения совершенному божеству – твоему сердцу.

И юноша изобразил пение соловья, причем так мастерски, что из кустарника неподалеку раздались трели настоящего соловья, вторившего ему.

Меджнун видел, как радуется его возлюбленная. Ему хотелось быть на месте талантливого юноши, чтобы веселить Лейлу. Но он стоял в стороне, не в силах вымолвить слово, – в присутствии возлюбленной он забывал обо всем.

Заметив это, Лейла сама подошла к нему:

– Ты думаешь, что любовь ко мне лишает тебя способности действовать. Но это не так. Сейчас ты хочешь быть похож на юношу, который имитирует соловья, чтобы угодить мне. Но ты вовсе не он. Тебе не нужно петь как соловей. Всегда, когда ты хочешь стать похожим на кого-то, ты будешь всего лишь подражателем. Стань самим собой, следуй своей истинной природе, и тогда все, что ты делаешь, будет совершенно, как совершенна твоя истинная сущность.

Совершенная любовь вдохновляет человека на совершенные действия, раскрывая совершенное начало, заложенное в нем самом. Совершенная любовь открывает человеку любые возможности – и в этом состоит совершенная свобода. Если ты скован, ограничен в чем-то – это знак, что твоя любовь несовершенна.

Сказав это, Лейла повернулась и пошла назад к колодцу. Она наклонилась, зачерпнула полные ладони воды и, смеясь, плеснула себе в лицо. Солнце, отразившееся в ее ладонях, рассыпалось блестящими искрами брызг. Каждое движение ее было совершенно.

Она была совершенной возлюбленной и учила своего возлюбленного совершенной любви. Лейла любила его совершенной любовью и потому прощала Меджнуну его несовершенство…

13. ПОИСК ПРОДОЛЖАЕТСЯ

Меджнун уже потерял надежду увидеться с Лейлой. Он переходил от селения к селению и нигде не находил себе покоя и пристанища. Любовь гнала его дальше, он не мог долго оставаться на одном месте.

Время от времени ему передавали приветы и записки от Лейлы. Она сообщала, что любит его, что дороже него у нее никого нет на свете. Она писала, что он должен найти себя, если хочет найти ее. Меджнун отвечал ей:

– Я в тебе, и ты во мне. Не найдя тебя, я не найду себя.

Лейла обещала ему, что очень скоро они встретятся и будут вместе.

Сердце Меджнуна оживало. Проходило время, Лейла так и не появлялась – она всегда была очень занята. Люди говорили Меджнуну:

– Так жить нельзя. Нельзя позволять так обходиться с собой. Ты должен жить своей жизнью.

Меджнун понимал их, но жить своей жизнью не мог. Его жизнь принадлежала Лейле, и он ничего не мог с этим поделать.

В одном селении Меджнуна познакомили с несколькими девушками, надеясь, что он забудет Лейлу и заживет как все люди. Он взглянул на девушек. Девушки улыбались ему. Каждая из них жила своей жизнью. А у Меджнуна своей жизни не было. Он всю свою жизнь посвятил Лейле.

Девушки почувствовали это и, раздосадованные, разошлись.

Меджнун отправился дальше.

Он шел и шел по пустынным пескам. Он даже не звал Лейлу, он просто шел.

И сейчас он идет, его поиск не закончен…

14. СОВЕРШЕННЫЙ РИТМ

– Что ты нашел в Лейле, что сходишь с ума по ней? – спрашивали Меджнуна люди. – Она ведь не такая уж и красавица и не особенно талантлива. Ты уже столько лет добиваешься ее, но жизнь проходит, а ты так и не познал радостей семейного очага. Скитаешься по пустыне, но цель твоя остается все так же недосягаема.

– Вы не можете судить о красоте моей возлюбленной, потому что вы не умеете видеть красоту сердца. Ее сердце совершенно, я слышу его биение в своей груди – оно задает мне ритм совершенства. В этом несовершенном мире нет ничего более совершенного, чем сердце моей возлюбленной.

15. ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОМОЙ

Лейла любила Меджнуна совершенной любовью. Ее любовь выражалась не в том, чтобы быть вместе с Меджнуном, но в том, чтобы пробудить в Меджнуне стремление к совершенству. Ради нее Меджнун овладел несколькими ремеслами в совершенстве. Ради нее он жил как странник. Проходили годы. Меджнун стал седым, его лицо изрезали морщины. Он по-прежнему не имел своего дома, и часто ночь заставала его в дороге.

Однажды он проснулся с чувством глубокой усталости. Он вдруг понял, что больше не в силах странствовать, дорога уже не манила его.

Все же он поднялся и продолжил свой путь. Селение, в которое он пришел, стояло у дороги. Он увидел небольшой, но очень аккуратный дом. Когда-то он мечтал о таком. Мечтал, что они будут жить в таком доме с Лейлой. Он подошел к изгороди, увитой бело-голубыми вьюнами и увидел, как из дома вышла его возлюбленная. Она была молода и прекрасна. Глаза ее блестели, она улыбалась. Она весело переговаривалась с кем-то. Меджнун увидел, как из дома вышел мальчик лет двенадцати. О, небо! Как он был похож на Меджнуна! Его огромные темные глаза смотрели на мир доверчиво и открыто. Вслед за ним из дома вприпрыжку выбежала прелестная маленькая девочка. Каждое ее движение дышало свободой. Она побежала к калитке, выкрикивая: "Папа идет!" Меджнун увидел самого себя, входящего в калитку, подхватывающего девочку на руки. Вот он подошел к Лейле, обнял ее. Сын прижался к нему... Меджнун смотрел на все это из-за кустов живой изгороди, и слезы текли по его щекам. Он понял, что пришел домой.

Позже люди говорили, что на лице нищего старика, умершего у заброшенного дома, застыла такая блаженная улыбка, будто он вошел в рай, еще пребывая на земле...

16. САМЫЙ ТЕМНЫЙ ЧАС ПЕРЕД РАССВЕТОМ

Скитания Меджнуна иссушили его. Он перестал радоваться и петь. Шел по пустыне, наклонив голову, чтобы ветер не резал глаза острыми песчинками. Лицо его застыло как маска. Его странствия были подобны странствиям Персиваля, забывшего, ради чего он пустился в дорогу. Меджнун помнил только имя своей возлюбленной, но лицо Лейлы совершенно стерлось из его памяти. Девушки, которых он встречал на своем пути, не напоминали ему Лейлу. Он был с ними учтив и обходителен, но холоден. Девушек обижало его равнодушие. Меджнун не помнил лица Лейлы, но он помнил ее сердце. Сердца девушек, которых он встречал, были добрыми, нежными, ласковыми, робкими и застенчивыми, лукавыми и коварными, ветреными и легкомысленными, верными и преданными... Целый калейдоскоп девичьих сердец. Какое же сердце искал Меджнун? Он и сам не знал. Он знал, что все встреченные не были сердцем Лейлы.

И вот он пришел в совсем небольшое селение. К тому времени он уже и сам не помнил, сколько ему лет и как давно он странствует. И он не помнил, куда он идет и зачем. Жизнь уже давно потеряла для него всякий смысл. Даже сама любовь, ради которой он пустился в странствие, стерлась из его памяти. Меджнун понимал это, и от этого ему было горько. Любовь придавала смысл его жизни, а теперь, когда он не помнил ее, смысл пропал. Меджнун двигался, говорил, делал что-то, но все это было действиями безжизненной куклы. Однажды ночь застала его в пути. Переночевать было негде, и он двигался в темноте, едва различая дорогу в мерцающем свете звезд. К этому маленькому селению он подошел в тот час, когда тьма была особенно густа, как это обычно бывает перед рассветом. Усталый, он медленно брел мимо бедных шатров, не решаясь разбудить их обитателей, чтобы попроситься на ночлег. Вдруг полог одного шатра приподнялся и тихий голос, показавшийся ему знакомым, но давно забытым, спросил его: «Кто ты, странник?»

– Странник, – повторил Меджнун.

– Куда ты идешь?

– Просто иду…

– Может быть, ты прошел мимо?

– Нет, – уверенно ответил Меджнун. – Я не мог не заметить.

– Смотри, не пройди, – строго сказал голос.

Меджнун удивился и хотел уже следовать дальше, но почувствовал, что ноги его словно приросли к земле. Сердце его начало таять. Оно вспомнило, что такое любовь. Меджнун вспомнил, куда он идет. И понял, что пришел. В этот миг взошло солнце.

17. ОТРАЖЕНИЕ И РЕАЛЬНОСТЬ

Меджнун провел в странствиях три года. Три долгих года он разбивал ноги о придорожные камни, ночевал с бродягами под мостами, питался подаянием. Три года пролетели стремительно, как пролетает чайка над морем. Лейла была все также недоступна и недосягаема. Все, кого он спрашивал о ней, слышали о Лейле, но никто никогда ее не видел.

– Ты, наверное, придумал свою любовь, – говорили люди.

Но упрямец продолжал поиски.

Однажды он сидел у края арыка, глядя на отражения облаков, плывущих по поверхности прозрачной воды. Вдруг он увидел в воде, как в зеркале, что девушка, закутанная в дорогие шелка, подошла к нему. Она откинула золотистое покрывало, и Меджнун увидел ее черные пронзительные глаза, обрамленные длинными стрелами ресниц. Невозможно было не узнать эти глаза. Меджнун вскочил с места и повернулся. Но никого не увидел. Он снова посмотрел в воду – оттуда на него насмешливо смотрела Лейла, покачивая головкой на длинной стройной шее. На руках ее тихо позвякивали драгоценные браслеты. Меджнун отчетливо слышал их звон. Он замер, вглядываясь в отражение. На его плечи нежно легли тонкие руки возлюбленной. Меджнун поднял руку, чтобы коснуться ее руки, и его рука встретила пустоту. Но плечи чувствовали нежное и крепкое прикосновение рук Лейлы.

Меджнун не отводил взора от отражения. Лейла села рядом с ним на край арыка и, тихо смеясь, взяла его за руку.

– Как мне увидеть тебя, а не твое отражение? – спросил он.

Лейла засмеялась и легонько толкнула Меджнуна. Размахивая руками, он упал в воду, разбив прозрачное зеркало и подняв тучу брызг.

Арык был неглубоким – Меджнун встал по пояс в воде и увидел Лейлу, протягивающую ему руку. Не смея верить происходящему, Меджнун трепетно взял ее за руку... Засмеялся в ответ и потянул на себя... Лейла упала в его объятия и стояла перед ним по пояс в воде, и смеялась, обнажая жемчужные зубки. Меджнун почувствовал себя таким счастливым, что впору было умереть от радости.

Лейла набрала воды в ладони и плеснула ему в глаза. Когда он протер их, Лейлы как не бывало. И Меджнун почувствовал себя таким несчастным, что впору было умереть от горя.

Меджнун вылез из воды и сел на край арыка, обсыхая и глядя на отражения облаков.

Лейла снова появилась у него за спиной. Он не смотрел на нее. А она обняла его за плечи и сказала:

– Я с тобой. Навсегда...

– Почему так? – спросил ее Меджнун. – Почему я вижу только твое отражение?

– Потому что в этом мире можно увидеть только отражения истины. Только формы, суть которых остается скрытой для прямого взгляда. Только намек может обрисовать складки покрывал, скрывающих прекрасную возлюбленную. Ее облик отражается во всех вещах и явлениях этого мира, который вы привыкли считать реальностью. Но ваша реальность – всего лишь отражение любви, которая творит совершенные миры.

18. УЗЫ СВОБОДЫ

Лейла всегда испытывала Меджнуна. А он настолько был пленен любовью к ней, что выполнял все ее условия, не раздумывая и не рассуждая. Люди смеялись над ним, говорили, что он не умеет жить, не может настоять на своем.

– Таких как ты, женщины не уважают, – говорили они Меджнуну. – Сколько раз Лейла обманывала тебя: назначала встречи и не приходила! – говорили они ему. – Сколько можно позволять водить себя за нос и морочить голову? Меджнун, мужчина не должен позволять так обходиться с собой! Ты должен прямо спросить, согласна ли она стать твоей женой? Согласна ли она выйти за тебя замуж?

– Причем здесь Лейла? – удивлялся Меджнун. – Причем здесь любовь?

– Ты, как с другой планеты, – говорили ему люди. – В этом мире если люди любят друг друга, они обязаны связать себя узами брака.

– Связать узами? – ужаснулся Меджнун. – Разве можно связать узами любовь?

– Непременно! – говорили люди. – Любовь нужно узаконить.

– Узаконить любовь? – захохотал Меджнун так, что люди отшатнулись от него.

– Любовь сама есть высочайший универсальный закон, стоящий над всеми законами, придуманными людьми. Ваши законы – воистину, узы, лишающие вас свободы. Истинная любовь освобождает, а не связывает.

19. ВСТРЕЧА

Настала зима. Люди проводили большую часть времени в своих жилищах у очагов, согревающих их тела. Только Меджнун продолжал свои странствия, не замечая холода и непогоды. Любовь была его очагом, огнем, согревающим сердце. А горячее сердце согревало его душу и заставляло двигаться тело, скованное холодом. Движение разгоняло кровь, и Меджнуну не нужен был очаг. У него не было дома, и весь мир был его домом.

Однажды в каком-то селении его пригласили в дом на семейный ужин. Множество родственников пришли в этот вечер в дом. Дастархан был уставлен блюдами, приготовленными любящими руками. Когда все расселись по местам, вдруг наступила тишина. Она длилась несколько минут, с каждым мгновеньем все больше наполняясь благословением. И когда полнота благословения исполнилась, тишину наполнило тихое пение. Это запел седобородый старец, глава рода. Он пел о сотворении мира, о начале начал, когда ничего еще не существовало, кроме единой нераздельной любви. Она была нераздельной, но она не была неразделенной. Это была полнота любви, непрестанно зачинающая и рождающая. Старец пел о том, как все вещи этого мира рождались от полноты любви. И когда мир стал таким, каким мы его знаем, любовь рассыпалась на множество светоносных частиц. И теперь те, кто хочет познать полноту любви, должны соединиться с другой такой частицей. Так, соединяясь ради полноты, частицы когда-нибудь соберутся в одно целое, которое раздробило себя на части ради рожденного...

Старик закончил. Некоторое время продолжалась тишина. Потом хозяин подал знак, и трапеза началась. Гости ели и тихо беседовали между собой. Старик, который пел вначале, почти ничего не ел. Он сидел, погруженный в тот мир, о котором пел. Меджнун тоже почти ничего не ел. Слова песни растревожили его, от них исходил аромат Лейлы. Он смотрел на старика, а старик смотрел внутрь себя. Вдруг он пристально взглянул на Меджнуна и жестом пригласил его подойти. Меджнун повиновался. Старик положил свою руку, похожую на узловатый корень древнего дерева, на плечо Меджнуна, и прошептал ему в ухо:

– Ради чего ты странствуешь: ради пути или ради цели?

Меджнун замер.

– Ответь честно сам себе, – улыбнулся старик.

– Отец, вы тоже искали ее? – прошептал Меджнун.

Старик молчал. А потом проговорил:

– Когда ты ее находишь и соединяешься с ней, тебе хочется кричать об этом на весь мир. А мир завидует тебе и начинает строить козни, чтобы отнять ее. И тогда ты становишься мудрее и осторожнее. И говоришь о ней притчами.

– Вы нашли ее? – спросил Меджнун.

Старик улыбнулся:

– Ты не веришь, что ее возможно найти?

– Не верю? Как я могу не верить, если продолжаю искать ее, несмотря ни на что?

– Это уловка, Меджнун. Ты живешь поиском, а не целью поиска, процессом, а не результатом. Ты стремишься домой, но само это стремление так захватило тебя, что ты проходишь мимо, не замечая.

В этот миг полог шатра откинулся, тонкая женская рука легла на узорчатую ткань. Меджнун почувствовал, что сердце его затрепетало. Она вошла... Или вплыла... влетела... Подбежала к старику, обняла его, смеясь... "Лейла, девочка моя, смотри, какой у нас сегодня гость!"

Она подняла глаза, улыбнулась Меджнуну.

Как будто он знал ее тысячу лет, да нет, он знал ее всю жизнь, и до рождения знал... И она узнала его, даже вскрикнула и поднесла руку ко лбу, как бывает, когда люди вспоминают что-то неуловимое...

А потом взяла его руку и порывисто прижала ее к своей щеке. Это было сверх сил Меджнуна. Все поплыло у него перед глазами.

Он пришел в себя от прикосновения мягкой ладони ко лбу. Меджнун открыл глаза. Лейла сидела рядом с ним. В первый момент Меджнуна охватил восторг от близости той, которой была посвящена вся его жизнь, все его существо. Затем он почувствовал тревогу в сердце. Странствия сделали его молчаливым. И теперь он не знал, что сказать ей. Он привык искать. Что же делать теперь, когда искать больше нечего? Разочарование начало опустошать сердце Меджнуна, привыкшее рваться в неведомые дали.

– Я хочу кое-что сказать тебе, Меджнун, – вдруг заговорила Лейла. Голос ее звенел, разрывая тишину шатра. – Ты думаешь, что нашел меня, но на самом деле ты еще никогда не был так далек от меня.

Тут Лейла закрыла ему глаза своими ладонями. Меджнун приподнял ее руки, чтобы взглянуть на нее, но вместо Лейлы увидел старика, который смотрел на него, улыбаясь.

– Я понял, отец, – ответил он. – Сомнения убивают. Любви нельзя не доверять. Но что толку от того, что я понял? – он уронил голову на руки.

– Мы делаем ошибку, чтобы больше не повторять ее. Но чтобы не повторять ее, нам нужно ее сделать. Тебе пора, сынок. Ветер странствий зовет тебя.

Меджнун смотрел, как ветер приподнимает полог шатра. Еще недавно так приподнимали его тонкие руки Лейлы.

– Ты между мирами, Меджнун. Уже устал от бесконечных странствий, но еще не готов принять полноту любви. Оттого сердце твое страдает, сомнения терзают душу, и ты не можешь обрести покоя. Ты никак не можешь понять, что, на самом деле, у тебя нет выбора. Не мучай себя, делай то, чего не можешь не делать.

– Отец, если Лейла здесь, зачем мне отправляться искать ее?

Старик улыбнулся:

– Самое интересное, Меджнун, что она всегда здесь.

В этот миг полог шатра откинулся, тонкая женская рука легла на узорчатую ткань. Меджнун почувствовал, что сердце его затрепетало. Она вошла... Или вплыла... влетела... Подбежала к старику, обняла его, смеясь... "Лейла, девочка моя, смотри, какой у нас сегодня гость!"

Она подняла глаза, улыбнулась Меджнуну.

Как будто он знал ее тысячу лет, да нет, он знал ее всю жизнь, и до рождения знал... И она узнала его, даже вскрикнула и поднесла руку ко лбу, как бывает, когда люди вспоминают что-то неуловимое...

А потом взяла его руку и порывисто прижала ее своей щеке. Это было сверх сил Меджнуна. Все поплыло него перед глазами.

Он пришел в себя от невыразимого блаженства, разрывающего ему сердце. Возлюбленная, к которой он стремился долгие годы, сидела около него; ее рука лежала у него на лбу. Она смотрела на него и улыбалась ему. Глаза ее сияли как звезды.

Меджнун почувствовал, как сердце его наполняется покоем, которого так жаждала душа. Одновременно с этим покоем пришла уверенность в себе и внутренняя сила. Он привстал, затем сел рядом с возлюбленной, взял ее за руку, посмотрел ей глаза...

– Какая ты красивая!" – восхищенно сказал Меджнун. – Я не могу наглядеться на тебя Я искал тебя всю жизнь. Я узнал тебя!

Лейла стала серьезной. Она смотрела на Меджнуна, как будто хотела прочитать в его сердце истину, скрытую от него самого.

– Пока ты странствовал, Меджнун, я прожила целую жизнь. И я всегда знала, что мы встретимся. Сомнений в моем сердце нет. Я отдаю себя в твои руки, – сказала она.

20. НАЧАЛО

Меджнун прекратил поиски возлюбленной. Теперь они были вместе. У них был общий шатер, который легко можно было свернуть, чтобы перебраться на другое место. Они странствовали вдвоем. Ветер пустыни был не страшен им – шатер, в котором царила любовь, защищал их от жара и пыльных смерчей. Они помогали друг другу переносить тяготы странствий. Меджнун был мастером на все руки. Все, что он делал, посвящая своей возлюбленной, дышало совершенством…



ОТ АВТОРА

Говорят, что в духе нет ни мужчин, ни женщин. Гармония, полнота, заключающаяся в равновесии противоположных качеств. Инь и ян. Для развития, движения необходимо нарушение равновесия. Гностики назвали это ошибкой Софии. Она слишком возлюбила Творца, слишком подалась к нему в страстном порыве, и вот равновесие нарушено и свет изливается в бездну, которой положен Предел, отделивший ее от Плеромы. От проявившегося желания рождается дитя и начинает творить свой мир, заложниками которого мы являемся. Дитя рождается от страсти, не реализовавшейся в слиянии со своим парным эоном. Это была любовь к себе, страсть к своей любви, а не к возлюбленному. Это было своеволие, вкушение от древа желания, нарушение гармонии мужского и женского начал. Это было и есть и совершается в нас. Это нафс (эго). Мужчина, муж – дух. Женское начало - объединенная душа, состоящая из сознаний, подчинившихся Единому Мужу, Единственному, Возлюбленному. Пока желания правят нами, мы в круговороте жизни и смерти, причины влекут за собой следствия. Когда мы подчиняем себя вместе со всеми своими желаниями Возлюбленному, причинные связи распадаются, происходит чудо. И это есть высшее милосердие, без которого не под силу человеку поймать газель, хоть он и гонится за ней изо всех сил.

Нет смысла рассуждать о пользе или вреде материнства (или отцовства) – для одних это будет реализацией и предназначением, а для других тяжкой ношей, бременем. Суть-то не в том, что мы делаем здесь и сейчас, а как мы это проживаем.

У всех свои трудности – у мужчин свои, у женщин – свои. Вообще жизнь нелегкая штука. Это что касается того, что мы делаем. А если присмотреться к тому, КАК делаем, то одна и та же ситуация для разных людей дает различный результат.

В детстве я просто отчаивалась, что родилась девочкой, а не мальчиком. Мне казалось, что жить жизнью женщины - это тяжелый груз, в котором нет жизни, но есть сплошная обыденность. И это было не плодом рассуждений и не следствием жизненного опыта, а просто так было. А теперь я замечаю, что в женском бытии есть свои положительные стороны, недоступные мужчинам. И что удивительно для меня, а для вас, наверное, смешно, – это то, что я смирилась с тем, что я - женщина. И даже рада этому :-). И жизнь такая прекрасная и удивительная, и столько еще не сделано. А сколько еще предстоит не сделать! Такое чувство, что я только начинаю осваивать женскую роль в полной мере :-), хотя дети мои уже совсем большие... Женскую роль в полной мере – на внутреннем глубинном уровне осознания, а не на внешнем, обыденном, хотя, и это тоже, само по себе, проживалось тернистыми путями...

Я начинаю осознавать в себе Лейлу. И при этом внутри меня живет рыцарь, смысл жизни которого – служение Лейле.


RSS









Agni-Yoga Top Sites яндекс.ћетрика